Забытая ночь

Как же я надеюсь, что она не успела заметить ничего постыдного! 
- Уже ложусь, Златка... Уже ложусь. - я сажусь на край кровати, поправляю одеяло дочери и вскидываю взгляд на Власова. - Мы разговаривали с дядей Демьяном. 
- Ты врёшь, мам. Вы не разговаривали! - шумно восклицает девочка, привлекая наше с Демьяном внимание. - Вы целовались, а еще... - она на секунду замолкает и хватает меня за руку, смотря, при этом, на мужчину. - А зачем ты трогал маму? 
В детском голосе столько искреннего недоумевания, что я в очередной раз густно краснею, не зная, как поступить в данной ситуации. Зато Власов, как назло, сориентировался очень быстро: 
- Я хотел обнять твою маму. Она мне очень нравится, как и я ей, естественно, - кивает своим мыслям этот нахал, - Но она всячески этому противится. - подмигивает Златке и приближается к кровати. - Поговори со своей мамой, может, тебя послушает. 
Он быстро целует меня в макушку и направляется к выходу из номера, оставив меня наедине со взбудораженной дочерью. Как только за ним захлопывается дверь, меня ошарашивает новый вопрос: 
- Ты из-за дяди Демьяна плакала, да? 
- С чего ты это взяла? - удивлённо спрашиваю, залезая под тяжелое одеяло. 
- Вика говорила, что тебя снова обидел какой-то козёл. - с важным видом произносит, переворачиваясь на живот и пристально смотря мне в глаза. 
Когда она успела вырасти? 
- Ох уж эта Вика... - бормочу себе под нос, проводя по шелковистым волосам ребёнка ладонью. 
- А он тебе правда нравится? 
- Знаешь, тебе спать надо, а не думать о том, кто мне нравится. - с лёгкой улыбкой произношу, накрывая эту болтушку одеялом. Месте с головой. 
- Ну, мам! - восклицает, откидывая одеяло в сторону. - Нравится? 
- Спи, Златка. 
Пригрозив пальцем, снова укладываю дочь и устраиваюсь рядом, обнимая её и поглаживая по спине. Она с раннего возраста мигом засыпает, если гладить её по спинке. 
- Нравится. Вика говорит, что целоваться можно только с тем, кто сильно-сильно нравится. 
- Нравится... - шепотом произношу, когда убеждаюсь, что Злата уснула. 
Нравится или нет... Какая разница? Мы изначально сделали большую ошибку, обозначив наши отношения как "просто секс и приятная компания". 
И я не понимаю, чего от меня хочет Власов. То он говорит, что от меня требуется только вовремя раздвигать ноги, то становится таким... Ласковым и дарящим надежду на будущее. На совместное будущее. 
А мне страшно. Я боюсь застрять в нем, потеряться. Еще и эта беременность... 
Завтра же надо записаться на приём к врачу. Насколько я знаю, на ранних сроках можно сделать медикаментозный аборт, исключив оперативное вмешательство и с минимальными последствиями для организма.
    
Глава 37
Анна
- Мам, а давай чокаться? - Златка берет со стола свой стакан, и не дождавшись моего ответа, слегка ударяет им о мою кружку с чаем. 
- Чего? - от удивления я чуть ли не выплевываю салат и шокированно смотрю на дочь. 
- Ну, чокаться. - терпеливо поясняет. - Только тебе шампусика не хватает. 
Единственное, что мне остаётся, так это открывать и закрывать рот как рыбе, которую выбросило на берег. 
Я никогда не пила что-то алкогольное при Злате. И, уж точно, никогда не употребляла слово "шампусик" в разговоре. Даже представить сложно, с кем я могла бы обсуждать алкоголь. При Баб Вике? Нет. При Илье? Тоже нет. Он "фильтрует" свою речь, когда общается с моей дочерью. 
Вопрос: ОТКУДА? 
Молчавший до этого момента Власов, начинает заливисто смеяться, переводя взгляд с меня на Злату. Как так вообще получилось, что мы втроём сидим в ресторане при отеле и завтракаем? 
В начале одиннадцатого меня разбудила дочь. Ей надоело спать. 
Мне бы её проблемы. 
Я, из-за нескольких часов сна, чувствовала себя просто отвратительно: боль в голове, отзывающаяся на каждое неосторожное движение, песок в глазах, из-за чего они постоянно слезились и жутко чесались. Сказывались на моем состоянии еще и ночная ссора, которая тоже соспровождалась слезами. 
- Ты где этого нахваталась, Злата? - отойдя от шока, спрашиваю у дочери. 
- Вика просила не говорить. - упрямо поджимает губы, а потом улыбается. Не мне. Власову. 
Я понять не могу, чем таким интересным занимается бабушка, когда меня нет рядом? А Златка... Ей действительно нравится Демьян. Она все время тянется к нему, старается расспросить обо всем, что её интересует. А интересует её абсолютно всё. 
Дочь знает о Власове больше, чем я. Даже про семью разузнала, пока мы добирались до ресторана. Оказывается, его мама вместе отчимом уже не первый год живут в этом городе, а брат женился и недавно праздновал год своего первенца. Мальчика назвали Александром. 
Рассказывая о семье, Демьян искренне улыбался, держа за руку мою девочку. В какой-то момент я даже начала завидовать. 
- Думаю, стоит поговорить с Викой. - бурчу себе под нос и сосредотачиваюсь на завтраке. 
Я отправила сообщение бабушке о том, что из-за работы была вынуждена приехать в Ульяновск. Ага, из-за работы... И, главное, как вовремя, правда? 
- Да ладно тебе, Ань. - со смешком бросает начальник и отсалютывает Златке чашкой с кофе. И этот туда же! - Ничего плохого она не сделала, будь проще. 
Пока дочка умывалась сама и умывала своего плюшевого друга, я успела найти в поисковике и позвонить в первую попавшуюся клинику. Везение, что удалось записаться с первого раза, да и на сегодня. 
- У тебя есть планы на сегодня? - спрашиваю, стараясь не зацикливаться на нравоучениях со стороны начальства. 
- Только на вечер. 
- Отлично. Тогда, ты сможешь побыть со Златкой некоторое время? Мне надо уехать по делам. 
Оставлять ребёнка с Власовым не лучшая идея, но брать её с собой в клинику, а потом и в больницу к... деду, я не хочу. 
- Что-то случилось? - настороженно спрашивает, всматриваясь в моё лицо. 
- Семейные проблемы, как обычно. - морщусь и поднимаюсь из-за стола, хватая сумку. - Пока ты не успел отказаться: никакого шоколада. - щелкаю дочь по носу и наклоняюсь, целуя её в щеку. 
Я очень надеюсь на то, что Демьян не стал рыться в моей биографии и это не он виноват в аварии родителей. Просто... Слишком много совпадений. 
Помахав напоследок этой парочке, я быстрым шагом устремилась к выходу из ресторана, сжав липкие от ладони в кулаки. Мне было страшно. Страх заключался в том, что сегодня я могу лишить жизни нашего второго ребёнка. 
Надеюсь, ты никогда не узнаешь об этом, Демьян.