В бой идут...
— Не расстраивайся, Серег… — попробовал было утешить я.
— Да ты хоть помолчи! — напустился на меня приятель. — Я тебе что — салабон, чтобы меня утешать? Обидно просто! Восемьдесят косарей, как с куста, — и за что? Вот за это громыхало? Да он мне на охоте всю добычу распугает. И не выбросишь ведь, живая тварь все-таки.
— Ква-а-а! — тонким голосом подтвердил пет.
Мы грохнули. Черепашонок не квакал, как лягушка, они именно говорил слово «ква», причем гласную тоненько тянул.
— Мля, он еще и квакает! — расстроенным голосом озвучил очевидное Митрич, жалобно глядя на нас. — Вот куда деть квакающего черепаха нулевого уровня? Кому он нафиг нужен? И не продашь ведь, он ведь не Сивка многоразовый, он раз привязался — и все. Я теперь тебе, Тортик, до самой смерти — и папа, и мама…
Митрич подпер голову рукой, пристально посмотрел на меня и вдруг изрек:
— Мить, давай нажремся после работы? Мы с тобой еще и не бухали ни разу.
— Да как-то времени все не было… — извиняющимся тоном начал я.
— На том свете набухаетесь, — отрезала вернувшаяся Королева. — А сейчас времени нет.
Командирша была в жутко деловом настроении.
— что, 80 тысяч оплакиваешь? Ты знаешь, за сколько радужных черепах продают? А я тебе скажу — дешевле 500 кусков ни один с аукциона не уходил. Надо характеристики его посмотреть — может, и на лимон потянет.
— Ква, — подтвердил Тортик.
— Но обычно они на аукцион просто не попадают. А знаешь, почему? Потому что это лучшие танки среди петов.
— А толку-то? — протянул Митрич. — Он при-вя-зан! Ему аукцион по-любому не-све-тит!
— Епишкины коты! — вдруг всполошилась Семеновна. — Ты чего это задумала? Да мы по деньгам даже одежку не потянем на два комплекта, не говоря про все остальное! Ну никак не наскребем! Ты знаешь, сколько одна обувка стоит?
— Придется наскрести, Нин, — ответила подруге травница. — На самый край Андрюшка в старом походит. Хотя нет, в старом нельзя. Значит, придется наскрести. По любому. Сами понимаете — план радикально меняется.
Я, Митрич и Андрюшка с вытаращенными глазами переводили взгляд с одной на другую. Женщины, заметив это, уставились на нас.
— Мужики, — осторожно спросила Сергеевна, — только не говорите мне, что никто из вас так и не прочел гайды по Пограничью.
Мы потупились.
— Ясно. Детский сад, штаны на лямках. Так вот, неучи, в этом нечитаемом тексте написано, что наш не освоивший грамоту барин во время игры в Пограничье может поднять работягу до воина. Одного — при заселении, и дальше — по одному после каждого захвата чужого участка. Ну ладно — эти дуболомы, но ты-то, Андрей, как этого умудрился не знать? Тебе же гайды правителя вообще надо выучить наизусть!
— Да когда учить, я это… до кровати вечером иногда не дохожу, в капсуле сплю, — заныл Андрей.
— Фига себе! — присвистнул я. — А с чего это наша жадная администрация пошла на такой альтруизм?
— Да какой-там альтруизм! — махнула рукой Света. — Не альтруизм это, а 401-й способ развода на бабки [77]. Это же не полный, а «псевдополный» аккаунт. После окончания войны в Пограничье все обратно превращаются — карета в тыкву, а воины — в работяг. Но все заработанные воинские характеристики не исчезают, а как бы скрываются. И если доплатить до полного аккаунта — начинаешь не с нуля, а с того, что у тебя в Пограничье было. Знаешь, какой процент доплат?
— Нет, — сознался я.
— И я не знаю. Но подозреваю, что сильно больше пятидесяти. Тяжело, знаешь ли, спустить в унитаз то, что полгода набивал.
— То есть ты имеешь в виду… — очень ровным и как будто неживым голосом начал Митрич.
— Да, Сережа, да. Вы пойдете в данж — ты, Андрей и Тортик.
Прода 7Митрич, явно напрягшийся, молчал, а Света продолжила:
— На самом деле это даже подозрительно — слишком уж в масть нам идет. Ты, Сережа, идеальная кандидатура для повышения: тут и пет твой «танковый», и твои полученные в реальной жизни навыки, наконец, именно у тебя прокачено несколько умений, которые без потерь преобразуются в боевые. У любого из нас нет шансов за оставшиеся две недели прокачаться так, чтобы представлять собой хотя бы мало-мальски полезную боевую единицу. У любого — кроме тебя. Про боевку в «Альтернативном мире» ты лучше меня знаешь, но остальным напомню — прокаченность боевых умений здесь важна как-бы не больше, чем уровень.
Грубо говоря, наш Митрич со своими прокаченными меткостью и скорострельностью уже на первом уровне сможет без проблем валить мобов третьего уровня — даже без пета. А вот «протащенный паровозом» [78] мажор, за которого воевали другие, а ему просто капали очки за нахождение в группе, даже на десятом уровне не факт что сможет кого-нибудь успешно завалить соло. Просто потому, что стрелял мало и умения не прокаченные.
— Ты права, подруга, что-то поперло нам, — вмешалась в разговор Семеновна. — На аукционе неплохой боевой лук на начальные уровни появился по очень даже божеской цене.
— Так бери быстрей, что ты разговоры разговариваешь?! — заполошно взвился Митрич.
— Поучи жену щи варить! — привычно огрызнулась докторша. — Выкупила уже. Беги к камушку, забирай. Хотя погоди, вместе сходим, сразу твой охотничий на продажу выставлю. Может, хоть половину расходов отобьем. Ох, грехи мои, во что ж вас двоих одевать-то…
— Это… — не выдержал Андрюшка. — Вы что спешите-то? Давайте я его хотя бы сначала в воина превращу. Вдруг не получится?
Мы замерли, озадаченные. Действительно…
— Ты разобрался, как повышать? — малость смущенно спросила Света.
— Да вроде да. Сергей Дмитриевич, готовы?
Митрич побледнел, сглотнул и молча кивнул. Он явно сильно волновался, таким я его еще не видел. Андрюшка начал что-то тыкать в интерфейсе, потом выразительно посмотрел на Митрича. Похоже, требовалось его согласие.