Военный госпиталь. Записки первого нейрохирурга
Наконец, авиационные средства транспорта. В послевоенное время этот вопрос разрабатывался чрезвычайно интенсивно, и на сегодняшний день Женевская конференция зарегистрировала этот вид санитарного транспорта. Авиатранспорт приобретает особое значение по следующим соображениям: он важен, во-первых, в начале военных действий, когда санитарные отряды еще не успели развернуться; во-вторых, когда нужно освободить передовые пункты подачи первой помощи, которые только что успели развернуться и не организовали эвакуации, и, наконец, в-третьих, — при большом потоке раненых, когда требуется в указанный срок перевезти определенные группы раненых в госпитали армейского или фронтового района при невозможности обслужить их в передовых лазаретах.
Нужно, однако, помнить, что эвакуация этого рода ставит ряд вопросов, которые на практике почти разрешены. Это — влияние положения тела, быстроты и различных высот полета, организация общего и индивидуального ухода, показания и противопоказания к авиатранспорту раненых. Последнее особенно важно.
Принято считать этот род эвакуации для раненых в легкие и брюшную полость опасным. Из практики альпинистов известно, что на большой высоте даже у нормальных людей наблюдается ряд общих и местных явлений: кровотечение из носа, из десен, кровохарканье. Возможность подобных осложнений имеет большое значение при перевозке раненых. Следовательно, переброска на аэроплане раненого в легкие является сугубо опасной при большой высоте полета. Для раненых в живот, как не подвергавшихся операции, так и подвергавшихся операции, в первые дни после операции авиационная эвакуация является опасной. В разреженной атмосфере наблюдается вздутие кишок до очень значительных размеров, при прободении кишечника начинаются выделения, или же усиливается выхождение кишечного содержимого: при значительных раскрывающих стенки живота ранениях возможно выпадение кишечных петель. После операции ранняя эвакуация на большой высоте может также повести к неприятным осложнениям в виде разрыва отгораживающих спаек и возможности разрыва швов. Это и понятно, если мы примем во внимание данные, приведенные Строевым о том, что на высоте 5000 м кишечные петли раздуваются до двойного размера.
Остальные виды раненых могут быть транспортированы, но с оговоркой относительно мозговых ранений. Раненых, перенесших бессознательное состояние вследствие травматического инсульта, которое затем прошло, лучше транспортировать наземным путем. Здесь может быть следующая ошибка: видимое улучшение может оказаться светлым промежутком перед вторичным бессознательным состоянием.
Мы не беремся определять количественную мощность транспортных средств, а ограничиваемся только существом требований военно-полевой хирургии. Конно-гужевой транспорт мы считаем необходимым оставить только на определенных участках коммуникации с коротким пробегом. В то же время мы хотим подчеркнуть необходимость моторизации военно-санитарных учреждений.
Из сказанного о транзитной системе видно, что хирургическая помощь в войсковом районе оказывается в районе первой помощи и в районе госпитализации.
Первая помощь состоит в повязках, иммобилизации, производстве неотложных операций; она осуществляется батальонными, полковыми и дивизионными учреждениями. На них же ложится правильная сортировка для транзитной эвакуации. Неотложные операции производятся на ДПМ, ДГ, в хирургических отрядах и силами групп усиления.
Раненые госпитализируются в районе корпусов, армии и фронта. Не ближе, чем в районе армии, функционируют и госпитали специального назначения. Специальная помощь в районе дивизии осуществляется включением в штат лечебных учреждений хирургов с указанными выше уклонами.
Система этапного лечения по существу неизбежна при наличии только конно-гужевого транспорта и при отсутствии железнодорожных путей. Она в более или менее выраженной форме имела место в различных армиях, а в первую империалистическую войну в русской армии это была не планомерно введенная система, а сам по себе сложившийся порядок. Мне лично пришлось пережить все ужасы и тяготы этой системы и до некоторой степени сглаживать их расстановкой общественных организаций.
Нельзя не привести здесь краткого обзора построения лечебной эвакуации в различных странах, чтобы видеть, как мало значения придается этой системе. Еще недавно (1935) Губер поместил в «Revue militaire frangaise» статью под заглавием «Влияние изменений в вооружении и тактике на организацию санитарной службы». Из нее видно, что в дивизионном районе на лечебные учреждения возлагается главным образом сортировка и подготовка к транспортной эвакуации. Характерно определение: в дивизионном районе «эвакуация доминирует над перевязкой». Этим хирургическая работа сводится к жизненно неотложной помощи: к оказанию помощи при кровотечениях, отнятию раздробленных и безнадежных в смысле оживления конечностей, к трахеотомии. Эту работу легче выполнять там, где имеется возможность создать железнодорожный погрузочный пункт.
Более широкий объем лечебной помощи, по мнению французских авторов, маловероятен, а в большинстве случаев и невозможен в силу изменения условий сражений и потока раненых. Первая помощь отодвигается в корпусные лазареты, которые оставляют у себя и оперируют раненых, нуждающихся в неотложной операции; остальные же раненые следуют еще дальше, в армейский район.
Таким образом, госпитализация начинается в корпусном районе и в эвакуационных госпиталях, в 30–50 км от фронта, и в эвакуационных госпиталях, отстоящих за 150–200 км.
Группа корпусных лазаретов, по Рувилуа, будет в недалеком будущем заменена двумя лазаретами смешанного типа, всецело моторизированными и организованными по новому принципу. Каждый лазарет будет иметь хирургическое отделение с операционной, стерилизационной и легкой рентгеновской установкой и терапевтическое отделение с противогазовыми средствами. Этот новый лазарет — очень подвижный: он может развернуться в 6 часов и свернуться в 3 часа. Кроме того, будет выделен госпиталь первой линии специально для эвакуации. К нему будут придвинуты армейские лазареты.
Более глубокие тыловые эвакуационные пункты второй линии представляют собой обширный лечебный городок, и раненые, которых нельзя было лечить в передовых госпиталях, могут там подвергнуться полному и спокойному лечению вдали от опасностей войны.
В германской армии в схеме эвакуации раненых допускается возможность госпитализации в районе дивизий, и тогда дивизионные лазареты могут принимать раненых и производить операции, после которых требуется проведение послеоперационного периода в течение нескольких дней. При благоприятном положении фронта эти учреждения приближаются к главным перевязочным пунктам. Иногда и последние оперируют раненых, нуждающихся в послеоперационном покое. Германцы, так же, как и французы, если имеется возможность использовать железнодорожный транспорт, осуществляют транзитную эвакуацию в глубокий тыл.
Близко к германской организации стоит схема польской армии.
Английская армия приближается по схеме к французской армии, располагая в корпусном и армейском районах лечебными учреждениями, в которых проводится госпитализация.