След паука. Часть первая
В заметке без упоминания имён рассказывалось о том, как этот пёс спас хозяину жизнь, бросившись на человека, который хотел убить дознавателя. Пёс погиб, но хозяин отделался лишь потерянным глазом.
«Бедные», – прошептала маленькая Тайра и погладила портреты.
Больше она ничего не увидела, сразу после этого пришла в себя. Но теперь девушка хотя бы понимала, что пёс не был придуман. Непонятным оставалось другое – видел ли дознаватель те же сны, что и она? И если видел, почему он её не помнит? И почему не становится мужчиной во сне?
Тайра закусила губу и покачала головой, плотнее укутываясь в одеяло. Нет, то, что она взяла образ пса из газеты, а не из собственной головы, ничего не значит. Не значит, что он живой человек, а не её фантазия.
– А запах? – прошептала девушка, утыкаясь лбом в подушку. – Ты ведь не могла почувствовать тогда его запах. А он одинаковый – и во сне, и в жизни. Разве так может быть?
Она не знала. И спрашивать об этом у отца не собиралась, боясь, что он может разрушить её хрупкую надежду на… на что?
Тайра не представляла. Она лишь вспоминала, как этот мужчина целовал её запястья, крепко, страстно сжимая бёдра и тяжело дыша, и ей сразу становилось жарко и сладко. И внизу живота тянуло, но не так, как раньше, когда её обжигали похотливыми взглядами другие мужчины – нет, иначе. Совсем-совсем иначе.
Интересно, зачем он приехал сюда, в Тиль? И надо ли рассказывать отцу о внешности, скрытой амулетом?..
О том, что следует рассказывать отцу, а что не следует, Тайра размышляла всё утро, но так и не пришла к однозначному мнению. С одной стороны, Моргану хорошо бы знать, что новый дознаватель скрывает собственную внешность, а с другой…
Ну, скрывает. Но это ведь не преступление, иллюзорные амулеты разрешены. Да и что с того? Скрывать можно и прыщ на носу, и шрам от заклинания, который хирурги убрать не в состоянии. Пятнадцать лет прошло с той заметки, и неизвестно, что за это время происходило в жизни дознавателя. Может, у него лицо всё в магических ожогах?
«Нет», – подумала Тайра и поморщилась. Она чувствовала, что это не так. И понимала, что просто пытается найти причину, дабы не рассказывать отцу об увиденном. Даже без упоминания пса, снившегося ей столько лет, было неловко. Неловко, что она выдаст Моргану чужую тайну, которая, возможно, и не стоит того, чтобы её выдавали.
«Сначала присмотрюсь сама, – решила Тайра в конце концов, – а потом определюсь, что и кому говорить. Спешить не буду».
И когда девушка об этом подумала, в их калитку позвонили.
***
Подходя к дому Ридов, Гектор немного волновался. Честно говоря, он давно не волновался в подобных ситуациях. Операцию на День Альганны, когда его высочество Аарон чуть не убил императора, Дайд не считал: тогда могла начаться гражданская война и совсем не волноваться на его месте не смог бы никто. Но сейчас дело было не в риске для жизни – Гектор волновался перед встречей с Тайрой. Волнение это было лёгким и ощущалось невнятным покалыванием в области сердца – как будто кто-то проводил по коже кончиком гусиного пера. Хотелось сбросить с себя это навязчивое ощущение, но у Дайда не получалось. Получалось только усмехаться, вспоминая собственные недавние рассуждения о глупеющих влюблённых.
Калитку открыл Морган Рид, сразу впечатлив Гектора своим размером – мужчина был почти таким же высоким, как сам главный дознаватель, но при этом намного шире в кости и мощнее. Настоящий медведь, он вполне мог играть этого зверя на детских утренниках без всякого грима. И густые волосы, и борода, припорошенные сединой, как инеем, добавляли сходства.
– Добрый день, – произнёс Гектор вежливо и приветственно коснулся ладонью лба, – Джон Эйс, ваш новый дознаватель.
– Морган Рид, лекарь без официального статуса, – отозвался собеседник с лёгкой иронией, внимательно разглядывая Дайда. Гектор прекрасно знал, что он видит – высокого худощавого молодого человека лет тридцати, черноволосого и черноглазого, с резервом в семьдесят магоктав. Фигуру Дайда амулет почти не менял, только внешность и резерв. – Вы по какому-то вопросу или так, познакомиться?
– Всего лишь познакомиться, – усмехнулся Гектор. – Надеюсь, никаких вопросов с моей стороны ни к кому не появится хотя бы в ближайшее время.
– Желаете пожить спокойной жизнью? – понимающе улыбнулся Морган, пропуская гостя в сад. – Что ж, вам повезло, Тиль – местечко мирное. Только что Геенна близко, но демоны за последние лет сто, насколько мне известно, сюда не добирались.
Сад Ридов был небольшим и уютным. Всего одна дорожка, ведущая к калитке к дому, выложенная мелкими камушками, остальное – газон с яркой, по-весеннему зелёной травой. И яблони, много-много яблонь, полный сад. С набухшими бело-розовыми бутонами, уже почти готовыми распуститься, и ветвистыми стволами. Слева Гектор заметил колодец, а справа – большой деревянный стол, на котором в ряд сушилась на солнце какая-то трава.
Возле крыльца, около собачьей будки, лакал воду из миски уже знакомый Дайду пёс. Поднял голову, увидел его – и завилял хвостом. Морган, заметив это, недоуменно поднял брови.
– Кажется, вы ему понравились.
– Я люблю собак, – пожал плечами Гектор, делая невозмутимое лицо. Конечно, Джека притворяться не заставишь, но вот то, что Тайра не рассказала отцу про утреннюю встречу – это удивительно. Их… хм… объятия могла бы не упоминать, но всё остальное – запросто. И что она там увидела, когда упала в обморок, надо бы выяснить.
Как только Дайд и Морган подошли к дому, входная дверь распахнулась, и на крыльцо вышел молодой парень лет двадцати пяти. Смуглый, темноволосый и темноглазый, он показался Гектору похожим на императора, но через несколько секунд Дайд заметил во взгляде юноши лёгкую опаску, и это ощущение ушло.
– Наш с Тайрой гость, – громко сказал Морган, поднимаясь по лестнице. – Фабиан Стиу, сын моего друга. Из Альтаки.
– Рад познакомиться, – пробормотал парень, отводя глаза и отступая в сторону от двери. – Морган, я пока…
– Вообще Тай должна была обед приготовить, – перебил его Рид. – Иди к ней на кухню, поешь заодно. Я позже присоединюсь.
Кухня. Обед.
Гектор не успел отойти от утренних угощений, но…
– А я могу пообедать с вами, айл Рид? По правде говоря, я толком не успел обосноваться. Не сочтите за наглость, конечно.
– Разумеется, это наглость, – фыркнул Морган, но, судя по его весело блеснувшим глазам, он был доволен. – Но мы как-нибудь её переживём. Проходите. У нас сегодня большая картофельная запеканка, Тайра её особенно вкусно готовит.
– Тайра всё вкусно готовит, – возразил Фабиан Стиу, и Гектор, услышав этот ревниво-гордый голос, моментально пришёл к тому же выводу, что и Томаш.
Влюблён. По уши.
Что Тайра волнуется, можно было понять только по двум маленьким красным пятнышкам на щеках, что появились там с того момента, как Гектор зашёл на кухню и поздоровался.