Играя с судьбой

Завидев меня все девчонки притихли, глаза попрятали, и только Мила весело и дружелюбно помахала мне рукой. Я поприветствовал ее в ответ. Стоявшая рядом Жанна Клаус одернула Милу, посмотрела на нее как на безумную, сказала что-то наверняка явно с осуждение. Мила, смущенная замечанием, непонимающе покосилась на меня.
— Увидимся после уроков? — оторвал меня от лицезрения этой картины Аркадий. — Могли бы по элитному сектору погулять, в зеркальный театр сходить, там будут в три сегодня показывать «Князя Востока». Или у тебя планы?
— Да, планы, — заторможено ответил я брату, злясь на малолетних дурочек, которые явно пытались настроить против меня Милу. Да и планы, в общем-то, у меня были. Мне нужно встретиться с Царем и договориться заранее о зелье для мамы. Обсуждать такие вещи с помощью Гарыча не получится, а писать письмо слишком опасно, мы сейчас должны быть крайне осторожны. Да и неплохо бы отменить прошлое задание. За Вулпесами его людям следить необходимости больше нет, а прибывший в Варгану на смену Виктору Максим Вулпес уже под контролем наших защитников.
— А, ну ладно, в другой раз тогда, — Аркадий, кажется, расстроился, но я его уже не слушал, а зашагал к одноклассницам.
— Здравствуйте, графиня, — поздоровался я с Милой, демонстративно не обращая внимания на остальных девчонок. — Отлично выглядите, школьная форма вам к лицу.
— Благодарю, княжич, — смущенно улыбнулась Мила, потупив взгляд.
Остальные девчонки даже смотреть на меня опасались, как-то сразу все отодвинулись от нас, боязливо косясь. Язвить как в прошлые времена никто из них не решился, я чувствовал, какой от них исходил страх.
Ничего удивительного, мало кому из этих избалованных девиц доводилось нос к носу встречаться с опасностью. Недавнее происшествие с Вулпесами наверняка еще больше распалило их неуемные фантазии. А слухи о моих приключениях в лесу давно уже обошли всю школу трижды. В их глазах я чудище, кровожадный маньяк — и плевать, что убивал я, спасая других и защищая себя.
— Первым уроком сегодня история, — сказала Мила, неуверенно улыбнувшись, видимо происходящее слишком смущало ее, и ей было нужно хоть что-то говорить.
— Да, я знаю, — с охотой поддержал я разговор. — Если не ошибаюсь, преподает историю теперь Артемий Иванович, мой прежний учитель. Он отличный педагог.
Одноклассницы демонстративно повернулись к нам спиной, продолжая напряженно молчать. Но инициатором конечно же была Жанна — невысокая, с жидкой, но невероятно длинной косой, выскочка и зубрила со скверным характером, а также лучшая подруга покойной Элеоноры Вулпес.
Забавно — с одной стороны они демонстративно игнорируют меня, но при этом не уходят, а стоят и подслушивают наш разговор. Милана с досадой взглянула на эту сцену, но быстро взяла себя в руки, делая вид, что ничего не происходит.
— Артемий Иванович уже вел несколько уроков у нас, — непринуждённо сказала Милана. — Вы правы, он отличный педагог и умеет преподнести тему так интересно, что вмиг запоминаешь без всяких учебников и зубрежки.
Она снова посмотрела на девочек, в этот раз с неодобрением.
Я заговорщицки подмигнул Миле, повернулся к спинам одноклассниц, и рыкнув как можно громче, подался вперед, изображая, что собираюсь на них наброситься.
Девичий визг пронёсся по всему школьному двору. Жанна Клаус подпрыгнула на месте, а тихоня Ксения Лаврова с удивительной прытью бросилась прочь под мой громкий хохот.
— Гарван, ты совсем сдурел?! — возмущённо закричала Жанна, стукнув меня по плечу, но вовремя испугавшись, что мне такое может не понравиться, сделала шаг назад.
— А я думал, вы меня не заметили, — не мог я перестать смеяться. И всё-таки подростком быть иногда даже весело, давно я себе такого не позволял.
Мила тоже тихо смеялась, некоторые одноклассницы, неуверенно улыбались, косясь на разъярённую Жанну.
— Заметили, Гарван, — бросила она, — и ты должен был догадаться, что мы с тобой общаться не желаем.
— Почему же? — снисходительно улыбаясь, поинтересовался я.
Возмущённо фыркнув, Жанна покосилась на подруг:
— Потому что! — гневно бросила она, видимо не решившись раскрыть истинную причину столь глупого поведения.
В этот миг прозвенел первый звонок, одноклассницы, все как одна зашагали торопливо в школу.
Просто удивительно, как быстро изменятся эти девочки. Сейчас для них нет ничего важнее дурацких и надуманных проблем, каких-то нелепых обид. Сейчас они не видят граней дозволенного, мнят себе невесть какими важными.
Но уже после чародейской академии, когда им доведется побывать в высшем свете, обжечься не единожды из-за своего необдуманного поведения и неосторожно брошенного слова они все до единой изменятся.
Когда до них наконец дойдет, что школьная популярность — ничто по сравнению с реальной жизнью, которая наотмашь бьет и моментально вправляет мозги за необдуманные поступки. Все быстро выровняется, а жизнь всех расставит по местам, и станет ясно, что ты ничто — если у тебя нет родовой силы, связей и денег.
Через десять лет на одном из приемов во дворце императора Жанна Клаус уже замужняя графиня Юрлова говорила со мной так вежливо и обходительно, так осторожно подбирала слова, при этом умудряясь заискивающе меня похвалить, что казалось — передо мной совсем другой человек.
Милана с сожалением провела взглядом одноклассниц. В ее глазах все читалось как на ладони. Она и сама пока еще новенькая, видимо только начала налаживать отношения с девочками, а тут одна невинная шутка с моей стороны, и они моментально от нее отвернулись. И эта ситуация явно расстроила ее.
— Не обращайте на них внимания, они не достойны вас, — сказал я.
Милана смущенно улыбнулась:
— Ну что вы, княжич, они ведь такие…
— Надменные и заносчивые? — не дал я ей договорить.
— Не всегда, — рассмеялась Мила, вмиг оставив смущение. — Но мама говорит, что необходимо стараться дружить со всеми. Связи, которые я сумею наладить сейчас, могут пригодится мне в будущем. А еще мама говорит, что дружба со школьных и студенческих лет самая крепкая. Но все это для меня непривычно… В нашем графстве люди были, как бы это сказать… проще что ли. Чувствую себя белой вороной. Наверное, я никогда не сумею стать здесь своей.
Мила грустно улыбнулась, подняла на меня свои небесно-голубые глаза, заставив меня вновь вернуться во времени теперь и душой и почувствовать себя юнцом.
— Вам незачем уподобляться им, я же сказал, вы куда лучше. И думаю, нам пора оставить этикет и обращаться к друг другу на «ты». Мы ведь теперь одноклассники, и надеюсь, в дальнейшем станем друзьями.
— Да, конечно, — улыбаясь, кивнула она, я указал взглядом на парадный вход, намекая, что следует поспешить на урок.
— На эти выходные мой отец пригласил вас к нам. Ты тоже будешь? — спросил я.