Меняя Судьбу

Сила рода во мне слабо пульсировала, но я чувствовал, что она постепенно увеличивается. Я осторожно погладил пальцем Гарыча, затем коснулся камня на ободе, и артефакт тут же активировался.
Мир вокруг резко переменился. Теперь я видел собственное бледное лицо с остекленевшим взглядом, увидел мерцающий черный камень на лбу. Я стоял остолбенев, находясь в состоянии транса, весь мой контроль был прикован к управлению вороном. Будь моя категория силы повыше, я бы мог одновременно контролировать и собственное тело, но сейчас был рад уже и тому, что удалось просто активировать родовой артефакт.
Вороново око позволяло мне не только видеть глазами ворона, но и управлять птицей. Взмыв, я устремился в окно, ринулся в небо, чувствуя, как перехватило дух от скорости и высоты. Удивительное ощущение. Использовать Вороново око мне приходилось лишь единожды и то ради забавы. Но это ощущение полёта и свободы поистине незабываемое.
Я направил Гарыча к новому городу, времени у меня было немного — всего пару часов, прежде чем иссякнут силы. К счастью, прилетел я куда быстрее, чем ожидал, и так же быстро отыскал особняк Вулпесов.
На то, что у меня получится застать Вулпесов дома или сразу же что-то узнать, я не рассчитывал. Слежка — такое дело, требует много терпения и времени. Поэтому я сразу настраивался на то, что проделывать такие вылазки мне предстоит еще не раз.
Какое-то время я кружил вокруг двухэтажного особняка, заглядывая в окна и пытаясь отыскать хозяев. На втором этаже наткнулся на Диану, притормозил, осторожно приземляясь на подоконник и заглядывая в окно. Нельзя было допускать, чтобы Диана меня увидела — о нашем родовом артефакте они могли знать. Поэтому я вел себя осторожно. И хотя черный ворон не такая уж неприметная птица, я прятался в тени штор, готовясь вспорхнуть и улететь в любой миг.
Диана сидела в кресле-качалке, таращась в стену потухшим безжизненным взглядом. В руке она сжимала бусы лимонного цвета, бездумно перебирая в пальцах крупные бусины. Вид у нее был болезненный, глаза воспаленные и припухшие от слёз, графиня явно еще не оправилась после смерти дочери. Немного понаблюдав за ней, я понял, что тут меня ничего не ждет, продолжил облет особняка, надеясь увидеть в окнах Виктора.
Кроме Дианы в доме были ещё кухарка и домработница. Но Виктора дома не оказалось. Еще раз заглянул в ту комнату где была Диана, снова застал ее на том же месте в том же кресле и решил, что пора сворачиваться.
Торчать здесь и тратить время попросту я не собирался. Неизвестно, когда в следующий раз выпадет шанс использовать артефакт. У меня появилась идея получше.
Я разорвал связь с Гарычем, надеясь, что ворон успеет вернуться в башню поскорее снова поспешил в свою комнату. Написал письмо для Царя, добавив новое задание положил в конверт необходимую сумму и заторопился обратно.
Гарыч прилетел через двадцать минут, но другого ворона я использовать не хотел, решив все же его дождаться. Ворон приземлился на окно и словно бы вопросительно уставился на меня.
— Еще есть работа, — сказал я ему.
— Работа! — каркнул с готовностью ворон.
С удивительным спокойствием и выдержкой Гарыч дождался, пока я приматывал к нему конверт. С тем же спокойствием он дождался, пока я надевал Вороново око. Времени теперь было не так ужи и много, но я надеялся, что мы все же сумеем передать письмо и деньги.
Гарыч, подгоняемый мною, летел как ветер. Ворон долетел до жилого сектора довольно быстро, благо погода сегодня стояла безветренная и ясная. Оставалось надеяться только, что Царь окажется дома.
Прилетев на окраину жилого сектора, увидел, что здесь возле полупустой стойки капсульного дома сегодня безлюдно, в отличие от прошлого раза. И внизу кроме как уже знакомого черного тетрахода больше ничего. Наличие тетрахода обнадёживало, значит, скорее всего, Царь на месте.
Проблема капсульного жилища в том, что окна здесь не имели внешних подоконников. Да и большинство окон здесь отрывались внутрь и только наполовину для проветривания. Мне пришлось достаточно долго и неудобно маневрировать и стучать во все окна, чтобы привлечь внимание. Заметил, что окна на кухне открываются полностью, и решил, что разумнее будет стучаться здесь. Но на кухне, кроме сердитого кота, которого весьма разозлило мое появление, никого не было.
Но так мне только показалось. На самом деле внутри были люди, и шум, который я учинил, их не мог не насторожить. Пока я тарабанил клювом в окно, к кухне уже крались вооруженные ребята Царя.
Увидев меня, один из них заржал и опустил пистолет — видимо я их знатно напугал. А второй, оглянувшись, начал кого-то звать.
На кухне появился Царь в своем подбитым мехом халате на голое тело и шелковых пижамных штанах. Он озадаченно заулыбался, глядя на то, как я бьюсь в окно, но видимо, заметив конверт, сразу смекнул, в чем дело.
Торопливо схватив кота, который разъярённо царапал окно, и всучив его одному из своих ребят, Царь распахнул окно, впуская меня внутрь.
— Царь! — протянул низко и гортанно Гарыч по моему мысленному велению и добавил: — Посылка!
Царь так обрадовался — ну, точно ребенок. Весело рассмеялся, захлопал в ладоши, оборачиваясь на своих парней и явно ожидая, что и те поддержат восхищение главного.
Ребята неуверенно усмехались, переглядываясь, и явно не понимая, что происходит.
— Княжич наш, вон какой смышленый! Смотрите! Говорящего ворона прислал!
Царь аккуратно, где-то даже опасливо отвязал письмо, быстро пробежался глазами, расплывшись в широкой довольной улыбке. Заглянул в конверт, достав пачку купюр, пересчитал. Закивал каким-то свои мыслям.
— Эй, тащи бумагу и ручку, — велел он одному из своих мордоворотов.
— Так говори! — каркнул я, поняв, что Царь собирается писать мне письмо.
Царь удивленно моргнул и снова весело расхохотался.
— Вы что? Слышите меня, княжич? — изумленно поинтересовался он.
— Да, — каркнул я, заставив озадачено переглядываться ребят Царя, а его восторгаться еще пуще прежнего.
Быстро взяв себя в руки, Царь посерьезнел и сказал:
— Хорошо, княжич, задание принято. Но денег маловато, неплохо бы накинуть еще тыщенку, и тогда, уверю вас, за графом начнут следить уже сегодня же и будут докладывать о каждом шаге.
Царь в буквальном смысле выкручивал мне руки, так как будучи птицей я едва мог торговаться. Но дело того стоило, поэтому я ответил:
— Хорошо! Завтра!
Царь, довольно улыбаясь, сказал:
— Значит буду ждать завтра вашу удивительную птичку, это окно будет для нее в открытое, только к Пушку ее не подпускайте, — он кивнул на кота, весело хохотнул: — он у нас яростный зверь.
И резко сменив тон на твердый, он повернулся к своим ребятам:
— Приставить кого-нибудь к Виктору Вулпесу, но только чтобы нас не засекли. Докладывать о каждом шаге.