Интимное средневековье. Истории о страсти и целомудрии, поясах верности и приворотных снадобьях

1517 год. Элис Ридинг, незамужняя, дочь Джона Ридинга из Итона из епархии Линкольна, предстала перед судом лично и призналась, что зачала мальчика от некоего Томаса Дениса, на тот момент капеллана при священнике Джеффри Рене, и родила дитя в доме своего отца в Итоне в одно из воскресений прошлого месяца. Сразу после родов, в течение четырех часов после рождения младенца, она умертвила его, прижав руку к его рту, отчего он задохнулся. Потом она закопала дитя в навозной куче в отцовском саду.
 
Повитухи во время родов не было, и она никому не говорила о своей беременности; некоторые женщины из Виндзора и Итона подозревали, что она беременна, но Элис всегда отрицала это, говоря, что у нее просто что-то не так с животом. Однако же в следующий после родов вторник женщины и честные жены из Виндзора и Итона осмотрели ее живот и грудь и точно определили, что она родила. Затем она призналась им во всем и показала место, где закопан мертвый ребенок.
Эти судебные записи предоставляют только голые факты, без упоминания каких-либо эмоций людей, причастных к случившемуся. Сначала Элис скрывала ото всех беременность, борясь с возможным утренним токсикозом и усталостью, тайком расшивая одежду, в которую она больше не помещалась, и страдая от своего ужасного положения, а потом ее опять бросили на произвол судьбы, оставив горевать в одиночестве.
Сложно представить, через какие эмоциональные муки прошла Элис в первые четыре часа, с новорожденным мальчиком, которого родила без чьей-либо помощи. Похоже, отдать младенца кому-то на воспитание она не считала для себя вариантом, равно как и оставить его на ступенях церкви, сказав, что нашла его.
Здесь, опять же, ничего не говорится о возрасте Элис, но, скорее всего, незамужняя и жившая в доме отца, она была совсем юной. Кстати, со стороны капеллана приставать к дочери своего работодателя, а не к служанке, как обычно поступали в то время, — довольно дерзкий шаг.
 
Элизабет Нельсон из Поллонгтона
В большинстве случаев беременность скрыть не удавалось; рано или поздно женщину разоблачали, и она подвергалась всеобщему осуждению. Один из вариантов (не особо удачный) в такой ситуации заключался в том, чтобы отдаться на милость церкви.
Церковь была обязана предлагать убежище от наказания по гражданскому праву любому, кто обратится к ней за помощью, но всего на сорок дней. После этого человека изгоняли, при необходимости принудительно, и он чаще всего попадал в руки властей. Из записей, сохранившихся в храме Беверли (Англия) и датированных 1511 годом, мы узнаём о некой Элизабет, которая обратилась в бегство и не имела других вариантов, кроме этого:
 
12 марта, в правление короля Генриха VIII. Элизабет Нельсон из Поллонгтона, что в графстве Йорк, незамужняя, отдалась на милость церкви Святого Иоанна в Беверли, сознавшись в уголовном преступлении, убийстве своего ребенка в Халле, в чем она и поклялась.
Во многих случаях люди, искавшие убежища в церкви, по истечении срока скрывались в ночи и покидали графство, а то и страну. У нас нет сведений о том, что случилось с Элизабет, когда подошли к концу положенные ей сорок дней; известно только, что она забеременела незамужней и что ее преследовали за детоубийство. Теоретически, если женщина очень тяжело переживала свой грех и искренне раскаивалась, она могла постричься в монахини и провести остаток жизни в молитвах о прощении.
Но записей, которые бы пролили свет на дальнейшую судьбу Элизабет, в архивах нет.
 
Дикие методы избавления от нежеланного ребенка
О греховности незаконных половых связей говорят также поучительные истории из иллюстрированных рукописей; до нас дошла даже одна цветная миниатюра на эту тему. На датированной 1327 годом миниатюре из рукописи Miracles De Notre Dame, хранящейся в Гааге, рассказывается история женщины, имевшей несчастье привлечь внимание собственного дяди и забеременеть от него. В левой части мы видим, как она неохотно принимает его ухаживания, а в правой — как ребенка, рожденного в результате незаконной связи, выбрасывают в выгребную яму.
 
Легенда о женщине, родившей троих детей от собственного дяди
Miracles De Notre Dame. Королевская национальная библиотека Нидерландов (Гаага), 71 A 24. Folio 176r.
 
Это, кстати, чрезвычайно редкое изображение настоящего средневекового туалета, в котором совершается не менее редкое преступное деяние. Служила ли миниатюра лишь предостережением или же она иллюстрирует то, что случилось на самом деле? Кто сегодня скажет…
Если верить статьям и исследованиям археологов из английского Йорка, что специализируются на находках, извлеченных из выгребных ям, — вместе с остатками пищи, семенами и прочими предметами они во время раскопок обнаруживают в ямах человеческие останки. В одной из своих книг на эту тему археологи Аллан Холл и Гарри Кенвард в главе «Канализация, выгребные ямы и мусорные насыпи: обзор улик за 2000 лет утилизации отходов в Йорке, Великобритания» (Sewers, Cesspits and Middens: A Survey of the Evidence for 2000 Years of Waste Disposal In York, UK [5]) пишут:
 
Благодаря слаженной работе команды мы могли изучить макроскопические остатки растений (плоды и семена, фрагменты листвы, мох и так далее), насекомых и других макроскопических беспозвоночных, микроскопические яйца кишечных паразитов и останки самых разных позвоночных, в том числе людей.
Собрана информация с археологических раскопок в десятках разных мест, изучены сотни отдельных образцов. Мы не знаем, были ли все эти люди мертвы к тому моменту, как их выбрасывали в выгребную яму или закапывали в мусорной куче. В одном средневековом документе говорится об обнаружении тела в помойке через несколько дней после его сожжения и закапывания; оказалось, что это взрослая женщина, ее останки потом извлекли, и две женщины, совершившие преступление, были пойманы и наказаны. Но их история не связана ни с младенцами, ни с внебрачными половыми контактами.
 
Нежелательные партнеры
К сожалению, секс не всегда оказывается добровольным и в наши времена. Изнасилования были печальной реальностью для средневековых женщин, случалось то при проникновении насильника в дом или во время путешествия. Безлюдные дороги и пьяные мужчины — опасное сочетание для одинокой женщины в любую эпоху.
Но в Средние века изнасилование, даже приведшее к смерти женщины, не влекло за собой осуждения насильника; пусть он оказывался действительно виновен, часто хватало присяжных, готовых сказать, что он просто на такое не способен. Повторю: мужчина мог изнасиловать и убить женщину, быть обвиненным в этом, предстать перед судом… и избежать любых негативных последствий своего поступка.