Войны России за Украину. От царя Алексея до Екатерины Великой

Вот почему Хмельницкий после победоносной летней кампании 1648 года и киевской встречи и торжеств уже не думал больше о «расширении ординации» или увеличении казачьих прав и привилегий, а начал готовиться к продолжению борьбы для осуществления стремлений всего народа, которые состояли в полном освобождении от польской оккупации и угнетения. Гарантию же невозможности возвращения польской власти народ видел в воссоединении с единоверной и единокровной Россией.
Несомненно, Хмельницкий все это отлично понимал, а потому одновременно с подготовкой своих собственных сил старался добиться согласия Москвы на воссоединение.
 
События 1649 года
В результате событий 1648 года поняли и поляки, что восстание Хмельницкого далеко вышло за пределы прежних казацких «бунтов» и превратилось в гражданскую войну, грозящую отпадением от Польши обширных богатейших территорий.
А потому Польша начала усиленно готовиться к продолжению борьбы, собирая для этого нужные военные силы, чтобы привести в повиновение «взбунтовавшихся хлопов», как поляки называли вооруженные силы Хмельницкого.
Но одновременно с этим Польша делает попытки как-то договориться с казаками, щедро давая обещания, в выполнение которых не верили ни казаки, ни сами поляки.
 
Польская мирная миссия
Уже в январе 1649 года, почти одновременно с решением Сейма, состоявшегося в Кракове, об организации 30-тысячного регулярного войска и о созыве всеобщего ополчения для усмирения Украины, к восставшим в Переяслав король отправил специальную миссию с богатыми подарками Хмельницкому и его сотрудникам и с щедрыми обещаниями казакам прав и привилегий, если они прекратят борьбу. Миссию эту возглавляли православные магнаты Кисиль и князь Четвертинский, как и все магнаты, несмотря на свое православие, всецело поддерживавшие польскую политику на Украине.
Королевскую миссию Хмельницкий принял подчеркнуто холодно. Принял он ее стоя, окруженный своей старшиной. Гневные и оскорбительные выкрики присутствовавших сопровождали речь главы миссии — Кисиля. А в своем ответе Хмельницкий сказал: «Я вас всех, ляхов, переверну вверх ногами и растопчу так, что все будете у меня под ногами…»
Чванливые магнаты проглотили все обиды и оскорбления и в течение нескольких недель старались уговорить Хмельницкого пойти на соглашение с Польшей, пытаясь разными обещаниями и интригами внести раскол и несогласие в ряды повстанцев.
Хмельницкий же затягивал переговоры, чтобы выиграть время для подготовки к возобновлению военных действий, и только во второй половине февраля выставил свои условия, заведомо неприемлемые для поляков и к тому же требовавшие утверждения Сейма. В условиях Хмельницкого предвиделись новые переговоры весною, что давало еще несколько недель для подготовки к войне.
Не добившись от Хмельницкого никаких уступок и изменений его условий, польская миссия уехала из Переяслава, напутствуемая словами Хмельницкого: «На всей Украине не останется у меня ни одного князя и ни одного шляхтича; а если кто из них хочет есть хлеб с нами — тот покоряйся запорожскому войску!».
Ведя переговоры с польской миссией, Хмельницкий, одновременно с подготовкой к войне, предпринимает шаги к воссоединению с Москвой и привлечению ее к активному участию в деле освобождения Украины от польского владычества.
 
Миссия Мужиловского
Под видом сопровождения патриарха Паисия, ехавшего через Киев в Москву, Хмельницкий посылает своего доверенного человека — полковника Мужиловского к Московскому царю с поручением совершенно секретно и только лично передать просьбу царю о включении Украины в состав Русского государства.
4 февраля 1649 года Мужиловский при личном свидании с царем передает ему поручение Хмельницкого и свою «записку» по этому вопросу, в которой настойчиво просит оказать помощь в войне с Польшей. Если не прямым участием, то хотя бы расквартированием русских войск в местностях, уже освобожденных от поляков, «как в своей прямой вотчинной земле», а также разрешением донским казакам помочь украинцам в их борьбе с Польшей.
Сохранившаяся в московских архивах «записка» Мужиловского опровергает все измышления шовинистов-сепаратистов (Грушевского и его «школы») о том, что Хмельницкий в переговорах и сношениях с Москвой двурушничал, обещая Москве воссоединение и вовсе не думая это воссоединение осуществить.
Москва хорошо была осведомлена о подлинных настроениях и самого Хмельницкого, и его народа, видевших свое единственное спасение в соединении с Москвой. Но выступить активно она тогда еще не могла. Это бы значило возобновление войны с Польшей после только что заключенного Столбовского мира (1647 г.). А к такой войне Москва не была готова.
Но зато все остальные виды помощи восставшему населению Украины Москва оказала с несвойственной московским политикам быстротой и решимостью.
 
Помощь Москвы
Зная тяжелое продовольственное положение Украины после неурожая 1648 года и разорений, вызванных войною, были немедленно отменены вывозные и ввозные пошлины при торговле с Украиной. Обозы с хлебом и всем необходимым (до выделывавшихся в Московском царстве казачьих седел включительно) потянулись с севера на Украину. Сохранившиеся донесения пограничных воевод (Путивльского, Севского, Рыльского и других) свидетельствуют о размерах разного вида снабжения, шедших на Украину.
С другой стороны, были значительно расширены льготы и даже привилегии, дававшиеся населению Украины, переселявшемуся в пределы Московского государства. В одиночку и группами, иногда в несколько сот семейств, украинцы переходили границу и поселялись в границах дореволюционных российских губерний: Харьковской, Курской, Воронежской, отдельными «слободами» — свободными селами.
Кроме того, немедленно же, не ожидая отъезда из Москвы Мужиловского, к Хмельницкому был послан специальный гонец от царя — Михайлов с заданиями наладить связь с Москвой.
В ответе царю, переданном через возвращавшегося Михайлова, Хмельницкий (3 марта 1649 года) пишет, что он, «Гетман и все войска, как первее також де и ныне желает того, чтобы ваше царское величество нам, найнижайшим слугам и подданным своим, учинился государем и царем». В ответ на это письмо Хмельницкого Посольский приказ своей грамотой уведомил его, что Москва к его просьбе относится положительно.
В конце марта Хмельницкий направляет в Москву своих посланцев — игумена Павла и попа Никифора с поручением через пребывавшего в Москве патриарха Паисия хлопотать перед царем о скорейшем согласии Москвы на воссоединение с Украиной.
Одновременно с путешествием в Москву игумена Павла и попа Никифора из Москвы было послано к Хмельницкому специальное посольство во главе с выдающимся московским дипломатом Унковским.
 
Посольство Унковского
Путь посольства Унковского через Украину превратился в сплошную манифестацию русско-украинского братства. Начиная с Конотопа, куда Унковский прибыл 1 апреля, и кончая Чигирином, ставкой Хмельницкого, казаки и все население восторженно встречали и провожали московское посольство.