Превозмоганец-прогрессор 2

— А Пелон уже бунтует? — хмыкнула, не сдержав иронии, герцогиня, — Коннетабль, ты не хуже меня знаешь, какой реальный уровень боевой подготовки городского ополчения. Я с огромным удовольствием, чуть позже, отправлю пару-тройку — может, больше — чиновников ратуши на дробление им костей или просто на виселицу. Ещё не решила. Но, пока, гвардия подтянет навыки обленившихся скотов и напомнит, как держать в руках оружие. Вернуться в город им не долго совсем. И ты забыл о дружинах владетелей, присланных моим венценосным братом.
— Я не забыл, — Нант Рестин тяжело дышал, даже короткая прогулка по кабинету его утомляла, — Однако, бОльшая часть этих дружин также отправилась в лагерь, а те, что в городе…, - он махнул рукой и вновь сел в кресло, — Люди барона Жевгнета пьют беспробудно в трактирах и пропадают в весёлых домах со шлюхами, а Рою кто-то из его дружинников сказал, что ему привиделась на улицах Пелона какая-то иск-магиня накануне, и Крим, избив того бойца за поздний доклад, сейчас лично со всеми дружинниками как гончие псы носятся по городу в поисках той женщины. Вместо того, чтобы укреплять восточную стену, как ему было поручено, и заготавливать смолу и дрова. Латана, подумай и о том, почему я тебе докладываю постоянно о смущении умов в городе и о грозе на юге, а не те, кому это положено?
— "Потому, что ты выжил из ума, мнительный придурок", — подумала герцогиня и ответила, — Ты слишком много сил отдал службе моим отцу и брату, Нант. Я испытываю к тебе огромное чувство благодарности. Но… Все мы устаём и иногда начинаем видеть козни врагов там, где их нет. Я безоговорочно доверяю генералу Шеппару и лэну Церну Ярису, — дальнейшие свои мысли она вновь не стала произносить вслух, — "В отличие от тебя, плешивый дурак, эти вельможи по настоящему уважают и любят свою правительницу"
Ей пришлось терпеть от него нравоучения и ненужные подробности жизнедеятельности в Пелонской провинции и городе ещё почти целую десятину. Когда Рестин покидал кабинет, молодая герцогиня еле сдержалась, чтобы не запустить ему в спину свою золотую шкатулку с мазями и притирками.
Латана подошла к большому, тщательно полируемому дважды в день серебряному зеркалу, стоившему целое состояние, и посмотрела на своё отражение.
Молодая белокурая женщина в зеркале выглядела моложе своих двадцати пяти лет. Небольшой румянец на её щеках являлся, скорее, результатом утомления от надоевшей беседы — обычно герцогиня имела бледный цвет лица. Красива?
Латана обнажила в улыбке зубы, из которых два верхних по центру были явно великоваты, больше, чем у других людей. Почти, как у крольчихи.
Крольчиха. Именно такое прозвище ей дали, когда она только прибыла в Пелон два с лишним года назад. С тех пор, из-за этой насмешки, молодая герцогиня старалась меньше улыбаться, а когда это всё же нужно было делать, не разжимала губ.
Бедная Чипра, старая служанка, приехавшая с ней из Ливора. Именно она узнала, как во дворце стали называть новую правительницу пелонские владетели, сановники, чиновники, их жёны и даже слуги, и донесла об этом своей госпоже.
За то, что рабыня осмелилась слушать такие оскорбительные речи и тут же их не забыть, Латана приказала её запороть до смерти, отрезав перед этим уши. И горько пожалела об этом уже на следующий день. Только потеряв свою верную служанку, герцогиня поняла, как много та для неё значила. Много ночей новая правительница провела в слезах и злости на свою жестокость и глупость.
Конечно, Латана мечтала отомстить злоязыким сплетникам. Вот только, как и в случае с плешивым стариком, это было не в её возможностях.
Владетели провинции являлись вассалами её брата, а ей они подчинялись лишь по его приказу. Герцогиня могла им всем насолить и делать пакости, чем она иногда и занималась, вызывая ещё большую к себе неприязнь, но причинить какой-нибудь серьёзный вред не могла.
Зато, если кто-то из аристократов или сановников всё же попадался на совершении преступлений против короны, Латана требовала от брата не только самого жестокого наказания для провинившихся, но и опалы для их родственников.
— Госпожа.
Милый Эфф всегда тонко чувствовал настроение своей хозяйки. Он подошёл и робко опустился перед ней на колени. Его руки нежно прикоснулись к её бёдрам и начали приподнимать платье.
Закрыв глаза, герцогиня отдалась наслаждению, которое ей доставлял этот замечательный юноша. В низу живота у Латаны проступало красноватое изображение заклинания Огнешара, одного из двух — ещё было и Лечение — которое восприняло после инициации её тело. Именно по этому рисунку вверх-вниз сейчас двигался лоб раба.
— Спасибо, малыш, — глубоко вздохнув, герцогиня Пелонская погладила слугу по кудрям, — Вставай, — она прошла к секретеру, достала из стоявшего там сундучка серебряную монету в три ритала и протянула её Эффу, — Ты мне до вечера будешь не нужен. Сходи отдохни в город. Только, смотри, сильно не напивайся, — пригрозила правительница, — Накажу. Ты меня знаешь, — и тут же вновь прикоснулась к нему, смягчая грубость своих слов, — Иди.
Напоминать рабу, что по возвращении из города ему обязательно нужно посетить баню, герцогиня не стала. Парень был ко всему ещё и умный, и чистоплотный — настоящая находка. Спасибо подруге Фемиле.
Эффу она скоро даст свободу, так Латана решила. И даже подыщет ему подходящую пару в жёны — да хоть ту же Винцу, служанку из свободных горожанок, приличную и достаточно сообразительную, чтобы закрывать глаза на то, кому ещё доставляет удовольствие её супруг.
Юноша ещё не успел выйти из кабинета, как в дверь постучал секретарь и доложил, что прибыл начальник тайной службы герцогства.
Лэну Ярису правительница всегда была рада. Церн умел её развлечь, был остроумен, внимателен, тактичен и не скупился на комплименты.
— С коннетаблем столкнулись у парадного подъезда, — доложил он, отвешивая учтивый поклон, — Опять на меня ябедничал?
— Не без этого, — засмеялась Латана, похлопав по плечу тридцатидвухлетнего сановника, с которым у неё были почти приятельские отношения, — Старик очень, знаешь ли, подозрителен. Ты хочешь пригласить меня на допрос очередного негодяя?
— Нет, правительница, — Церн не стал садиться, — Я только принёс последнюю сводку новостей по городу. Вот, — он положил на стол свиток, — Мог бы и с нарочным прислать, но не хотел лишать себя возможностей лишний раз повидать свою красавицу-герцогиню.
Латана старалась не показывать, как ей приятно слышать такие слова, однако, на лэна посмотрела благожелательно.
— Да зачем мне это читать? Там же всё равно ничего толкового нет. Вчерашнюю сводку глянула мельком. Старик Нант сейчас сказал, что вчера пройдохи пиратской республики исчезли из нашей гавани. А у тебя в донесении об этом не было ни слова.
— Ох, прости меня повелительница, — шутя прижал руку к середине груди Церн, — Если бы я знал, что тебе интересны эти свиньи, обязательно об этом доложил.
— Я должна знать всё, — наставительно произнесла Латана, — Впредь пиши обо всём, чтобы я не чувствовала себя неосведомлённой при коннетабле.