Будни советского тыла. Жизнь и труд советских людей в годы Великой Отечественной Войны. 1941–1945

В результате в 1939 году на предприятиях была развязана очередная борьба с прогульщиками. Как итог – рост числа наказанных и уволенных за подобное нарушение в несколько раз, что наглядно видно из приведенной ниже таблицы.
 
Нарушения трудовой дисциплины на заводе № 92 за 10 месяцев 1939 года [56]
  
Примечательно, что всего через 6 дней после постановления СНК и ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по упорядочению трудовой дисциплины» Президиум Верховного Совета СССР учредил звание Героя Социалистического Труда, фактически соответствовавшее военному званию Герой Советского Союза. Награжденному вручалась соответствующая грамота, а также орден Ленина. Правда, знак особого отличия – золотая медаль «Серп и молот» была учреждена значительно позднее – 22 мая 1940 года.
Правда, первый указ о присвоении звания Героя Соцтруда вышел только через год после учреждения – 20 декабря 1939 года. Видимо, за все это время в стране не нашлось ни одной подходящей кандидатуры! Звание было присвоено Генеральному секретарю ЦК ВКП(б) Сталину в честь его шестидесятилетия и «за исключительные заслуги в деле организации Большевистской партии, создания Советского государства, построения социалистического общества в СССР и укрепления дружбы между народами Советского Союза». Позднее вождю вручили и золотую медаль «Серп и молот» № 1. Вторым героем стал конструктор Дегтярев, затем звания были удостоены известные конструкторы Поликарпов, Яковлев, Токарев, Шпитальный, Грабин, Иванов, Климов и др. И никаких там рабочих и крестьян!
Между тем государство принимало все новые меры по укреплению трудовой дисциплины. Причем они, как правило, находились в прямой зависимости от международной обстановки. Если «мирные» 30-е годы еще позволяли играть в либерализм и «диктатуру пролетариата», то после начала Второй мировой войны жизнь «диктаторов» стала стремительно ухудшаться. Страна постепенно и планомерно превращалась в военный лагерь, в котором станки приравнивались к орудиям, а лопаты и молотки к винтовкам и пулеметам.
26 июня 1940 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР в отношении предания суду летунов и прогульщиков. Отныне опоздание на работу свыше 20 минут приравнивалось к прогулу, за который рабочий нес уже не административную, а уголовную ответственность. Основным наказанием были определены исправительные работы, – как правило, на этом же предприятии, но уже бесплатно. [57] Кроме того, указ увеличил продолжительность рабочего дня до семи часов, а рабочую неделю – до семи дней. [58] Таким образом, никаких выходных дней отныне не было, народ должен был трудиться и еще раз трудиться. Такого не было даже в Древнем Риме, где рабы и то имели право на дни отдыха. Фактически с этого момента крепостное право в России было возвращено в полном объеме. Теперь наряду с крепостными крестьянами-колхозниками появились и крепостные рабочие, насильно прикрепленные к тому или иному заводу.
В дополнение к указу 22 июля того же года нарком юстиции и прокурор СССР издали совместный приказ, согласно которому рабочие, ушедшие на обед более чем за 20 минут раньше положенного времени и вернувшиеся с трапезы более чем через 20 минут после официально установленного времени, должны были привлекаться к судебной ответственности, как за прогул. [59]
Первый приказ директора завода № 92 А. Е. Еляна по преданию суду 38 прогульщиков был подписан 20 июля. В дальнейшем в течение месяца в суд передали дела еще на 201 прогульщика. [60] В результате этих мер в сентябре количество прогульщиков сократилось в среднем с 25 до 8 человек в день. Но в то же время резко возросло сокрытие прогулов и предоставление задним числом административных отпусков, и реальное состояние дисциплины улучшилось незначительно или не улучшилось вовсе.
За первые десять лет существования завода № 92 проблемы трудовой дисциплины оказывали сильное влияние на его работу. Прогулы и опоздания, многочисленные поломки и аварии оборудования, несмотря на постоянную борьбу с ними, дезорганизовывали работу цехов, порождали высокую текучесть кадров. Подобная ситуация складывалась на всех предприятиях страны, из-за чего и возник пресловутый указ от 26 июня, фактически вернувший крепостное право в промышленности, забытое 80 лет назад.
Однако массовые прогулы и текучесть кадров вовсе не оправдывают драконовских мер, принятых сталинским руководством. Вместо того чтобы создать эффективную систему стимулирования труда, предпочли просто прибегнуть к банальной принудиловке. С другой стороны, указ от 26 июня фактически означал поражение советской власти в идеологическом воспитании трудящихся. Тем самым власть признала, что одними только лозунгами типа «трудись ради Родины» и призывами к энтузиазму заставить людей хорошо работать не удалось. Поэтому дальше решили действовать по принципу «Не хочешь – заставим!».
Ну а СМИ, как водится, начали масштабную программу по борьбе с нарушителями указа.
«На заводе имени Воробьева к проведению в жизнь Указа Президиума Верховного Совета СССР относятся формально, – сообщала статья «Потворство нарушителям указа». – В результате дисциплина расшатана. Рабочие упаковочного цеха: Ершов, Краев, Малинкин и др. во время работы спят. Мастер ОТК т. Занозин, у которого работают эти нарушители трудовой дисциплины, оправдывает их. «А что нам делать, если нет работы», – говорит он.
Либеральничают с расточителями рабочего времени и в столярно-сборочном цехе. Рабочий Летфулов однажды просидел в курилке более 45 минут, а сборщики Гейзер, Коробков и Поляков 26 августа пробыли в курилке по 22 минуты. Все они остались безнаказанными. Приведенные примеры не единичны. Неудивительно, что при таком отношении к нарушителям Указа прогулы и опоздания не сокращаются. С 28 июня по 15 июля на заводе прогуляло 12 чел., опоздало 51, а с 1 по 25 августа прогуляло 26 чел. и опоздало 43 человека… В сборочном и рассевных цехах вошло в систему на 5–10 минут до гудка уходить бригадами в столовую. Бригадиры Ларичев и Кашин об этом знают, но мер не принимают. В механическом цехе № 2 многие рабочие опаздывают на 5–10 минут, и им все сходит с рук». Ну и, как водится, вместо «прогулов» появилось большое количество «административных отпусков». Только за 23 августа было «отпущено» с работы по заводу 67 чел. При этом начальник деревообделочного цеха Рысенкин на 3 дня отпустил сотрудника Гоголева на охоту.