Лесовик. Вор поневоле

— Спокойной ночи, Лесовик. От всей души желаю тебе никуда не вляпаться, пока я сплю, — с этими словами он накрыл лицо своей широкополой шляпой.
— Спокойной ночи.
Меня же ждало письмо от Димыча. Открыв почту, я приступил к чтению:
«Ну здравствуй, Жека! Я написал тебе письмо именно на игровой твой ящик, так как надеюсь, что здесь отследить мою почту будет сложнее. Прошу, не удаляй письмо сразу, а прочитай его внимательно. Всё дело в том, что оно отправится к тебе только в том случае, если я не смогу отменить его отправку. Следовательно, если ты это читаешь, то я, вероятнее всего, мёртв. Тебя я обвинять не собираюсь, хотя косвенно ты в этом, скорее всего, виновен. Видно ты нашёл какой-то способ выбраться из колонии на волю, причём сделал это не по УДО или окончании срока, а какому-то хитрому способу, предполагающему новое расследование твоего дела. А это значит, что меня в этой истории назначили крайним. А чтобы я, не дай бог, не сболтнул кому-нибудь что-то лишнее, меня просто устранили. При этом наверняка объявили, что я ударился в бега. Ведь если найдут мой труп, то могут возникнуть лишние вопросы. Слишком уж большие деньги замешаны в этой истории. Об этом мне удаётся судить хотя бы по моей нелегальной зарплате. А платили мне, поверь, немало, по крайней мере, эта зарплата на два порядка превышала ту сумму, которую выплачивали мне как айтишнику детского дома.
Спросишь, почему я написал это письмо? Мне просто больше не к кому обратиться. Да и не хочется оставлять мою смерть безнаказанной. К сожалению, доказательств преступной деятельности этой мымры директрисы не так уж и много, слишком уж она осторожна. Про её покровителя же у меня информации вообще нет. Знаю только, что именно благодаря этому покровителю её муж получил своё место мэра, и он имеет какое-то отношение к корпорации. Занимает, скорее всего, какой-то руководящий пост в исследовательском отделе, иначе зачем бы ему понадобилась эта лаборатория из малолеток. Но это мои домыслы, и не факт, что это правда. Целей исследований мне так выяснить и не удалось, но сдаётся мне, что они хотят как-то повлиять на закон о запрете на стопроцентное погружение. Я думаю, ты и сам об этом догадался, ведь зачем бы мне было настраивать всем капсулы на сто процентов. Ну а все свои невеликие доказательства я сбросил в один архив на забавный портал для взрослых. Думается мне, что там вряд ли кто-то станет искать. Ссылка прилагается. Пароль к архиву довольно простой: «Coza-Dereza». Пароль — защита от случайных любопытных товарищей. Ну, наверное, всё. Не буду посыпать голову пеплом и причитать, что как же это так — я любимый и самый замечательный погиб. Это неинтересно ни мне, ни тем более тебе. Всё, пока.
P. S. Выведи обязательно этих уродов на чистую воду. Надеюсь, собранные мной материалы в этом хоть немного, но помогут. Будет хоть какая-то польза, если не от моей жизни, то хоть от смерти. На этот раз точно всё.
М-да, письмо оставило какой-то горький привкус. Не пойму только, то ли жалости, то ли сожаления. Как ни крути, Димыча всё же жалко. Хоть он и тоже во всём этом участвовал, но всё равно его ненавидеть не получается. Вот директрису — да, Настю и Герду тоже получается, таинственного покровителя — сколько угодно, а Димыча — не выходит. Может, это из-за того, что его уже нет? Нет, наверное, всё же из-за того, что он мне помогал. Там чуть-чуть, тут чуть-чуть, помощь складывается из мелочей. Ну не воспринимает его моё подсознание, да и сознание однозначно плохим. Опять же письмо это. Совсем конченый человек его бы не написал. Или написал? Вор у вора дубинку украл… А я, как всегда крайний, должен отомстить за пострадавшего? Да нет, не хочу я в это верить. Зачем? Как говорил дед, лучше считать людей хорошими и ошибиться, нежели всех считать плохими и жить с этим. Так что Димыч для меня останется хорошим, но запутавшимся человеком.
Я закрыл почту и огляделся. Спящий лагерь навевал спокойствие и какую-то дремоту. Но на душе было тоскливо, вспомнил дедов метод успокоения. Интересно, получится ли в виртуале? Встал, обнял дерево, на которое до этого облокачивался. Потянулся мысленно к нему всей душой, поделился всеми своими переживаниями, всеми своими чувствами и сомнениями, отдал ему всего себя. Взамен же постарался принять его вековое спокойствие, радость жизни, наполненность силой. На какой-то миг ощутил себя единым целым с лесом, крохотной частичкой чего-то большого, мудрого и бесконечно доброго. Но всё это оборвалось в один миг.
Вы почувствовали суть дерева. Вы становитесь ближе к лесу.
Поздравляем! Талант «Душа леса» увеличился на +1.
Поздравляем! Вы выполнили скрытое подзадание «Испытание восприятия». Награда: 1 очко восприятия, 1 очко класса.
Весь настрой сбили, но я не расстроился. Тихо сползая по дереву вниз, я, наоборот, радовался, ещё бы, такие вести! Оказывается, таланты тоже можно прокачивать! А мне это в голову не приходило… Хм, а новые самому как-то получить можно? Вот, например, тот же язык зверей и птиц можно было как-то самому выучить? И если да, то как это сделать? Интересно, интересно… А с кем ещё можно поговорить, кроме зверей, птиц и… металла? Стоп, куда-то меня не туда понесло, не дай бог ещё с камнями научиться разговаривать, тогда вообще полный трындец будет. Мне и так порой кажется, что с ума схожу: то с крысами, то с пилой болтаю… А с камнями так вообще до дурки недалеко останется.
Так, а чем я вообще собирался заняться после разговора с Сирано? Правильно, учёбой. На выход, срочно на выход.
Не успел. Чья-то сильная мозолистая рука ухватила меня за ухо.
— Ну и кудый-то ты собрался? — послышался знакомый старческий голос. — Али ты думаешь, что я должон за тобой по всему лесу гоняться? Кем ты себя возомнил, шибздик? Лесным патриархом? Или же ты уже всему научился, все науки лесные постиг, все беды наши исправил?
— А какие у нас беды, учитель? — попытался повернуться я лицом к говорившему, личность которого у меня уже не вызывала сомнений. Но крепкая рука не позволила мне это сделать без попытки оторвать моё несчастное ухо.
— А у нас одна беда, зато главная. Нерадивый ученик, который шастает неизвестно где и неизвестно с кем, при этом плевать хотел и на лес, и на своего учителя.
— Вот зря вы так! А я, между прочим, вас искал и даже у вашего брата, домового, поинтересовался, где вас можно найти, а он мне сказал, что вы сами меня найдёте, мол, чего вас искать-то?
— Эвона как! С чегой-то ты решил, что домовой мне братом приходится?
— Так он сам вас так назвал, правда, сводным.
— Ну вот, другое дело! А то — брат! Сводный, это же по отцу, а брат — это по матери. Мужчина из семьи уходит, а женщина и есть семья. Мужчина глава рода, но снаружи, а женщина внутри. Мужчина — это перемены, женщина — хранительница очага. Нельзя назвать настоящим братом того, кто вырос в другой семье, у другой хранительницы очага, пусть он и от семени твоего отца. У вас будет разным всё: и воспитание, и энергетика, и чувства, и желания… — Во время этой тирады моё многострадальное ухо постепенно закручивалось вокруг сильных пальцев. И когда я уже был готов вскрикнуть от боли, его наконец-то отпустили. — Ладно, закончили. Зачем ты меня искал?