Лесовик. Вор поневоле

Вы получили задание «Профессиональный переводчик». Необходимо переводить все слова тролля Степашки окружающим максимально точно. Награда: опыт в конце каждого дня, величина награды зависит от загруженности переводчика и точности перевода.
Вот и думай тут: то ли радоваться, то ли плакать. С одной стороны, каждый день идёт бесплатный опыт, а с другой — постоянно терпеть этого весьма специфического товарища рядом — удовольствие ещё то. Около него я уже успел почувствовать себя психом, и то ли ещё будет… Впрочем, чего я рассусоливаю, система-то мне выбора не предоставила, а значит, и думать не о чем.
— Пошли! Только мне надо самому идти по следу, это часть моего обучения!
— Как скажешь, о многомудрый следопыт Зоркий глаз! Да не оскудеет острота твоего зрения во веки вечные.
Кажется, это будет труднее, чем мне представилось вначале.
Следы вели в чётко заданном направлении, и мучиться с их нахождением особо не приходилось. Да, система мне их подсвечивала весьма слабо, однако зачем мне эта подсветка, когда в почве просвечивают явные и глубокие отпечатки здоровенных Хрюшиных копыт?
Итак, следы особого труда не представляли, но вот выносливость показала мне фигуру из трёх пальцев, явно намекая, что моему организму требуется отдых. А времени прошло каких-то жалких десять минут. Что-то тут явно не то, ведь до этого мне удавалось бежать гораздо дольше, чем полчаса. Почему же сейчас, на тридцати процентах от былого, так паршиво? Продолжал двигаться шагом через не могу — пусть выносливость растёт. Вспомнил прочитанную когда-то давно сказку про русалочку. «Каждый шаг — боль». — Чрезвычайно добрый был автор, но именно эта фраза вертелась у меня в голове, заставляя двигаться. Я убеждал себя, что я крепче, сильнее и суровее той бедной влюблённой дурочки. Мало того, ей это не давало никаких бонусов, а мне даёт. Я становлюсь сильнее, и моё усердие, моя воля являются моим главным движущим моментом, моим путеводным огнём. Я шёл и шёл, шёл и шёл. В глазах потемнело, но я продолжал идти, кажется, меня шатало, начало шуметь в ушах. Ещё один шаг, ещё. Снова и снова. Вперёд, только вперёд. Дальше я отключился.
Очнулся на руках у тролля. Он меня куда-то нёс. Причём делал это с такой лёгкостью, словно я ничего не весил, а ведь помимо моего веса у меня в рюкзаке ещё и различных вещей на полторы сотни килограмм. Я невольно ощутил зависть к такой силище. Тролль же, судя по всему, заметил моё пробуждение, потому что начал сюсюкать:
— Доброе утро, солнышко! Ути-пути, моё дитятко! Сам ходить не может, ножки его не держат, падает, капканы по пути собирает. Глупыш мой неразумный… Что с тобой делать доброму дяде Степашке? Как научить уму-разуму?
Я несколько ошалел от такого обращения к себе. Тролль же перестал сюсюкаться и продолжил уже нормальным тоном:
— Знаю! — с этими словами он поставил меня на землю, лицом по направлению движения, после чего я получил мощный пинок под зад.
Меня подбросило вверх от мощного удара. Опустившись вниз, я почувствовал резкую боль в правой ноге и свалился на землю. Место удара тоже неслабо болело.
— За что? — поинтересовался я у тролля.
— Не совсем правильная формулировка. Не «за что», а «для чего». Просто я поглядел на твою устремлённость к обучению и решил помочь тебе с этим, раз уж учителя тебя временно оставили. А я прекрасно помню, как учили меня. Слова моего учителя крепко врезались мне в память: «Чем меньше ученик может сидеть, тем лучше он усваивает материал!» Он буквально вбивал в меня знания. Ах, какое было золотое время! Сколько всего нового и интересного я узнал за время обучения у старого учителя Рраррога! — Тролль даже зажмурился, что-то вспоминая. Меня же от вырисовывающихся перспектив перекорёжило. — Но ничего, я тебя тоже научу всему, чему научили меня, тем более что методы обучения показали себя с самой лучшей стороны. И я давно хотел на ком-нибудь отыграться… Прости, оговорился, я хотел кого-нибудь обучить.
— Что-то мне уже не хочется…
— Ты не веришь в меня как в учителя? Что ж, значит, мне придётся приложить вдвое больше усилий, нет, даже втрое, чтобы добиться положительных результатов. Но, хочешь ли ты того или нет, я вобью в тебя знания!
— Трындец… — Похоже, отделаться от навязчивой идеи тролля мне не удастся. — Мне трындец…
Я уронил в бессилии голову, судорожно пытаясь придумать, как отделаться от нового учителя.
— Ну… — протянул тролль. — Так даже неинтересно. Это так просто, что даже скучно. — Я поднял голову и наткнулся на сочувственный взгляд Степашки. — Ну нельзя быть таким доверчивым! Тебя же все знакомые, наверное, разводят, как кролика, и используют в своих целях.
— Да вроде нет, у меня даже порой складывалось впечатление, что это я всех использую.
— О! Ты не шутишь? Браво! Брависсимо! Это высший пилотаж! — Тролль сложил пальцы одной руки в щепоть и звонко её чмокнул, показывая своё восхищение. — Использовать разумного так, чтобы он ещё чувствовал, что тебе обязан и тебя использовал… Это, безусловно, мастерство высшей категории. Я уже хочу познакомиться с твоими милыми друзьями. Наверняка они такие прожжённые дельцы, что я и все мои знакомые окажемся в детсадовской лиге.
— Прости, а по поводу обучения это была шутка, надеюсь?
— В каждой шутке есть доля шутки, так что даже не надейся! Я всерьёз решил взяться за твоё обучение! А чтобы ты не пытался меня переубедить всякими глупыми способами вроде саботажа обучения, я расскажу, как пришёл к такому желанию. Тут есть сразу несколько причин. Но лучше я начну не с них, а с логической цепочки. У тебя есть учителя. Судя по тому, что это учителя, то их не меньше двух. Значит, ты желаешь чему-то научиться. Вероятно, ребята это довольно толковые, раз сотворили тебе такую интересную одёжку. Да и стоит она немало. Ну что ты лупкаешь на меня своими зенками? Да, я в курсе цен на амуницию. Почему тебя это вообще удивляет? Тролль говорит, тролль читает, значит, тролль знает. Всё в порядке вещей. Так вот, твои учителя оставили тебя с перегрузом, в спецкостюме с понижением характеристик, и что ты делаешь? Надеваешь кольца на повышение силы. Ну и чем ты думал в тот момент? Мало того, чтобы свести совсем уж все старания своих учителей в ноль, пёр, словно одержимый, всю дорогу на одной выносливости, загоняя себя просто в изнеможение. Довёл себя до такого состояния, что даже не почувствовал, как на ноге защёлкнулся капкан! Так и пытался идти вперёд, не стянув его с ноги. Дальше я смотреть на это не мог и решительно приобщился к твоим учителям. Вырубил тебя ударом в ухо, снял капкан и понёс вперёд, раз уж ты так стремился идти по следу. Да, я помню, ты говорил, что должен это делать сам. Но последние минут пять ты вообще ничего не видел и пёр вперёд на автомате. Сила воли у тебя потрясающая, не спорю, и выносливость такими темпами у тебя прокачается довольно шустро. Но ведь не ради неё одной ты тут выёживаешься? Ах да, чуть не забыл, ты так удачно обошёл первый и второй капканы чисто на пошатывании своего дурного тела, что я переставил их перед тобой так, чтобы такого казуса не повторилось.