Больница людей и нелюдей. Книга 2
В итоге вышла из-за стола я раздраженная, недовольная будущими родственниками и обиженная на судьбу. В спальне меня встретил норг, потребовал почесывания, с ним в обнимку я и уснула.
В Межмирье времен года не было. Погода — да, была, непредсказуемая и переменчивая, а вот времен года не было. Зато здесь практически всегда царило тепло, не всегда, правда, дотягивавшее до жары, но в шубах и шапках народ никогда не ходил. Все это я услышала от Конрада рано утром, когда он пришел собственноручно разбудить дражайшую невесту. Выражался будущий муж громко и экспрессивно, поэтому я, еще толком не проснувшись, уточнила:
— Ну хорошо, времен года нет, шубы не носят. Я тут при чем?
— Снег идет, — последовал злобный ответ.
Я думала несколько секунд, прежде чем ответить, затем осторожно спросила:
— Так, может, это… Отменим свадьбу?
Блохастик раздраженно прищурился, прошипел: «Не дождешься!» и небольшим ураганчиком выскочил из комнаты. Я вздохнула. Ну вот. А ведь такой шикарный намек от местных богов. Снег, которого здесь не видели, наверное, лет — дцать…
Спор со свекровью разрешился сам собой. Какое там платье? На улице царил поистине собачий холод: минус три градуса по Цельсию. Для этих мест — небывало низкая температура. Так что Рунара хоть и недовольно косилась на мои потрепанные джинсы и теплый свитер, но и слова против не сказала, так как сама надела темно-коричневый костюм для верховой езды — благодаря брюкам, в нем не особо сильно мерзли ноги.
Следующий сюрприз ожидал нас при выходе из дома: самоходная карета отказалась работать. Теперь на меня косо поглядывали не только жених, но и свекор со свекровью. Лотир: со свойственной молодости небрежностью, фыркнул и заявил, что был бы рад пройтись пешком. Старший брат скептически оглядел младшего.
— Через пять минут ты в этом фраке станешь похож на сосульку.
— Мы можем и дома остаться, — подала голос я. Последовавшие за этой необдуманной фразой мрачные взгляды будущих родственников не предвещали бедной человечке ничего хорошего. Пришлось плестись рядом с Рунарой, благо идти было недалеко: храм Всех Богов, в котором обычно проходили церемонии бракосочетания, находился в трех кварталах от дома оборотней.
Навстречу нам шли существа разных рас, закутанные по самые уши всем, что только нашлось в их жилищах. Горгулья, одетая в длинный байковый халат, с махровым полотенцем на голове, в иное время и в других обстоятельствах могла бы выглядеть смешно, но сейчас вызывала лишь жалость. На массивного тролля, завернутого в теплый плед, пялиться было боязно. На двух гномок, видимо, надевших под легкие куртки сразу несколько кофт и поэтому выглядевших ненормально толстыми, вообще смотреть не хотелось.
Народ, приехавший на обещанное шоу под названием «Инка выходит замуж», выглядел не лучшим образом. И если Сортарин с супругой, высокой жгучей брюнеткой, грелись огнем в собственной крови, то несчастный Астон напомнил мне встреченных гномок, а Аринор мало чем отличался от увиденного тролля.
Храм, высокий, выстроенный в готическом стиле, с длинными заостренными башнями, своими шпилями как будто разрывавшими небо на неравные части, внутри оказался просторным помещением. Широкие окна, застекленные слюдой, алтарь в глубине комнаты, несколько магических шаров под потолком. Все. Никаких статуй богов. Да и о самих богах я до сих пор не удосужилась узнать. Единственное, что вспомнилось: богиня брака, семьи и плодородия, Асарта, изображалась в виде тучной дамы среднего роста. Видимо, именно она и должна была благословлять наш с Конрадом брак.
Оборотень, крепко держа меня за руку, подошел к тому самому алтарю, — широкой увесистой каменной плите серого цвета — положил наши руки на поверхность и что-то пробормотал. Несколько секунд ничего не происходило. Гости затаили дыхание. Потом над плитой появился и начал медленно загораться красно-черный огонь. Позади нас с блохастиком послышались изумленные возгласы.
— Богиня брак благословляет, хоть и не одобряет его, — пояснил мой теперь уже муж, повернулся к народу и торжественно произнес:
— Я, Конрад Ортольский, беру Инку Любову своей законной женой!
Моей реплики не требовалось. Сразу после слов мужа на наших с ним руках появились «браслеты» черно-красного цвета. Оборотень хищно ощерился.
— Все, милая, теперь ты моя.
Я мысленно скрутила фигу мило улыбнулась гостям и решила: что жизнь в браке скучной точно не будет.
КОНЕЦ