Больница людей и нелюдей. Книга 1

Крик наглой общипанной курицы, по явной глупости именуемой всеми жар-птицей, застал меня в столовой для персонала. Да, обычно я не ем мясо, ограничиваюсь кровью, рыбой, выпечкой и изредка — сладким. Но тут другое дело! Острые зубы раз за разом вгрызались в плохо прожаренный, поданный с кровью бифштекс, а я с наслаждением представляла себе на его месте рыхлую шею новенькой. Вот где пиршество было бы!
Я как раз тщательно прожевывала последний кусок, когда над ухом у меня и остальных любителей поесть заверещало нахальное чудо в перьях. Вообще-то, она сидела где-то на последних этажах и, не стесняясь, орала оттуда, но мы, нелюди, слышали ее, как если бы она визжала персонально рядом с ухом каждого из нас.
Красная тревога! Вот только этой радости нашей больнице и не хватало до полного счастья. Что, ну вот что могло случиться? На моей памяти кура просыпалась примерно полгода назад, когда тролли с гномами внезапно обнаружили заброшенные шахты под городом и пытались делить территорию. Им, видите ли, нужны были свободные пещеры, чтобы спровадить туда молодняк и стариков. Тогда к нам поступило больше полусотни существ с ранениями различной степени тяжести. И далеко не всех удалось спасти — два клана додумались устроить потасовку на окраинах города, в довольно злачном, но обитаемом районе. Сейчас же что приключилось?
Гном, горгулья, грифон, тролль и я, костеря общипанную курицу, мрачно отставили не доеденные блюда и угрюмо потащились к выходу. Реаниматолог, медсестра, медбрат и два врача общей практики. Что-то мне уже не нравится наша компашка. Надеюсь, народ не додумается притащить новенькую. Она же там устроит «веселье», неизвестно еще, кого откачивать надо будет.
Додумались. Инка, бледная и растрепанная (это чучело поставить в таком виде на поле — все вороны не только мгновенно разлетятся, но и зарекутся вообще на то поле прилетать!), стояла рядом с Астоном и с любопытством наблюдала, как во вход для нелюдей течет широкая река из пациентов. Да уж, знатно мы сейчас повеселимся… Проломленные головы, сломанные руки и ноги, разбитые носы и подбитые глаза-вся эта разношерстная толпа напоминала мне воинов Второго Пришествия. Само действо я, в силу юного возраста, не застала, но дед в свое время не поскупился на живые картинки и голограммы. Так что нынешние ассоциации были однозначными.
— Что здесь происходит? И почему персонал не оказывает помощь пострадавшим? Главврач. Дарен Ронийский. Горный тролль. Громила и силач. Его до дрожи в руках боятся как врачи, так и пациенты. Несмотря на свои габариты, умеет подкрадываться совершенно бесшумно, чем доводит до инфаркта всех вокруг. Говорит тихо и спокойно. Но уж лучше бы кричал, так как при звуке его голоса хочется спрятаться куда-нибудь в дальнюю пещеру и молиться богам, чтобы он забыл о твоем существовании. А хуже всего то, что Дарен Ронийский помнит не только имена своих подчиненных, но и их личные дела. Наизусть…
Народ появление начальства оценил и начал споро разбирать пациентов. Не у дел остались только мы с Инкой. Я еще переваривала съеденное, она, судя по ее взгляду, вообще плохо соображала, что происходит.
— Человек и вампир… — Повернулся к нам с задумчивым видом главврач. — Дамы, вам особое приглашение надо?
Новенькая вздрогнула, подняла голову, секунду смотрела на начальство, затем судорожно всхлипнула и мешком осела на мраморный пол. Обморок, похоже.
— Да, хлипкое пополнение пошло… Сурина, приведите девушку в чувство.
    
Глава 3. Судьба — злодейка, а жизнь — копейка
Инна:
Я упала в обморок! Я! В обморок! Да я даже пауков и мышей дома не боялась! Сама, вот этими вот руками, постоянно мышеловки опустошала! Мать, наблюдая за мной, каждый раз говорила: «Раз ты, Инка, такая храбрая, иди во врачицы», а тут мое сиятельство увидело этого зеленого громилу и грохнулось на пол! Стыд-то какой!
Вампирша беспардонно ржала мне в лицо, бесцеремонно расталкивая и приводя в чувство. Недолго, правда: и ей, и мне нашлась работа, так как раненные все еще прибывали.
Мне достался гном: пожилой полноватый мужчина крепкого телосложения, с наполовину вырванной серой бороденкой, порезанной в нескольких местах рукой, разбитой губой и фиолетовым фингалом под глазом. Недоверчиво посмотрев на меня, он удрученно покачал седой головой:
— Человек. Меня собирается лечить человек. Детка, ты хоть знаешь, как бинт разматывать?
Ну уж это совсем дискриминация по расе и возрасту. Повязки мы всей группой упорно накладывали на каждую часть тела месяца три, не меньше, пока каждый жест не начали проделывать на автомате. Правда, тренировались исключительно на манекенах, но я очень сомневаюсь, что строение рук у сказочного существа и пластмассовой куклы хоть в чем-то отличается.
Мы расположились в небольшом приемном кабинете возле самого входа. Стол, стул, кушетка, шкаф с препаратами — все оборудование. Даже окошка не было — свет лил с потолка, нежно-розовый, явно магического происхождения.
Закончив накладывать повязку, я вопросительно посмотрела на своего пациента:
— Синяк мазать будем? Губу лечить?
— Так пройдут. Сколько тебе лет, детка?
— Девятнадцать.
Мужчина закашлялся.
— Ох, боги… Младенец совсем… Это что же такое творится: человеческих детенышей, глупых и неразумных, начали принимать на работу… Помяни мое слово: скоро мы все такими темпами в Бездне окажемся!
Ну спасибо, приголубил. Нет бы поблагодарить за качественное лечение, ага, щаз, дождешься от таких.
В ординаторскую я завалилась часа через два, уставшая и вымотанная до предела: пациентов было не просто много, нет, казалось, что весь этот мир вдруг вспомнил о здоровье и резко решил отправиться лечиться, и все — сегодня.
В комнате, медленно потягивая что-то мутное из высокого стеклянного бокала с непонятным мне логотипом, находился оборотень — мускулистый «товарищ» среднего роста, с длинными волосами, забранными в хвост, и чересчур тонкими губами, свидетельствовавшими, насколько я помнила из интернетовских статей, о скрытном и хитром характере. Судя по затурканному виду блохастика, ему тоже пришлось долго и активно работать. Уселась рядом, в одно из кресел, откинулась на спинку, оббитую довольно потертым бархатом, с наслаждением вытянула измученные натруженные ноги. Красота-а-а…
— Поздравляю с первым рабочим днем.
Язва.
— Спасибо. Здесь всегда так людно?
— Изредка. Сегодня, как я понял, кланы решили разборку устроить.
— Кланы? Разборку?
На меня посмотрели с недоумением. Потом мой собеседник пожал плечами:
— Забыл, что ты иномирянка. Смотри: у нас, как ты поняла, есть расы. Между собой они не враждуют, а если и бывают стычки, то довольно редко, и обычно разбор полетов обходится без крови. Подчиняются все Загадочной Троице, трем правителям, якобы принадлежащим к разным расам, которых никто никогда в глаза не видел. Да и вообще, есть ли они? Или это просто сказка, выдуманная в старые времена? Ладно, не суть. Так вот, внутри рас иногда бывают кланы, как, допустим, у вампиров или оборотней. Гномы и эльфы однородны, ведьмы вообще живут поодиночке. А вот мы и вампы любим иногда выяснить отношения с соседями. Вообще это строжайше запрещено законом, но зачинщиков, как ты понимаешь, находят довольно редко. Судя по рваным ранам и обилию переломов, сегодня порезвились оборотни, причем скорее всего начали все это безобразие тигры, рыси или волки.