Двуглавый Орден Империи Росс. Одна Магическая Длань
Вован всё порывался приступить и к их освоению, но поскольку дом долгое время простоял без хозяев, то сейчас мы занимались тем, что приводили его в порядок. А наши загородные «владения» могут и подождать.
Всё это богачество досталось нам за семнадцать рублей. По местным деньгам это очень дорого, особенно в этом месте, потому что окраина. Но нас оно прельстило относительной близостью к школе.
Хозяин умер три года назад, а поскольку наследников не нашлось, то дом, как вымороченное имущество перешёл в собственность города.
Собственно нам не обязательно было покупать именно его, просто из всего предложенного он больше всего подходил для воплощения наших планов в жизнь. А их, планов имелось в достатке. Но не всё было так просто.
Короче, дело было так. Возвернулся я из бани, а тут к нам гонец от дяди Коли Батлера, старый наш знакомец Ерёмин. Деньги обещанные привёз, те, что они накануне поставили на Шемякина против Лерки, ну и кроме денег ещё и приглашение на обед к товарищу старшему майору. А поскольку такими предложениями манкировать не стоит, то одевшись во всё «лучшее», мы вместе с Ерёминым отправились в резиденцию господина Горбунова, тем более что нас ожидал экипаж.
Управлял бричкой другой солдат в синем мундире, его мы раньше не видели. Хотя, здесь в Армагорске мы много кого ещё не видели. Почти всех. Я помог Лерке взобраться и сел сам. Ерёмин, естественно, взгромоздился на козлы рядом с водителем, (ну, это как в песне: «Я — не извозчик, я — водитель кобылы»), и мы тронулись.
По дороге боец Ерёмин, оказавшийся довольно словоохотливым малым, восхищался леркиными достижениями в рукопашном бое и всё выспрашивал, как научиться такому искусству, и долго ли это. Параллельно он очень красочно описывал своему напарнику сцену поединка с Шенякиным, а тот восхищался словами типа «О, как!», «Вот ведь!» и «Ишь ты!».
Следуя на квартиру к господину Горбунову, мы почти весь город проехали. Он жил в двухэтажном каменном доме. Квартир в нём, думаю, было не меньше трёх. Владел майор этой квартирой или просто снимал, я решил пока не выяснять.
Сама квартира не производила впечатления шикарных апартаментов, хотя, само собой, многократно превосходила наш номер и по размерам, и по богатству внутреннего убранства.
Сам дядя Коля, одетый в облегченную версию синего мундира, встретил нас в гостиной на втором этаже. Пожал руку мне, поцеловал Лерке и отпустил Ерёмина, приказав дожидаться в людской.
— Прошу вас, присаживайтесь! — предложил хозяин.
Мы с Леркой присели на диван, похожий на наш, но побогаче.
— Благодарю вас, господа, за то, что любезно согласились принять моё приглашение.
— Ну, как же?! — сделала удивлённое лицо Лерка. — Мыслимое ли дело отказывать, когда тебя в гости приглашает сам всесильный глава безопасности такого крупного города как Армагорск?
— Валерия Константиновна, Вы мне льстите! — заулыбался Батлер Михалыч. — Не такой уж я и всесильный, не такой уж и глава, да и город у нас не так и велик, как Вы расписали.
— Огромнейший городище! — заверила его Лерка. — Это Вы просто в Кэрнсе не бывали! Две тыщи жителей, только и всего. Почитай, что все друг друга знают. А у вас город просто гигантский! Тысяч сто, наверное?
— Во имя светлого неба! Какие сто тысяч?! — воскликнул Батлер. — И сорока-то не наберётся! Тридцать восемь.
— Во-о-от! — назидательно протянула Лерка. — В двадцать раз больше. Другие масштабы!
Батлер нахмурился:
— Простите, Валерия Константиновна, Вы какое-то австралийское словечко сейчас употребить изволили. Другие что?
Теперь Лерка нахмурилась:
— Масштабы? — переспросила она.
— Да. Маштабы, — подтвердил Батлер.
— А-а-а! Так это не австралийское слово! А очень даже немецкое, правда, в дословном переводе оно имеет несколько другое значение. — Тут Лерка немного замешкалась, подбирая подходящее объяснение.
— Мерная палка, — уверенно произнёс я, потому что точно знал перевод этого слова.
— Мерная палка? — удивился дядя Коля. — А причём здесь мерная палка?
Лерка метнула в меня молнию своего сурового взгляда, а Батлеру пояснила:
— Ну, это дословный перевод, а смысл в том, что размах у вас здесь крупнее. Вот когда карту местности рисуют, там же нельзя изобразить объекты в их реальных размерах. Поэтому их уменьшают в каких-то определённых пропорциях, например, один к тысяче, или к миллиону.
— К один к миллиону? Это как? — не понял Батлер.
— Давай я объясню, — предложил я Лерке и, не дожидаясь согласия начал: — Когда составляют карты больших территорий, то приходится иногда в один сантиметр вмещать по десять, а то и больше километров пространства.
— Александр Константинович, а что такое эти самтыметры и киламетры?
Я смутился. Вот опять попался на терминах из нашего времени.
— Это, Николай Михалыч, такие меры длины у нас в Австралии. Километр — это почти как верста, — я быстренько прикинул и выдал: — Четыреста шисят девять саженей.
— Ну, это Вы сейчас с путевой верстой сравнивали. — Сказал дядя Коля. — Она в пятьсот саженей, а есть ещё межевая, та в тысячу.
Я призадумался, но особых проблем не увидел и так Батлеру и сказал:
— Ну, про километр Вы меня, я надеюсь, поняли. А сантиметр, он аккуратненько в сто тысяч раз меньше километра. — Решил пояснить ещё доходчевей: — У нас в Австралии основная единица измерения — это метр. Всё остальное — это производные от него. Километр — это тысяча метров. Дециметр — одна десятая метра, сантиметр — сотая, миллиметр — тысячная.
— Толково! — восхитился Батлер. — Лизавета! — крикнул он вдруг и, как ни в чём не бывало, продолжил разговор со мной: — Ну, а пространства… поля, например, или огороды как меряете?
— Огороды сотками меряем. — Ответил я. — Сотка — это сто квадратных метров.
— Квадратных? — переспросил Батлер.
Дверь открылась и появилась горничная лет сорока пяти.
— Звали, барин?
— Лизавета, накрывай, голубушка, в столовой на три персоны. — Распорядился барин.
Голубушка поклонилась и степенно удалилась, закрыв дверь. Барин же снова вернулся к вопросу о единицах площади:
— Квадратные метры — это…
— Это квадраты со сторонами метр на метр, — ответила за меня Лерка.
— Ага! — обрадовался Батлер. — У нас тоже квадратные сажени есть, ну, и когда надо, кубические.
Мне прям полегчало, если у них есть такие понятия, то разберёмся.
— У нас тоже! — сообщил я, и поправился: — В смысле у нас кубометры есть! А поля мы гектарами меряем.
— Ну, вот! — расстроился Батлер. — Только что говорили, что у вас там всё от метра идёт, и вдруг гектары какие-то!