Невеста на выход
- Виола, это и правда отличный дизайн-проект, предлагаю на нем остановиться, - обрывает мою речь Стравинский, возвращаясь, и ставит на стол перед нами два стакана с соком.
Недоуменно приподнимаю одну бровь и с подозрением смотрю на Максимилиана: почему это он вдруг решил помочь, что задумал? Мужчина подмигивает мне и улыбается одними уголками рта, еще больше изумляя и обезоруживая. Осторожно перевожу взгляд на заказчицу, ожидая ответа, но вижу, как она поменялась в лице: явно чем-то недовольна. В мгновение ока хмурое выражение сменяется неестественной улыбкой, и Виолетта заботливо говорит Стравинскому:
- Максимилиан, кажется, ты уже опаздываешь на работу.
- Не очень оригинальный способ от меня избавиться, - смеется тот. - Но да, ты права, пойду собираться. Надеюсь, гостиная не станет розовой к тому времени, как я вернусь?
Макс быстро поднимается по лестнице, ведущей на второй этаж, и оставляет меня наедине с миссис "не знаю, чего я хочу, но не того, что вы предлагаете". Предатель!
Виолетта провожает взглядом своего пасынка и, когда тот скрывается из виду, поворачивает голову ко мне. Неуверенно смотрю на нее и жду приговора.
- Карина, - произносит серьезно. - Что у вас с Максимилианом?
От неожиданности вздрагиваю и отвожу взгляд. Этот вопрос заводит меня в тупик. Действительно, что? Сделка? Статус - "невеста на выход"?
- Эммм... Ничего, - говорю почти правду.
- Карина, - почему-то каждый раз, когда Виолетта обращается ко мне по имени, по моей спине пробегает холодок. - Ты извини, но я в курсе, что у вас было свидание. Это я... ммм... поспособствовала вашей встрече. Однако Максимилиан мне абсолютно ничего не рассказывает! - обиженно всплеснула руками.
Я усмехнулась: конечно, ничего не рассказывает! Чем ему хвастаться? Тем, что какая-то девица устроила ему антисвидание, даже два, с "романтическим" продолжением в кустах? Или тем, что теперь у него есть фиктивная невеста? Так себе послужной список у Макса.
- Не о чем рассказывать, Виолетта Игоревна. Нас ничего не связывает, - произношу тихо, пряча глаза.
- Понятно, - женщина улыбается и участливо берет меня за руку. - Знаешь, я думаю, твой дизайн-проект нам подходит. Мы можем подписать договор.
Эти слова прошибают меня похлеще электрического тока. В душе я просто ликую и танцую ламбаду, но внешне стараюсь выглядеть спокойной.
- Спасибо, Виолетта Игоревна. Уверена, мы сработаемся! - невозмутимо говорю я.
Женщина кивает, потом бросает взгляд на тумбочку у стены и поспешно вскакивает с диванчика, на котором мы все это время сидели.
- Я сейчас, только отнесу Максимилиану телефон, - щебечет она и хватает с тумбочки мобильный.
Что-то он мне напоминает. Кажется, это та же модель, что и у моего утреннего подарка, только цвет другой. Совпадение? Подумаю об этом потом.
Сейчас меня волнует другое. Не изменит ли эта женщина по пути свое решение? Уж очень все шатко и неопределенно.
Каждая минута ожидания кажется мне вечностью. Чтобы хоть как-то скоротать время, собираю эскизы, потом встаю и подхожу к камину, на котором стоят фоторамки. Рассматриваю снимки. На одном из них Виолетта в обнимку с красивым мощным брюнетом, который выглядит намного старше ее. Наверно, это и есть отец Максимилиана.
Перевожу взгляд на другую фотографию. Передо мной Макс в мантии выпускника вуза, серьезный и, кажется, немного грустный. Протягиваю руку и провожу подушечками пальцев по холодному стеклу, оставляя след.
Чуть поодаль, за часами, замечаю еще один снимок и беру в руки. С него на меня смотрит счастливая семья: женщина, чьи черты лица напоминают мне Максимилиана, Анатолий, но только гораздо моложе, и мальчик лет тринадцати - его сине-зеленые глаза сложно не узнать.
- Добрый день! - слышу за спиной мужской голос. Тембр, как у Макса, только грубее и с хрипотцой
Чуть ли не подпрыгиваю от неожиданности и выпускаю из рук рамку, которая летит на пол и со звоном встречается с паркетом. По стеклу расползается трещина, прямо по изображению женщины, имени которой я не знаю, искажая и, в конечном итоге, полностью скрывая ее лицо.
Быстро хватаю рамку, царапая палец об осколки и оставляя кровавый след на ней, и виновато поворачиваюсь к мужчине:
- Извините, я случайно!
- Да уж, Максимилиан будет недоволен, - задумчиво произносит тот и забирает у меня снимок, задерживается на нем взглядом, тяжело вздыхая. - Скажем, что это я разбил, - подмигивает мне.
Выглядит мужчина, мягко говоря, неважно: лицо в синяках, правая рука в гипсе. Дополняют образ отросшая щетина и взъерошенная темная шевелюра. От того красавца, которого я видела на снимке, сейчас мало что осталось.
Вопрос вылетает из моих уст быстрее, чем я успеваю его обдумать:
- Вы же отец Макса?
На этих словах мужчина удивленно поднимает брови и, наклонив голову, всматривается в мое лицо. Я нервно обхватываю себя руками, будто пытаясь защититься.
- Макса? - медленно произносит он. - Давно я не слышал это имя. Максом сына всегда звала Александра, и после ее смерти он запретил кому бы то ни было обращаться к нему так. Но не тебе?! - Анатолий тепло улыбается, а я замираю ошеломленно.
- Александра - это мать Макса... симилиана? - запинаясь, спрашиваю я, и старший Стравинский кивает утвердительно.
Александра. Перед глазами всплывает обложка книги и надпись "Алекс Великий". Вспоминаю все, что наговорила на презентации. Закрываю глаза и выдыхаю. Какая же я дура!
Анатолий разворачивается и молча уходит на кухню, оставив фоторамку на столе. Наблюдаю, как там он пытается достать что-то из шкафчика, но загипсованная рука усложняет процесс.
Подбегаю к мужчине и касаюсь его руки со словами:
- Давайте я вам помогу!
Анатолий хмыкает и качает головой:
- Никогда не предлагай мужчине свою помощь - он может счесть это за жалость, - серьезно говорит он, глядя мне прямо в глаза, а потом черты его лица смягчаются. - Присаживайся.
Мда, понятно, с кого Макс берет пример.
Но я-то уже понимаю, что это просто ледяная оболочка, под которой он пытается скрыть свою боль. Послушно занимаю один из стульев у барной стойки. Анатолию все-таки удается взять бутылку виски с полки, вторым этапом он приносит два стакана.
- Я не пью, - спохватываюсь я, вызывая насмешку на лице мужчины.
- Я тоже, - садится рядом, - не пил. До смерти Александры.
- Что с ней случилось? - вырывается у меня, но я тут же прикрываю рот рукой. - Извините.
- Автокатастрофа...
Стравинский-старший наливает себе и тут же залпом опустошает стакан.
- Вы же понимаете, что это не выход? - указываю взглядом на алкоголь.