Обретённая 2. Выжить назло

— Нет, господин. Я не переношу бородатых. Ээээ… всех разумных, с растительностью на лице… Они для меня почти так же неприятны, как гоблины. — честно ответила я.
— Хм… я тоже брезгую разумными, у которых на лице растут волосы… А кому из вас нравятся такие мужчины? — нэр Гугерт обвёл нас острым взглядом.
Пять девчонок шагнули вперед, и среди них — Люда.
— Я передумал, — наш владелец усмехнулся, — На смотрины выйдите только вы — пятеро. Остальные просто посидят тут, за столами. И порадуются за одну из вас.
Он ушел, а немного взбудораженная Людмила присела ко мне за стол:
— Саш, я так хочу, чтобы меня выбрали!
— Мне ты не говорила о своих предпочтениях, — попеняла я.
— Как-то к слову не пришлось, — смутилась подруга, — А ты правда настолько не любишь бородатых?
— Не переношу! До стойкого физического отвращения. — Меня передёрнуло от неприязни.
— Ух ты… фобия у тебя, однако! — Люда погладила меня по плечу.
— У всех есть фобия, — вздохнула я.
— Ну, что ты!? Я уверена, что выберут меня. Порадуйся за меня… ну же… — подруга обняла меня за плечи. Такой воодушевлённой я её ещё не видела.
— Я рада! Правда — рада! Но мне будет очень тебя не хватать! Тебе правда нравятся бородачи?
— Очень! Они асоциируются у меня с крепким, надежным мужем. Который — как скала! — Людмила мечтательно прикрыла глаза.
— Хоть у кого-то из нас есть идеал мужчины, — вздохнула я, — Надеюсь, что ОН будет беречь тебя и уважать.
— А почему ты о любви ничего не сказала? Считаешь — я не достойна? — обиделась Люда.
— Ты более чем достойна любви, — я вздохнула, — Но помни, при всей похожести — они не люди. И, если у них есть такое чувство, и оно коснется тебя, я буду только рада.
— А для себя ты уже всё решила? — подруга сочувственно сжала мою безвольную ладошку.
— А от меня ничего не зависит. Сама знаешь — какая участь мне уготована. В лучшем случае — я буду рожать одному мужчине, купившему меня. Но там, хотя бы, я буду рядом со своими детьми. В худшем — буду рожать по заказу. И детей вряд ли увижу… — настроение скатилось до отметки "ложись и помирай".
Люда хотела мне ответить, но тут объявили о прибытии покупателей и нас всех вытолкали на закрытую галерею — смотреть на смотрины. И там я впервые увидела рабынь других рас. Много же нас, однако, у "хозяина"!
"Покупатели" внимательно рассматривали предложенный "товар".
 
***
... шел третий час смотрин, когда увели наших девчонок и Люду с ними. Она чмокнула меня в щеку и исчезла за серой дверью, чтобы через несколько минут выйти на подиум. И сразу заинтересовала "гнома"… того… похожего на Дарина. Он встал и, подойдя к подиуму, о чём-то спросил мою подругу. Люда, с улыбкой ответила ему. Ешё несколько фраз с обоих сторон… и "гном", подхватывает Люду на руки!
Ого! Силен, однако!
Я не успела больше ничего увидеть, как нас отвели в класс. Куда благодушно настроеный Гугерт привёл уставших, но довольных "гномов".
— А вот эти рабыни воистину — бесценны! Особенно они, — "хозяин" указал на девчонок и меня. — Верные, умные, доброжелательные, спокойные. А в Сашше есть, к тому же, Древняя кровь!
На мне скрестились заинтересованные, мудрые взгляды:
— Хороша девка, но не для нас. — Выразил общее мнение Старший делегации, — Вам её нагам или карианам надо предложить. Или рудхам…
На Старшого, вдруг, все зашикали. Обводя себя странными ритуальными жестами.
— Благодарю! О них я как-то позабыл, — оживился Гугерт, выпуская на всю "катушку" своё непреодолимое, порочное очарование, — Непременно пошлю и им приглашение на аукцион.
— Оля, — я придвинулась ближе к одной из нас, "избранных". Очень вдумчивой и внимательной девушке, — Кто такие рудхи?
— Понятия не имею! Хоть уже сейчас очень хочу узнать. Не просто так "гномы" отводящими Смерть жестами себя осеняют. Чувствует моя "пятая точка", что именно им мы и достанемся…
Мы все помрачнели.
Но процесс разглядывания выдержали с честью.
Уже потом, когда "покупатели" ушли, мы совсем скисли.
— Хм… так много красавиц в одной комнате, но никто не ссорится, не болтает, и вообще… вы живые? Смотри, Огрен, тут словно в склепе у талианцев! Куча красивых и молчаливых фигур! — на порогу стоял широкоплечий парень в чёрной форме, с интересом разглядывая нас.
У него из-за спины, нас с не детским любопытством разглядывало ещё три пары глаз.
А мы что? Мы — молчим! Ибо самое "мягкое" наказание, которое нас ждёт за общение с незнакомыми "самцами" без разрешения "хозяина" — десять ударов энергетическим кнутом. Это все мы усвоили очень быстро и на "отлично"! Молчим, не двигаемся и почти не дышим…
— Уважаемые воины, — О! Это Док пришел к нам на помощь! — Прошу вас не смущать наших самочек. Они слишком хорошо вымуштрованы, чтобы общаться с незнакомцами без разрешения. — Похоже, Док был доволен нами.
— Простите, но тут не воспитанием попахивает, а страхом! Даже больше того — ужасом! — Влез в разговор тот, которого назвали Огрен, — Они банально, панически — боятся наказания!
— Все мы, в какой-то мере боимся некоего наказания за своё неправильное поведение, — не уступил Док, — Наказания кнутом, общественным мнением, отказом от благ…
Мдя… ребята молчат… не сильны они в полемике! А чего тогда совались?
— Ещё раз прошу вас — не смущать наших самочек. Если вы сейчас же не уйдете, их накажут! Всех! Закройте дверь! — в голосе Дока прибавилось металла.
А мы как-то синхронно вздрогнули.
Парни отшатнулись в коридор. Дверь с мягким шелестом закрылась.
— Что ж… я вижу — решение как можно скорее избавиться от скандальных самок оказалось верным! — теперь Док просто лучился благодушием…
Ага… а мы уже не покупались на него…
Взгляд Дока нашел меня:
— Сашша… что вы тут с Олли обсуждали?
"Ух ты! Откуда он это узнал?" — запуганным грызуном метнулась мысль, — "Хотя… у них везде наблюдение… и прослушка, скорее всего, тоже имеется в наличии…"
Сердце ушло в пятки, но я отважно ответила:
— Господин Гугерт упомянул о рудхах… мы не изучали эту расу…
— Рудхи… — Док всерьёз задумался, — Завтра я САМ расскажу вам об этой расе…