Ты не посмеешь!

— Каких угроз? — еле сдерживая смех, уточнила Мандаринка. Я смех не сдерживал, я ржал в подушку!
— Он имеет наглость говорить, что меня надо на суп ощипать! Беспредел!
Закусив наволочку, я застонал от смеха. Ну, Гоша…
— А вчера был достигнут предел моего терпения! Эта тварь божья посмела сказать моей хорошей знакомой, женщине с ангельским характером, с которой мы дружим уже почти пятьдесят лет, что она горячая штучка! Штучка!
Вета, откинув телефон, бросилась вон из комнаты и уже из коридора послышался ее заливистый смех.
А уважаемый профессор все ругался и ругался, даже не заметив, что его никто не слушает. Я рыдал от смеха, держась за живот, Веточка, кажется, ушла в душ.
В итоге, выпустив пар, Сергей Викторович выдал:
— Вы этого поганца испортили мне, вот вы теперь с ним и живите, мне такой позор в доме не нужен! Приеду через час, ждите!
И бросил трубку. Взял и просто отключил связь, я даже не успел ему ответить, что вот конкретно этого поганца мы будем счастливы забрать себе. Вета очень скучала по говоруну, да и я, признаться, тоже.
Через час и десять минут дверь в квартиру с грохотом захлопнулась. Но нам было не до того. Я перетаскивал внушительное приданое в виде огромного мешка с вещами Гоши в гостиную, Вета скакала до потолка и радовалась, что птиц снова с нами. А Гошан…
— Подруууга! Моя подругааа! Гоша дома!
— Да, да, Гоша, ты дома! — радостно отвечала ему наша любимая девочка. — Никому тебя больше не отдадим!
— Враг повержен! Гоша дома!
В общем, эти двое были безумно счастливы видеть друг друга, и я думал, что про меня и вовсе забыли, но как оказалось, попка скучал не только по Веталинке. Стоило мне появиться в дверях коридора, как Гоша спрыгнул с руки Веты и, раскрыв крылья, помчался в мою сторону, вереща:
— Диман, друуууг! Гоша скучал!
Господи, я обожаю этого попугая!
 
***
Год спустя
 
Звонок в дверь, это было последнее, чего мы могли ожидать в три часа ночи… Спали ли мы? Конечно, нет! Какая молодая пара будет спать по ночам, если у них есть куда как более интересные занятия?!
Ну ладно, просто нам не надо было вставать рано утром, и мы могли себе позволить немного безумства в свое удовольствие. Но момент, который выбрал визитер…
Встретившись взглядами, мы оба замерли, вслушиваясь в тишину квартиры. Только наше прерывистое дыхание и скрип дерева за окном нарушали его.
— Ты кого-то ждешь? — выгнув бровь, спросил у Веты с определенной провокацией.
Очередной перезвон мелодии заставил нас напрячься и почти одновременно воскликнуть:
— Аленка!
С кровати мы скатились вместе, Веталинка схватила скомканный халат, я тоже поднял что-то с пола, и мы помчались к дверям.
Чем-то оказалась моя толстовка, которую пришлось повязать на манер фартука перед тем, как распахнуть дверь.
На пороге стоял Антон с абсолютно безумными глазами, наполненными такой радостью, что ошибиться было невозможно — сестренка родила!
Вета первая с диким визгом кинулась на шею Гаану и начала поздравлять его. Я же не мог сдвинуться с места. Родила. Аленка родила и в ее семье теперь есть маленькая Гаанька — девочка.
Как только Вета выпустила из своих цепких ручек новоиспеченного отца, я притянул к себе за руку этого поганца.
— Счастливый же ты сукин сын! Она это все-таки сделала, Тох! Я опять стал дядей!
— Дочь, прикинь, у меня есть дочь! Диман! Мелкая в семье, моя!!! Еще одна малявка!
Мы обнимались и поздравляли друг друга до вопроса Веты:
— Антон, а ты чего приехал, а не позвонил?
Тут-то Тоха и посмотрел на время, а затем перевел взгляд на наши помятые лица…
— Сладенький, скажи, а ты обнимал меня с голым задом?
Такой широкой и довольной ехидной улыбки я в своей жизни еще не видел. Этот эпизод жизни мне не дадут забыть никогда!
— Ладно, ребят, не буду вам мешать делать маленьких сахарочков, я поехал, — засранец поиграл бровями и нагло подмигнул Веталинке. — Ты аккуратнее с этим красавчиком, судя по его отцу, Сладенький весьма плодовитым может быть!
Я замер.
Вета с Антоном весело перебрасывались дружескими подколками и в очередной раз поздравляли друг друга с тем, что Аленка благополучно родила, а я стоял и думал о малыше с синими глазами и пухлыми щечками и … и он будет звать меня папкой!
Как только дверь за Тохой закрылась, я поймал Вету и, прижав ее к стене, заглянул в глаза.
— Веточка моя, ты же знаешь, как я тебя люблю?
— Знаю, — Вета игриво провела ноготками по моей груди, и я моментально завелся. — Ты ведь знаешь, что это взаимно?
— Знаю… — прошептал, целуя ее плечо, а потом резко поднял голову и очень серьезно спросил:
— Вет, ты выйдешь за меня замуж?
Веталинка стукнула меня по груди, обозвала идиотом и, вывернувшись из моих рук, гордо ушла в спальню.
Вывод: перед тем, как делать предложение, надо было натянуть трусы … ну или хотя бы снять фартук из толстовки!
 
***
Еще год спустя
 
В это раз я хорошо подготовился. Купил кольцо, натянул на себя любимые Веткины брюки, белую рубашку, даже чертов галстук чуть было не напялил, но решил, что это будет уж слишком, хватит и ресторана, музыки, свечей и романтики. Галстуки я носил трижды в жизни — на защите диплома и два раза на похоронах. Ну, в общем, не самые приятные ассоциации с удавками.
Я нервничал как пацан с момента звонка Веталинике — попросил ее собраться к семи часам. Комплекс наконец-то заработал во всю и все площади ушли в аренду, мне было достаточно держать руку на пульсе. И неважно, что там же находился мой офис. Оказалось, просто сидеть дома на диване — скучно, и я теперь свободный консультант очень узкого направления. Настолько узкого, что мой бывший начальник не так давно заключил со мной договор на оказание услуг с такой суммой к выплате в мою пользу, что бедный мужик не только побледнел, он еще и покраснел, и вспотел, и явственно скрипел зубами. Да, после работы с Герасимовым репутация в определенных кругах у меня стала такой, что я спокойно мог капризничать, выбирая, с кем мне работать. Сначала я даже не рассматривал такой вариант, но вот пойди ж ты.
Но сегодня… Сегодня не до работы. Вечером я хочу сделать предложение своей любимой женщине и наконец-то услышать "Да!".
Вета выглядела шикарно. В струящимся платье с открытой спиной, с высокой прической, профессиональным макияжем и на умопомрачительной шпильке.
Господи, как бы мне не забыть, зачем мы тут собрались, и не украсть свою женщину с весьма неприличным предложением. Она же меня с ума сводит!