Зоя

***
Полдень лениво переходил в вечер. Солнце заглядывало в большие распахнутые окна моей студии. Теплый ветерок, пение птиц и отдаленные звуки шумных улиц Барселоны перемешивались с песнями Райана Кина и Сэма Смита, звучавшими из небольших акустических колонок, которыми снабдил меня Виктор Эскалант.
Спустя два дня и две бессонные ночи после того удивительного вечера в компании Себастьяна, я все еще изводила себя работой и мыслями о нем. Реставрирование помогало мне отвлечься, но лишь на очень короткое время. Вспоминания постоянно вспыхивали ясными и отчетливыми образами, которые мне мешали есть, спать и просто жить.
Почему чувствами нельзя управлять? Человеку, который стократно превосходит любой живой организм на этой планете, неподвластны собственные эмоции. Уметь бы по желанию выключать злость, управлять гордостью, дружить только с теми, кто не предаст и любить лишь достойных… Идеальный мир с идеальными людьми.
Мои мысли путешествовали в закромах устоя человеческой жизни, пока руки занимались реставрацией полотна сэра Лоренса АлмаТадема под названием «Дары лета». Я нашла совсем маленькую царапину в углу драгоценной картины этим утром и уже почти устранила ее.
— Зоя, милая, у тебя есть какие-нибудь планы на остаток дня? — неожиданно раздался за моей спиной мягкий голос Златы.
Обернувшись, я стала оттирать руки от краски влажной губкой:
— Нет, только работа, которую я только что закончила…
— Отлично! — перебила она меня. — Тогда устроим вечером домашний киносеанс? Пойдем-ка со мной!
Девушка, подхватив меня под руку, повела в сторону выхода.
— Моему малышу не нравится запах краски и, соответственно, мне тоже. Ну, так о чем это я?.. Ах да! Я хочу наготовить кучу вкусных, жутко калорийных лакомств и посмотреть добрый фильм.
— Хорошо! — пробормотала я, смущенная открытой доброжелательностью и ощущая от этого привычную неловкость.
— Только мне понадобится твоя помощь на кухне.
Уже через полчаса я полностью переключилась с художественного творчества на кулинарное и дежурила у электрогриля, на котором поджаривались котлеты для бургеров. Мое внимание полностью погрузилось в рассказ Златы про историю ее знакомства с Виктором.
— Да, мы поцеловались в этот же вечер! — улыбаясь, созналась Злата, нарезая овощи для салата.
— Так мило! — я не успела скрыть мечтательные нотки в своем голосе.
— Именно тогда я и поняла, что это был мой идеальный поцелуй!
Только Виктору об этом не говори! — она заговорщически подмигнула мне. — Не нужно лишний раз тешить его и без того самовлюбленное эго.
Я рассмеялась, чуть смутившись. Они очень красивая и счастливая пара.
— А как насчет тебя? — Латти закинула в рот помидор черри. — У тебя уже был идеальный поцелуй?
Ощутив, как краснею, я стала переворачивать котлеты.
— Нет. Даже отдаленно на него похожего… — пробормотала я.
Последний раз я целовалась лет в шестнадцать. И то с мальчишкой, которому проспорила. Тот поцелуй едва можно назвать идеальным. Да и поцелуем его назвать тоже нельзя.
— О, я тебе чуточку завидую! — мечтательно вздохнула Злата и продолжила говорить, заметив мой удивленный взгляд. — Порой так хочется иметь способность стирать себе память, чтобы заново перечитать хорошую книгу или посмотреть полюбившийся фильм, сходить на лучшее в жизни свидание и ощутить тот самый, сногсшибательный первый поцелуй! М-м-м, а у тебя это все впереди!
— Я на это надеюсь! — искренне выдала я.
Хотя до приезда сюда я и не помышляла о том, что буду грезить о настоящей любви, идеальном поцелуе и всех прочих сердечно-романтичных делах. Так и было. До встречи с Себастьяном.
— Так, — деловито протянула Латти, окидывая довольным взглядом дюжину приготовленных бургеров. — Думаю, голодными мужчины не останутся. Согласна?
Я вытерла вымытые руки кухонным полотенцем.
— Мужчины? — сконфуженно переспросила я.
— Ну, Виктор и Себастьян, — пояснила Латти и взяла графин с безалкогольной сангрией.
— Будет Себастьян? — тупо повторила я, плетясь за ней следом в гостиную с полной тарелкой в руках.
— Да. Что-то не так? — она оглянулась и сдвинула брови.
— Нет-нет! — спохватившись, я пыталась ее заверить. — Удивлена, что он согласился на такое…
Только внутри у меня получилось раздвоение личности. Первая восторженно хлопала в ладоши, а другая — делала предостерегающий жест пальцем и приговаривала: «Но-но!»
— Между вами что-то происходит? — как всегда проницательная Латти не спускала с меня глаз, пока мы возвращались на кухню за приборами и салфетками.
Ах, как хочется поговорить с ней, выслушать ее совет и наставления. Она может образумить меня, спустить на землю и разбить мои надежды.
Пусть это сделает добрая и милая девушка, с которой так хочется дружить, чем строгий мужчина по имени Себастьян, в которого так легко влюбиться и, еще легче, разбить свое сердце о стену его безразличия.
— Нет. Между нами ничего нет, — ответила я.
— Почему? — вдруг спросила она, вручая мне стопку салфеток. — Он тебе не нравится?
Я почувствовала, как щеки запылали огнем смущения, и тут же принялась педантично складывать их узором к узору.
— Разве он может кому-то не понравиться? — пробормотала я.
Злата хмыкнула, и мы снова направились в гостиную.
— Не знаю, конечно, но я его побаивалась долгое время.
Я понимающе усмехнулась.
Девушка налила нам по стакану прохладного фруктового напитка, и мы расположились на диване в ожидании начала киносеанса.
— Зоя, тогда что не так? — продолжила Злата беспокоящий меня разговор.
Желание поговорить с ней откровенно пересилило все другие чувства:
— Злата, ты, Виктор и Себастьян чрезвычайно добры ко мне. Я очень благодарна вам за это и даже боюсь представить, что со мной было бы без вашей поддержки. Но я и…Себастьян, — ох, как сложно и волнительно произносить эти слова! — Злата, меня зовут не «Золушка», и в сказки я уже давно не верю.
— Никогда не любила эту историю! — непринужденно фыркнула Латти. — Мне всегда больше нравилась сказка о Синей Бороде.
У меня вырвался нервный смешок:
— Почему?!
— Слишком легко ей принц достался! — передернула плечами она и, посмотрев мне в глаза, серьезно добавила: — Верить в сказки — это жизненно необходимо, Зоя. Только тогда в нашей жизни происходит волшебство. Когда-нибудь я расскажу тебе и о своей сказке, которая похожа и на фильм ужасов в стиле Альфреда Хичкока, и на «Титаник». Только без Ди Каприо, айсберга и кораблекрушения.