Другая Россия. Исследования по истории русской эмиграции

 
Генералы и деньги («врангелевское серебро») [247]
История «колчаковского золота» [248] неоднократно привлекала внимание историков и журналистов и находилась на слуху у просвещенного читателя, интересующегося историей Гражданской войны и эмиграции. Менее известна история «врангелевского серебра», наделавшая в свое время немало шума и ставшая объектом пристального внимания эмигрантской печати в начале 1920‐х годов. Речь идет о продаже значительной части Петроградской ссудной казны (известной также как серебряная казна). Реальные обстоятельства этой весьма занимательной истории оставались до сих пор малоизвестны исследователям по той же причине, что и подлинная история «колчаковского золота»: важнейшие документы находятся в фонде генерала П. Н. Врангеля в архиве Гуверовского института войны, революции и мира, что при Стэнфордском университете в Калифорнии, и были практически недоступны российским историкам и, по-видимому, не привлекали внимания других, имевших больше возможностей свободного передвижения по миру. Настоящая статья — попытка написать еще одну главу истории «денег русской эмиграции».
Ссудные казны были учреждены в 1772 году в Санкт-Петербурге и Москве по инициативе Ивана Ивановича Бецкого с целью «оказания помощи всем нужду в деньгах имеющим и в той самой нужде ростовщиками утесняемым». Заметим, что Бецкой, видный деятель екатерининского времени, был радетелем просвещения, автором «Генерального учреждения о воспитании обоего пола юношества» (1763). По его инициативе были открыты училище для мальчиков из разных сословий при Академии художеств (президентом которой он состоял более 30 лет, 1763–1794), Коммерческое училище в Москве и первое в России образовательно-воспитательное учреждение для женщин — знаменитый Институт благородных девиц с отделением для девочек из мещан при Смольном монастыре.
Не случайно поначалу Ссудные казны действовали при воспитательных домах, «не для обогащения воспитательного дома, но человеколюбия ради, к помоществованию терпящим нужду». Смысл образования финансовых учреждений подобного типа, выдающих сравнительно небольшие ссуды под низкий процент, заключался в создании дешевого кредита (после различных экспериментов «интерес» был установлен в 6 % годовых, что было в 3–4 раза ниже процентов, взимаемых частными ломбардами) для бедных. В связи с реформой государственных кредитных учреждений в 1860 году Ссудные казны были переданы из ведомства опекунского совета в ведение Министерства финансов. Оборотные средства Ссудным казнам предоставлял Государственный банк под 4 % годовых, ссудные казны, в свою очередь, взимали 6 %. С 1840 года казны прекратили принимать в заклад платье, белье, ткани и «мягкую рухлядь», полностью перейдя на изделия из драгоценных и полудрагоценных металлов и другие «твердые» ценности. Согласно правилам от 5 декабря 1862 года Ссудные казны могли принимать в заклад золотые и серебряные вещи, часы, бриллианты, драгоценные камни, жемчуг, золото и серебро установленной пробы в слитках. Ссуды выдавались на срок до года в размере 4/5 оценки заклада из золота или серебра и 2/3 под прочие заклады. Просроченные заклады продавались с аукциона. К услугам Ссудной казны обращались отнюдь не только небогатые слои населения. Дешевый кредит был весьма привлекателен, и его стремились получить многие [249]. Кроме закладов, в Ссудной казне хранились также ценные вещи частных лиц (вклады).
Путешествия Петроградской ссудной казны начались в революционном 1917 году. В августе 1917 года Временное правительство ввиду угрозы захвата Северной столицы немецкими войсками, а также с целью «разгрузки» города, испытывавшего затруднения с подвозом продовольствия, распорядилось вывезти Ссудную казну из Петрограда. Особым распоряжением Временного правительства от 29 августа 1917 года операции Ссудной казны были приостановлены в связи с подготовкой к эвакуации. В сентябре в Москву в два этапа были вывезены все золотые и бриллиантовые заклады, размещенные в кладовых Московской ссудной казны; туда же были вывезены наиболее дорогие и негромоздкие вклады на хранение [250].
После тщательных поисков подходящим местом для хранения приблизительно тысячи ящиков, содержавших серебряные заклады общей численностью 31 328 единиц, а также наиболее громоздких вкладов было признано здание Городского общественного банка в г. Ейске Кубанской области. 15 октября 1917 года из Петрограда вышел первый эшелон, содержавший 700 ящиков серебряных закладов (около 23 тыс. единиц) и 580 ящиков вкладов. Начальником эшелона был директор Петроградской ссудной казны И. В. Сахаров. В Ейск предполагалось перевести и все управление казной, а также ее контроль и бухгалтерию. Последующие события не позволили этого сделать в полном объеме. Оставшиеся в Петрограде примерно 10 тыс. закладов и некоторые вклады в феврале — марте 1918 года были эвакуированы в Екатеринбург, а в августе, ввиду наступления войск антибольшевистского Сибирского правительства, вывезены обратно в Петроград.
До июля 1918 года Ссудная казна вполне мирно существовала в условиях советской власти, и лишь перед оставлением ими города большевики дважды пытались вывезти казну из Ейска или даже разделить ее между солдатами, но, по утверждению Сахарова, вследствие его личных объяснений с властями и «протестов со стороны других служащих, попытки эти были оставлены и ценности сохранены в целости». Большевиков сменили казаки; по настоянию представителей Краевого Кубанского правительства ввиду угрозы захвата города немецкими войсками, уже занимавшими Таганрог и некоторые другие пункты побережья Азовского моря, во второй половине августа Казна была перевезена в Екатеринодар, где размещена в амбарах мельницы И. Дицмана на Екатерининской улице. Вскоре выяснилось, что заботы Кубанского правительства о Ссудной казне были отнюдь не бескорыстными — оно рассчитывало за ее счет пополнить свой бюджет. Тем не менее этого сделано не было, по-видимому, в связи с усилением позиций в Кубанской области Добровольческой армии. Служащие Ссудной казны жили своей жизнью, получая необходимые средства от Кубанского правительства и даже, «ввиду наступившего спокойного времени и участившихся заявлений клиентов», приступили к выдаче ценностей владельцам. В екатеринодарский период было возвращено 293 заклада и 10 вкладов.
Однако в декабре 1919 года вновь поползли слухи о намерении Кубанского правительства прибрать ценности Ссудной казны к рукам. В начале января 1920 года Сахаров обратился в Управление финансов при Главнокомандующем вооруженными силами Юга России с просьбой о содействии в вывозе Казны в более безопасное место. В Екатеринодар был командирован от Управления финансов А. М. Гензель, которому были даны полномочия на перевозку Казны в Новороссийск, а затем в Крым. По счастью, мельница находилась недалеко от железнодорожных путей, так что ящики были скрытно погружены на специальный поезд, а 24 января 1920 года ценный груз был уже в Новороссийске. Операция была предпринята более чем своевременно. Вскоре Сахаров получил от служащего Казны, оставшегося в Екатеринодаре, копию Протокола заседания Кубанского правительства, на котором было решено продать или заложить ценности Ссудной казны за границей, а вырученные средства обратить на нужды фронта. Так была предпринята (пока только теоретически) первая попытка продажи ценностей Ссудной казны за границу; неясно правда, каким образом это удалось бы сделать Кубанскому правительству практически.