Одна ошибка (СИ)
— … о-о-о-о, прошу тебя…
— Что? Скажи это, Сони… — и вновь Камал дразняще потерся кончиком носа о её щеку, на что Сони в ответ лишь издала жалобный стон и закатила глаза.
Глаза Сони накрыла пелена страсти, влажные полуоткрытые губы жаждали поцелуя, тело вздрагивало при каждом легком прикосновении и источало мускусный аромат желания… и Камал, словно сжалившись на её безмолвные мольбы, ответил на её призыв, страстно впиваясь жадными губами в долгожданном поцелуе. Отпустив её запястье, он приподнял её за талию, и Сони мгновенно обвила ногами его бёдра, опираясь о плечи, а он резким движением вошёл в неё. Она была такая влажная, что поглотила его, растворяясь в неземном наслаждении.
— Я бы хотел рассказать тебе о красной комнате… — вдруг произнес Камал, глубже проникая в Сони, — чтобы развеять все сомнения…
Сони издала страстный стон, но с трудом всё же ответила, откидывая голову к стенке:
— Ты хочешь… именно сейчас… поговорить об этом? — и издала очередной страстный стон, ощущая, как сладко он скользит, проникая с каждым разом всё глубже и глубже, — … о-о-о-о, милый, я не могу сосредоточиться…
— Это к лучшему, не правда ли, — улыбаясь, ответил он, тяжело дыша и припадая к груди, продолжая покрывать её поцелуями томно произнёс, — значит… мы будем предельно искренны… и откровенны…
Волны сладкого наслаждения накатывали на Сони, в экстазе она совсем не соображала, чего он ожидает от этого диалога, но она знала точно, что сойдет с ума, если он остановится хоть на минуту, и поэтому покорно следовала за ним, страстно желая продолжения и освобождения, что приведёт к неописуемому восторгу, который близился с каждым мощным проникновением. Она беспорядочно ласкала его плечи, проводила по волосам, касаясь пальцами его лица, плеч, шеи…
— После того, как ты ушла от меня, в связи с ужасным происшествием с Гариком… я потерял всё! Абсолютно всё! Смысл жизни… и даже… возможность заниматься сексом с кем-либо… — на мгновение он остановился, зарывшись в локонах её волос и замер у основания шеи и плеча, — … около трёх лет я не мог… вообще… ни с кем…
Сони заёрзала под ним в изнеможении от его бездействия и тихо застонала:
— … о-о-о-о, прошу тебя…
Камал яростно вонзил свой могучий член и продолжил, ритмично двигаясь:
— … я превратился в импотента… неутолённая эрекция разрывала меня изнутри, но, если я приближался к кому-либо, я становился беспомощным… я постоянно думал о тебе и возбуждение преследовало меня на каждом шагу…
— … прошу тебя… любимый… не останавливайся… — Сони задыхалась, в исступлении постанывая в ожидании скорого освобождения от волн экстаза, сковавших её до той упругости, когда оргазм должен был уже обрушиться, как лавина, и унести её за собой в бездонную пропасть, а затем возвысить до небес, где зажигаются мириады звёзд, принося огромное умиротворение и покой.
Неистово проникая в неё, Камал ощутил, как оргазм разлился по всему телу Сони, и мелкая дрожь охватила её, когда прозвучал слабый выдох.
— … я не мог приблизиться к кому либо, так как безумно, до умопомрачения, хотел именно тебя… но тебя не было рядом… и это меня сводило с ума…
— … любимый… — с трудом прошептала Сони, переведя дух, из-за бешено колотящегося сердца, и прижалась губами к его разгорячённому лбу.
— … но… как-то однажды… я в отчаянии отхлестал шлюху и понял, что этим смог поднять в себе эрекцию и овладеть ею, освободившись от душераздирающей энергии, что преследовала и переполняла меня не давая покоя… и я стал превращаться в садиста… — совсем тихо прошептал Камал последние слова, почти выдохнул, с усилием заставив себя посмотреть в этот момент в глаза Сони.
Глаза Сони горели сочувствием и состраданием.
— Ох, любимый, — с нежностью в голосе прошептала Сони, — мне так жаль…
Продолжая плавные движения бёдрами, но умерив темп проникновения, Камал продолжал изливать душу:
— … я мог приблизиться к женщине, только если использовал насилие… — процедил сквозь зубы Камал и, врезав кулаком об стенку, вдруг резким движением проник глубоко внутрь Сони, что та издала легкий вскрик и прикусила губу, на что в ответ Камал нежно прикоснулся к губам Сони, — прости… не сдержался…
— … всё хорошо… мммм… — промычала Сони, сжимая плечи Камала и зажмурившись от легкого дискомфорта, — … всё хорошо, любимый…
Прикасаясь к щеке Камала, Сони прильнула к его губам и нежно стала покрывать мелкими поцелуями, поглаживая его и лаская, в надежде унять душевную боль, что сквозила в голосе любимого.
— И тогда я начал изучать тему БДСМ. Изучил техники, что в противовес садизму, могут доставить массу удовольствии, как одной, так и другой стороне, — продолжал свою тираду Камал, не унимаясь и не прекращая плавные движения бёдрами, — … тогда-то мне и пришла эта навязчивая идея с игровой комнатой… я не переставал думать о тебе, мечтать о том, что вновь смогу заключить тебя в свои крепкие объятия… желал тебя всем сердцем и душой… хотел открыть тебе новые грани и возможности, что даёт близость, искусно овладев которыми достигаешь наивысшего пика удовольствии и наслаждений… игровая комната была создана в твою честь и во имя любви к тебе… однако, пока тебя не было рядом… лишь так и там я мог получить освобождение от цепких оков желания обыденной физической близости…
Он тихо зарычал и чертыхнулся, так как последним толчком взорвался глубоко в ней, не желая этого, ведь ему этого было мало, он желал продлить эти сладкие минуты. Зарывшись в локонах её волос, он пытался отдышаться, а Сони нежно проводила ладонью, поглаживая его щетину на лице, скулы и могучую упругую шею.
— Видимо, настал мой черёд для откровения, — прошептала она ему прямо в ухо и нервно набрала воздух в легкие, словно набиралась смелости, — я… я все эти годы, после той ночи с Гариком… я… у меня никого не было…
С трудом выдохнула Сони последние слова и со свистом набрала в лёгкие воздух, пытаясь продолжить:
— … и не только, потому, что весь ужас той ночи стоял барьером, не подпуская никого… а потому, что…
Сони взяла в руки его лицо направляя взгляд в свою сторону и прошептала, покрывая его мелкими поцелуями:
— … мне нужен был только ты… и больше никто… я не могу позволить себе прикоснуться к другому, даже мысленно… ты приковал меня к себе невидимыми цепями…
Глаза Камала засверкали от счастья, и он впился в нее требовательным поцелуем, шепча ей:
— Правда? Это правда, да?
Отвечая на его поцелуи, Сони периодически выдыхала:
— Да… да… да…
Так и не отпустив Сони, Камал крепко прижал её к себе и направился в ванную комнату. В душевой он вновь прижал Сони к стенке и его губы овладели её податливыми губами. Струя тёплой воды обрушилась на них, волной скатываясь по волосам, плечам, всему телу, укутывая, словно одеялом. Камал не отпускал Сони и продолжал целовать её плечи, руки, грудь. Вода струилась по телам, но не охлаждала пыл влюбленных.
— Твои подозрения касательно толпы любовников, причиняли безумную боль в душе… — внезапно выдохнула Сони. — Я даже думать не могла о других мужчинах, но ты вынес свой вердикт… в твоих глазах, я была способна на предательство, на измену… а я без тебя словно умирала каждый день…
— Я был вне себя, не имея возможности прижаться к твоим сладким губам… — произнёс Камал, продолжая целовать её и опускаясь ниже, провёл языком по впадине пупка и остановился у ложбинки, вдыхая мускусный аромат, — … меня бросало в дрожь от одной только мысли, что ты, возможно, в объятиях другого мужчины, получаешь удовольствие… стонешь в оргазме, задыхаясь от экстаза… при том, что я не могу прикоснуться к тебе… это меня просто убивало…
Он взял губку, намылил и медленно начал растирать её тело, местами покрывая поцелуями. Разгоряченное тело Сони вновь начало охватывать возбуждение от этих соблазнительных прикосновений. Она перехватила инициативу и резким движением поменялась с ним местами. Теперь он был прижат к стенке душевой кабины. Сони дразняще провела щекой по его скулам, обжигая его разгорячённым дыханием. Взяла в свои руки намыленную губку и начала растирать его тело с медленной грацией пантеры.