Старшая по подъезду

– Уходят звезды. Рамосу уже тридцать шесть!
– Сколько?! – уточнил второй.
– Тридцать шесть!
– Как он еще бегает вообще?!
– Месси уже тридцать пять!
– Что?! Так он старик уже!
– Криштиану – тридцать восемь!
– Столько живут вообще? Да уж, звезды стареют, – философски заметил двенадцатилетний подросток.
– Что ж они будут делать, когда уйдут?
– Как и все пенсионеры – есть булочки и жиреть!!!
Я молча встал, вышел из сауны. Подумал: «ВОТ ГОВНЮКИ МАЛОЛЕТНИЕ!!!»
Дениш, знаю, ты скажешь: «Давай хоть раз в месяц?!» Эх, мы с тобой взрослые и прекрасно понимаем, к чему это приведет. Ну, что ж, давай прощаться… Хотя, слушай, сегодня последний раз. Сегодня точно последний!
 
Письмо номер четыре
 
Привет, Мама!
Помнишь, когда мне было около трех лет, я бросила кусочек мыла в кастрюлю с борщом на плите. Зачем – не спрашивай, не знаю, но не по злому умыслу точно. Так, по настроению. Когда сели обедать, первым, кто сказал, что борщ пенится, был папа. На что ты ответила: «Борщ нормальный, не придумывай».
Потом брат Вася сказал, что борщ пенится. Тут уже ты на повышенных тонах заявила, что мать целыми днями готовит-готовит, а они не едят. И что ей не пенится, а им пенится, и вообще, ешьте, что дают.
Ты повернулась ко мне и спросила: «Вкусно?» Я охотно закивала. «Ну, вот! – сказала ты. – Вкусный борщ. Ешьте». И именно в этот момент ты выловила маленький обмылок ложкой из своей тарелки. Немая сцена.
Все повернулись в мою сторону, папа начал смеяться, а брат с нескрываемой радостью сказал, четко произнося каждое слово: «А я вам говорил!» Ты опустила ложку в борщ и схватилась за голову. Я за все время обеда не проронила ни слова, да и что тут скажешь?
Мама, а что, если ты и сейчас не права?!
Дядя Коля говорит, что ты помимо дачи, рынка, судов с банком, старшей по подъезду устроилась еще в пару мест работать. Мама, я очень переживаю за твое здоровье. Я понимаю, что ты вычеркнула меня из своей жизни и пытаешься заполнить этот вакуум чем угодно. Давай просто поговорим. Мама, хватит обижаться. Приезжай к нам! Посмотришь, как мы тут устроились.
P. S. У нас скоро будет ребенок. Мальчик. Решили назвать его Вася.
 
Глава «Кредит»
 
У директора крупного регионального банка Виктора Николаевича Решетова очень мало удовольствий в течение рабочего дня. Одно из них – капучино со слоеной булочкой с вишней.
Каждое утро, ровно в 10:00, он сидел за своим рабочим столом с кофе и булочкой, принесенными из соседней пекарни секретарем. Решетов всегда включал на ноутбуке подборку «классика хауса» и… Наслаждался. Только не сегодня.
Ровно в 9:58 к нему в дверь ворвалась какая-то бабушка. Ее пытались удержать начальник кредитного отдела Михаил Анатольевич и секретарь Дарья. Бабушка орала:
– МИША, МНЕ ТОЛЬКО СПРОСИТЬ!
– Наталья Николаевна, выйдите отсюда!
На столе перед директором стоял кофе, и на тарелочке лежала аппетитная булочка. Директор тоже проорал, совершенно не задумываясь о том, что выдал на-гора две противоречащих друг другу команды:
– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? МОЛЧАТЬ!
Три человека стали по стойке смирно. Бабушка удовлетворенно улыбнулась:
– Ну, вот теперь видно, кто в доме хозяин. Здравствуйте, коллега!
– Коллега… Здравствуйте. Проходите. Так, остальные вышли.
Михаил Анатольевич попытался вставить:
– Виктор Николаевич, у нее просрочка по кредиту…
– Миша, вышел! Разберемся.
Секретарь и начальник кредитного отдела вышли. Директор выключил музыку на ноутбуке и с сожалением отодвинул кофе и булочку. Он тут же полез в базу клиентов банка:
– Фамилия, имя, отчество?
– Гончарова Наталья Николаевна. Модный какой. Хаус тоже слушает.
– Наталья Николаевна, у вас просрочка два месяца по кредиту. Плазму купили в «Мире электроники», я смотрю…
 
– Лёню хотела лучше разглядеть.
– Лёню?
– Да, Лёню Агутина. Люблю его. На плазме этой пикселей больше. Лёня сразу красивый такой.
– Понял. Но за телевизор платить надо.
– Денежек нет. Пенсия у бабушки маленькая. Ты съешь пирожок, а то злой такой.
– Спасибо. А зачем вы тогда плазму купили, если пенсия маленькая?
– Продавец прыщавый подошел в магазине. Говорит, хотите?! А я отвечаю – хочу! Живем-то один раз!
У бабушки зазвонил телефон. Она ответила:
– Люда, не могу говорить. Я на собеседовании. У главного! Перезвоню!
Директор изумился:
– На собеседовании?
– Ой, перепутала. На важном разговоре.
– Наталья Николаевна, мы вынуждены будем передать ваш долг коллекторам, а они…
– Что они?! У меня пенсия тринадцать тыщ, меньше прожиточного минимуму – нельзя. Да квартира, ее тоже нельзя.
– Мнда, кто вам вообще кредит одобрил?!
– Сбой в системе! Ну кофе выпей хотя бы.
Директор отпил капучино. Подумав, откусил от булочки с вишней. Кисло-сладкий вкус вишни обволок нёбо. Булочка действовала на директора как успокоительное.
Бабушка радостно отметила:
– Ну вот, подобрел.
– Наталья Николаевна, и что же нам с вами делать… – задал он риторический вопрос, доедая булочку.
– Возьмите меня на работу!
– В смысле?!
– Зарплату будете брать на погашение кредита. Лучше же, чем ничего.
– Хм… А кем?!
– Замом своим!
– Эмм…
– Шутка! Испугался?! Пол буду мыть!
Директор допил кофе. Настроение окончательно улучшилось. Он откинулся на спинку кресла. Бабушка смотрела на него с улыбкой.
– Договорились! Берем вас! Оформляйтесь в отделе кадров.
– Ну вот! Сразу видно, человек дела. А то Мишаня твой заладил: нельзя да нельзя. Два умных человека всегда договорятся.
Выходя из банка, бабушка кому-то набрала:
– Алло, Люда, ну взяли меня! Пошла к этому пучеглазому из отдела кадров устраиваться. Помнишь, он два месяца назад говорил: «Я не знаю, что должно произойти, чтобы я вас взял на работу!»
 
Ремарка автора «Амебный»
 
Воскресенье. Сижу за кухонным столом у родителей. У них ремонт. Доминик бегает по квартире и нюхает новый пол и обои. Папа сидит рядом со мной, пьет чай. Мама обращается к собаке.
– Что, Доминик, в другую квартиру тебя привели?! Не узнаешь? Саша, вот еще суп. Или оливье хочешь? Манты есть еще. Вот. Всего два. Чтобы место для блинов осталось.
Папа и Доминик завистливо наблюдали за переменой тарелок на столе передо мной.
– А мы чуть в аварию не попали сегодня. Из двора выезжали… А там этот, на всей скорости… Суп уже наливать? – таким же спокойным тоном спросила мама.
– Мам, как в аварию?! – Я чуть салатом не подавился.
– Семь сантиметров, и задела бы нас бээмвушка, – уточнил папа, – в машине много стройматериала было. Обзор плохой. Я его не заметил. Выезжаю, и тут он. Хорошо, на встречке никого. Он объехал.
– Получается, ты не прав был.
– Да, – согласился папа.
– Ты почему не ешь?! Вот супчик, – сказала мама, – не прав был амебный этот!!!
– Какой, мам?
– Амебный!
– Что?
– Ты что, не смотрел передачу по телевизору про амеб?! Медицинский факт! Сейчас я тебе расскажу.
Папа вышел из кухни.
– Короче, все зло в земле. Есть такая амеба, размером с пятирублевую монетку, когда вырастет. Опасная! Ей важно круговорот сделать. Начинает с мышки. Вот мышь бежит по земле и случайно цепляет эту амебу. Амеба потихоньку пробирается мышке в мозг и начинает ею управлять.
– Мам?! Ты мне фильм «Чужой» пересказываешь!
– Не перебивай. Мышка становится бесстрашной, отмороженной! Она разбегается и на всей скорости врезается в кошку. Ну, нет страха! И кошка съедает мышку.