Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

Как по мне, предложение было более чем щедрым. Но вот самому патрицию оно таким явно не показалось. Вновь скривившись в гримасе, он помотал головой, превращая воздух вокруг неё в раскалённое марево.
— Ты стал сильнее. Но даже не представляешь, с чем именно тебе предстоит столкнуться! Думаешь мы готовились к тому, что сюда заявишься именно ты?
Смех конструкта был похож на карканье громадной стаи ворон. Разница в том, что птицы не были способны выплеснуть такой объём силы, чтобы каменный склон осыпался грудой осколков.
Резко оборвав приступ веселья, Лаптев упёр в меня взгляд багровых глаз.
— Я ждал не только тебя, но и иных гостей. Заранее предполагая, что они окажутся куда как сильнее заштатной копии, которая возомнила себя истинным римским богом.
Внутри полыхнул компоненты «искры» Агвира и разум на момент захлестнуло желание немедленно броситься в бой. Стереть в порошок дерзкого смертного, уничтожить скопление силы, сровнять с землёй весь горный хребет. А потом истребить всех взрослых членов клана Лайон, которые использовали эту мерзость в своих целях.
Для того, чтобы справиться с безумно мощным желанием, мне потребовалось несколько долгих секунд. А когда это получилось, в голове послышался тонкий писк Мьёльнира.
— Я могу изолировать его. Тогда можно будет допросс-с-сить, как надо.
О чём он говорил, я понимал — между фигурой конструкта и входом в пещеру, протягивался широкий канал, по котором циркулировала энергия. Рискну предположить, с его помощью он при необходимости собирался отступить. Либо черпать силу, чтобы сражаться. Как бы там ни было, если отсечь врага от источника мощи, то он станет куда податливее в плане раскрытия своих секретов.
— Действуй.
Спутник приступил сразу же — я почувствовал, как взметнулась вверх сила, которая перерезала развёрнутый канал связи, устанавливая барьер между пещерой и Лаптевым.
В следующую секунду отреагировал и противник. Сила запертая в пещере зашевелилась, неожиданно быстро растворив собственные барьеры и обрушившись на щиты Мьёльнира.
Зашаталась, покрывшаяся трещинами гора. Загрохотали обращающиеся грудами обломков скалы. Взметнулись вверх фонтаны силы — прорвать барьеры моего спутника она пока не смогла, но вполне успешно просочилась сквозь них. А сквозь безумную какофонию звуков, до меня донёсся гортанный и скрежечущий смех Лаптева.
  
Глава XIV
 
Того, что выйдет справиться с подобным объёмом силы простым щелчком пальцев, я само собой не ожидал. Но и наличия подобного противника, никак не предполагал. Слишком уж внезапно было увидеть чужую силу, которая запросто проходит через выставленные спутником щиты.
Я почувствовал вспышку мощи Оболенского, который прикрыл остальных щитом. Сразу за ней полыхнула сила его бабушки — матрона перебросила всю троицу подальше от места схватки. Благоразумно решив, что если я вдруг не справлюсь, то они и вовсе окажутся бесполезны. И с какой стороны ни посмотри, их помощь мне всё равно ни к чему.
Ещё мгновение и гора буквально взорвалась, разлетевшись на тысячи осколков. Которые моментально исчезли, погрузившись во вспухшее облако разнородной яростной силы — то, что столько лет было заперто под горой, всё же вырвалось на волю. И теперь активно стремилось уничтожить меня.
Получалось пока не слишком успешно — энергетический доспех благополучно держал давление, а попыток атаковать при помощи плетений я не фиксировал. Только мощь грубой силы, которая пыталась прожать мою защиту.
Разъярённый Мьёльнир выставил ещё один барьер, сформировав вокруг нас изолирующий купол. А обнаружив, что через тот спокойно проходит вражеская сила, плеснул гневом.
— Как у неё получаетсс-с-ся?
Точного ответа у меня не было. Зато имелось достоверное предположение, которое запросто могло оказаться истинным. Вот только времени детально всё объяснять, сейчас не имелось — ограничился тем, что отправил спутнику мысленный образ.
Конструкт в образе Лаптева и с его разумом, всё ещё был где-то поблизости. Я чувствовал, как он взаимодействует с залившей всё вокруг силой. Пытается направлять её, делая это при помощи узловых точек. Задаёт вектор движения. И судя по тому, как именно это пытался провернуть бывший смертный, полного контроля у него не было. Вся эта колоссальная мощь, что недавно обрела свободу, вовсе не подчинялась патрицию — он был способен управлять лишь какой-то её частью, не более того.
 
Зато она реагировала на внешние угрозы самостоятельно. Например непрерывно хлестала по моей защите, отчаянно пытаясь сокрушить её. Без особых результатов — доспех работал в активном режиме, выжигая чужую энергию рядом с собой и не давая ей вступить в контакт с барьером. Но бесконечно так продолжаться не могло.
Тем не менее, я всё ещё хотел получить информацию. Не просто убить Лаптева и развеять это облако силы, но и понять с чем имею дело. А самое главное — ради чего это потребовалось оригинальному Меркурию?
— Предложение всё ещё действует. Отзови силу и мы сможем договориться.
Мой голос пробился сквозь окружающий хаос, но единственной реакцией противника стал издевательский смех. Я разжал губы в усмешке. Пусть смеётся. Посмотрим, насколько ему станет весело, когда половина вырвавшегося на воздух облака энергии неожиданно превратится лишь в воспоминание.
Шестнадцать небольших солнц сначала показались лишь тусклыми маячками, которые зажглись где-то вдалеке. Но уже через пару секунд они вовсю сияли, расщепляя окружающую их силу. Обращая её в ничто. Уничтожая без всякого следа и надежды на восстановление.
В облаке была собрана разнородная энергия — мне казалось, что в пещере слилась воедино мощь нескольких десятков мест вроде Бездны и каждое из них добавило свой собственный, уникальный вариант силы. Сейчас всё это действовало хаотично — например обрушивало мощные удары на полыхающие источники света. Атаки, само собой были бесполезны — с таким же успехом можно пытаться убить горного великана при помощи снежков. Но в момент, когда я приготовился чуть сбавить обороты и повторить своё предложение, атаковал сам Лаптев.
В первое мгновение я даже не понял, что произошло. Вот среди бурлящего вокруг хаоса метнулось какое-то подобие тени. Секунда, и она прошла через мой доспех, который уничтожил лишь её часть. А потом ударилась о мою оболочку, расплескавшись и впитавшись в плоть.
Только после этого я понял, почему её пропустил барьер. Это не была сила в её привычном понимании. Отродье тролля использовало тот же приём, что когда-то я против мятежных князей — в меня врезался чистый разум. Сознание принесённого в жертву альва, которое сейчас вовсю пыталось вскрыть мой энергетический каркас изнутри.
Я попробовал адаптировать доспех и отчасти это вышло успешно — из того сонма чужих сознаний, что обрушились на меня в следующее мгновение, через защиту прошло не больше десятой части. Но этого хватило — внутри меня завывали на сотни голосов, источали ненависть и плевались злостью. Одновременно с этим вгрызаясь в энергетический каркас.
По одной, эти сущности опасны не были. Но сейчас их были сотни и каждая напиталась древней злобой и яростью за время, которое провела внутри пещеры, наполненной мрачной древней силой. Такое впечатление, что внутри меня оказалось множество порождений Бездны. Только разумных и практически неуязвимых.
Мьёльнир подвергся схожей атаке — я чувствовал эманации каменного ежа, который пытался справиться с давлением на свой разум и каркас. Сандал обрушился на облако сверху, заливая его потоком драконьего пламени, но почти сразу был вынужден взмыть вверх, уходя от преследования нескольких десятков чужих сознаний.
Лаптев что-то говорил. Вернее кричал — звуки доносились откуда-то снаружи. Но мой разум, сосредоточенный на внутренней битве, даже не пытался разобрать слова. Он и так едва держался на плаву — даже если ты бог, то крайне сложно сохранить стабильное состояние, когда в твоей голове воют сразу сотни сущностей, по сути напрямую соединённых с твоим собственными сознанием.