Антимаг его величества (СИ)
— Нет, не весь, — я усмехнулся. — Всего лишь чуть больше половины. А вы тут какими судьбами?
— Можно на «ты», — антимаг все же переборол запах перегара и подошел ко мне. — Как-никак ты мне жизнь спас. А тут я исключительно по твою душу, Ярослав. Едем сегодня тренироваться.
Черт. Что-что, а тренироваться я сегодня точно не планировал, не после такого кутежа. С другой стороны, Горький вряд ли будет каждый день ждать меня у ворот, а значит, нельзя терять такой шанс.
— Я с удовольствием, вот только не знаю, насколько меня хватит, — пожав плечами, я демонстративно выдохнул. — Ночка была та еще, боюсь, на тренировке я очень быстро лягу.
— Ха, думаешь, я никогда не был на твоем месте? — Антимаг хитро улыбнулся. — Не переживай, есть у меня хорошее средство, как вылечить тебя. Пошли.
Пришлось развернуться и под смешки охраны покинуть академию. Ничего, я скоро вернусь, ребятки.
Горький повел меня к спорткару черного цвета, и через минуту мы уже ехали в неизвестном направлении. Несмотря на скорость, я позволил себе немного вздремнуть, но длилось это недолго. Андрей разбудил меня через десять минут, когда мы остановились возле вывески с китайскими иероглифами.
— Вот тут мы тебя в норму приводить будем, — с гордостью сказал он. — Полтора часа, и ты снова человек. Давай-давай, тебе понравится. Я с сомнением глянул на неприметное здание, хотя, с другой стороны, хуже уже точно не будет.
* * *Полтора часа спустя.
Хм, Горький оказался прав. Стоило нам только войти, как меня тут же приняли две низкие азиатки с хитрыми улыбками и повели куда-то вглубь здания. Горький остался возле двери и лишь помахал мне ручкой, гад эдакий.
Первым делом я посетил горячий бассейн с какими-то травами, и через двадцать минут лежания в воде почувствовал себя немного лучше. После этого меня отвели в массажный кабинет, где сорок минут мяли и тянули так, что мне показалось, будто бы у них цель — превратить меня в жвачку. Но массаж возымел еще больший эффект, и меня почти полностью отпустило, а регенерация усилилась. В конце меня накормили какой-то острой лапшой с креветками и чем-то еще, а после дали выпить какого-то странного чаю. В общем, это было круто, но непонятно.
— Ну как? — Горький встретил меня так же в дверях. — Полегчало?
— Будто заново родился, — с улыбкой ответил я. — Не знаю, кто эти люди, но они точно волшебники.
— А то, — Горький хмыкнул. — Ладно, поехали, у нас еще много дел. Сегодня я хочу тебя хорошенько погонять, чтобы понять, на что ты способен в длительном бою.
— А что, намечается веселье? — Я внимательно глянул на Горького, но тот лишь пожал плечами.
— Пока не знаю, но что-то витает в воздухе, — он хмыкнул. — Правда, пока я не знаю что, но нас точно ждет это самое веселье.
М-да, очень обнадеживающе. Может, прошлый мир был не так уж плох? Ну а что, там всё было понятно, впереди враги, рядом союзники, и наше дело правое. А тут с самого начала всё идет как-то наперекосяк. И даже моя эксклюзивная сила, хоть и невероятная удача, но в то же время постоянный источник проблем. Ничего, будем разбираться.
Мы ехали в сторону юга, когда спорткар резко повело, и я отчетливо увидел, как мы летим в глубокий овраг. Боевой режим активировался сразу же, и, сгруппировавшись, я приготовился к жесткому удару, но его, к моему удивлению, не последовало. Как только мы вылетели с дороги, автомобиль вдруг оказался в непонятной сфере, и мы даже как-то медленно опустились на дно. И лишь когда наши колеса коснулись почвы, сфера исчезла, и до моих ушей вновь донесся шум автострады.
— И что это за нахрен было? — Я с удивлением глянул на Горького.
— Сработал щит, — спокойно ответил он, — вот только почему машина потеряла контроль, я не знаю. На всякий случай приготовься, что-то я в случайности не верю в последнее время.
Горький выбрался из автомобиля первым, следом за ним я и тут же мысленно обратился к Прометею.
— Ты ничего странного не заметил?
— Был импульс, но отследить не получилось, — спокойно ответил помощник, — активировать боевые кластеры?
— Пожалуй, да, — я отошел чуть в сторону, чтобы спорткар не мешал обзору, — хрен его знает, что сейчас будет, но с трассы мы слетели не просто так.
Недалеко от оврага начинался сплошной лесной массив, и это был единственный вариант, откуда могла прийти угроза. На всякий случай я выпустил немного силы и создал тонкую пленку поверх своего тела. Пулю она полностью не уничтожит, но сильно замедлит, а дальше сработает укрепление кожи и мышц.
Горький тем временем что-то смотрел под капотом, при этом его лицо становилось все более и более хмурым.
— Ни черта не понимаю, — он наконец-то сдался, — почему машина потеряла управление? Она ведь совсем новая, меньше месяца у меня.
— Здравствуй, Андрюша, — вдруг из леса показались трое мужчин. — Неужто машинка сломалась?
— Дашков, — тихо процедил Горький. — Теперь понятно, что с машиной случилось. Ты так и не угомонился, Владик? Всё не дает покоя слава своего папаши?
Горький сделал несколько шагов вперед, и я почувствовал, как он выпускает свою силу, а потом увидел и жгуты.
— Ну что ты, — тот, кого Андрей назвал Владиком, улыбнулся. — Я тут совсем по другому делу. Понимаешь, с тех пор, как ты, ублюдок, выдавил меня из империи, у меня появилось много новых друзей. И вот парочка из них прямо желает с тобой познакомиться поближе, так сказать. Надеюсь, ты не против?
Стоило ему сказать это, как парочка, стоящая чуть сзади него, скинули капюшоны, и я увидел странные маски с металлическим отливом. Горький ударил сразу же, вот только его жгуты лишь уничтожили одежду, под которой также был сплошной металл.
— Непонятный материал, игнорирующий силу антимага, — с паникой в голосе сказал Прометей. — Агент, вам лучше бежать, тут у нас шансов нет.
Ага, прям сейчас и начну. Но, зараза, как же бесит, что каждый раз в этом мире появляется что-то новое, что прям старается меня смертельно удивить.
— Андрей, кажется, у нас сейчас тут будет вечеринка, — я вспомнил, как менял полярность силы. — Ты, если что, ничему не удивляйся.
Сказав это, я сделал несколько шагов вперед, и тут эти металлические болваны атаковали.
Глава 26
Сменив полярность силы, я бросил небольшой шар силы в первого металлического болвана, а Горький тут же добавил сверху своими жгутами. Незнакомец покачнулся и почти упал, но его спас другой и тут же ударил по нам чем-то похожим на металлическую стружку. Пришлось на ходу опять менять полярность и растягивать силу в щит, но даже так несколько мелких кусков металла прорвались и зацепили меня. Плечо вдруг резко начало ныть, и я почувствовал сильную слабость. Твою мать, они свой металл еще и ядом, что ли, намазали?
Пока я отвлекся, металлический болван вплотную подобрался к Горькому и уже собрался валить его. Не так быстро, дружок, не так быстро. Напрягаю мышцы и прыгаю в его сторону, снося его первым. Мы падаем на землю, и я тут же получаю удар в бок, но как-то слабенько. Резко встаю и создаю еще один шар силы, кидаю ему прямо в голову. Металл сминается, вдавливается в голову, и я слышу не то хрип, не то рык.
— Яр! — вопль Андрея отвлекает меня. — Помоги!
А всё дело в том, что Дашков тоже решил включиться в игру и ударил по Горькому черными молниями. Выглядело это всё эффектно, но, судя по всему, не очень эффективно. Зато второй металлический урод оказался куда сильнее своего товарища и таки добрался до Андрея. Удар в челюсть, и тот падает на землю, а эта парочка поворачивается в мою сторону.
— А ты силен, сопляк, — Дашков усмехается. — Но тебе не повезло, придется умереть.
— И откуда ж вы, твари, беретесь-то? — я говорил спокойно, при этом формируя в руках шар побольше.
Я уже чувствовал, как меня начинает штормить, но надо победить.
Дашков открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент я атакую. Шар летит прямо в торс металлическому, и он успевает только прикрыться руками. Но силе плевать, она ломает кости и рвется дальше, и вот уже через несколько секунд второй урод на земле, а я остаюсь один на один с Дашковым. Он формирует свою молнию, чтобы ударить, а я понимаю, что пуст и мне нечем ответить. Времени, чтобы переработать материю в силу, нет, а значит, я попал. Удар молнией приходится прямо в грудь, и я падаю на спину. Жжение в груди неимоверное, сознание почти уплыло в неведомые дали, но я держусь из последних сил.