Ростки лжи (СИ)

— Вы полагаете, мы должны просто стерпеть это? — нахмурился сэр Родриан.
— Кадмиан прав. Наше положение достаточно шаткое, и мы не можем надавить на орден после произошедшего на конклаве. — качнул головой мастер Син.
— Нас поддерживает король. — заметил Этериас. 
Гастон прекратил барабанить по столу и тяжело вздохнул.
— Да, поддерживает. Но и только. После раскола церковь так и не набрала достаточно популярности в народе.
— И всё же это возмутительно. — пробасил Долиан. — Ведь именно мы и создали орден.
— Верно. — кивнул Гастон. — Орден был превосходным инструментом нашей политики до сего момента. Мы создали несколько зависимых от нас организаций, не сообщая, впрочем, об этом широкой публике. Рыцари-странники весьма популярны в народе, и, что немаловажно, многие лорды почитают за честь отправить туда на воспитание своих сыновей благодаря отличной системе обучения. Многие графы и герцоги не только Ренегона, но и других королевств учились в монастырях ордена, и это играло нам на руку.
— И теперь это играет против нас. — глаза верховного иерарха потемнели.
— Я бы не был столь категоричен. — возразил мастер Акрил. — Это же не объявление войны, лишь объявление независимости.
— На фоне происходящих событий такое разделение может стоить нам слишком дорого. — вставил Клавдий.
— В любом случае мы не можем ничего сделать здесь и сейчас. Но нам нужна замена странникам. Обращение за помощью к ним будет обходиться нам недёшево. — вздохнул Гастон.
— Вы полагаете, что они не откажут нам, если мы обратимся за помощью? После такого разрыва отношений? — удивлённо спросил Этериас.
— Несмотря на это глупое недопонимание, мы все люди, и на одной стороне. — подтвердил Гастон.
— В таком случае нам стоит взять лучших мастеров жизни и начать обучение собственной элиты немедленно. — предложил мастер Эниан.
— Мы всегда отправляли лучших мастеров жизни в орден. Сомневаюсь, что магистр вернёт их обратно в церковь. — прогудел Долиан.
— Значит, будем выбирать из тех кто есть. Если никто не возражает, я возглавлю это направление. Кадмиан, сможете подобрать мне помошников? Наверняка у вас найдутся талантливые ученики. — решительно вызвался Эниан.
— Полагаю, что да. — кивнул настоятель.
— Хорошо, с этим разобрались. — мрачно подытожил Этериас. — Что насчёт тех символов и аномалии? Вы сумели что-нибудь понять? Или нашли какие-нибудь следы?
 
Кадмиан и Клавдий хмуро переглянулись. Слово взял Гастон:
— За время, что мы разбирались с аномалией, прошло несколько дождей. Если в канализации и были следы, их всё смыло. В храме ничего, кроме праха и тела рыцаря. Рыцаря мы похоронили, прах иерархов собрали в разные урны. Правда, неизвестно кто в какой. Символы — глухой тупик. Мы не смогли понять ни одного. Это какой-то язык, письменность, несомненно. Но чья и что она значит нам неведомо. Даже в самых старых наших архивах времён основания церкви нет ничего похожего. 
— Значит, мы вновь в тупике. Ни следов, ни зацепок. И нам остаётся только ждать следующего удара. — констатировал Этериас.
— Боюсь, что так. — кивнул Гастон.
— Время необязательно играет на нашего противника. — поднял голову Кадмиан. — Мы тоже не стоим на месте и развиваемся. Двое из моих учеников придумали какую-то интересную идею, увидев вашу сферу, и попросили у меня помощи. Говорят, что для реализации им потребуется очень множество чистого нейтраля, и у них просто не хватает сил. Я подумал, что кто-то из вас захочет присутствовать во время их эксперимента. 
Советники переглянулись. В их глазах мелькнуло любопытство.
— Если требуется много чистой энергии, лучше всего для этого подойдёт мастер равновесия. Я бы с удовольствием поучаствовал. — высказался мастер Клавдий.
— Пожалуй, я тоже отправляюсь с вами. Может, подскажу что-нибудь интересное. — впервые за собрание улыбнулся Этериас.
— Полагаю, для учеников это будет честью, ваше святейшество. 
— Мы должны думать о будущем в первую очередь. Грядут тяжёлые времена. — поднялся из-за стола верховный иерарх.
Советники покинули зал в гнетущем молчании. Но никто не опустил головы.
  
Глава 18
 
Пикус неизвестным нам образом общался с кракеном около часа, стоя на любезно предоставленном кракеном крупном щупальце прямо перед его глазами. По завершении диалога кракен медленно втянул под себя щупальца и погрузился обратно в воду, удаляясь в глубину.
Обратно на борт Пикуса пришлось затаскивать. Несколько моряков спрыгнули в воду, обязали вяло держащегося на воде магистра верёвкой, и споро вытащили на палубу. Полностью промокший, осунувшийся, похудевший, с тёмными кругами под глазами, магистр обвёл нас усталым взглядом и сказал:
 
— Я договорился. Он нас пропустит, можем плыть.