Герои Крайних Рубежей. Сборник (СИ)

Основной состав клана я посвящать не собирался. Все будет происходить без их ведома и одобрения.
Вот основная негативная часть клановой жизни – даже глава уже не может полностью владеть собой и своими поступками, решениями, выбором. Потому что каждое принятое им решение напрямую влияет на игровую судьбу сокланов.
Перед тем как отправиться дальше, я написал несколько сообщений. Восьмерка драконов отправилась на небольшую каменоломню к северо-востоку от Альгоры. Там драки примут на спины и в подвесные корзины тяжелый каменный груз – уже нарезанные блоки либрита, благородно выглядящего камня с зелеными прожилками, основного материала для строящегося храма Роски. В каменоломне драков встретят десять моих сокланов. Я поручил им заплатить за либрит и погрузку, после чего им следует доставить драгоценный груз в Тишку. Там немного отдохнуть, покормить драконов – и отправиться на север, к побережью, где в следующей каменоломне, рангом попроще, им продадут отменный гранит. Снова отдых. Кормежка. И новое путешествие за либритом. Отныне восемь драконов в ровном темпе занимаются доставкой грузов для строительства. И так будет продолжаться до тех пор, пока драконы не получат другой приказ…
Пока же цель для посторонних глаз вполне понятна – глава клана, не щадя кошелька, занимается развитием юной богини. «Личное» божество – огромный козырь для каждого клана. Ради такого козыря деньги тратятся нещадно. Так что обоснование появления личного летучего флота у молодого клана вполне солидное. Но все равно присматриваться станут, копать будут, найти тайную подоплеку постараются. Но найти не сумеют – клановые драконы будут усердно таскать обычные грузы к строящему храму.
А теперь мне нужны детали будущего путешествия – которое, судя по всему, обещает оказаться весьма нелегким…
Зайдя в гостиницу Кленовый Сучок, я широко улыбнулся девушке регистраторше, одновременно опуская на полированную стойку коробочку лучшего эльфийского зефира.
– Мы бы воспользоваться задней дверью.
– Конечно, господин – коробка зефира исчезла, часть стены медленно открылась, сдвинувшись вместе с картинами – Хорошего дня.
– Взаимно.
За дверью оказался узкий коридор с грубыми кирпичными стенами. Неровный пол резко переходил в ступени. Поднявшись, уткнулся в деревянную дверь, три раза стукнул быстро, после короткой паузы еще четыре раза медленно. Дверь приоткрылась, в щели показались длинный нос и блестящий глаз:
– Да?
– Орбит просил передать – я протянул руку и вложил в высунувшуюся ладонь бутылочку пиратского рома и большую банку соленых гномьих крендельков. Ладонь была таких размеров, что легко бы вместила еще бутылку рома. Нечеловеческая ладонь. Пальцы с пятью суставами, когти длинные, кожа коричневая и грубая. Кто за дверью то? Орбит назвал его ласково – Алкосси Буйный.
– Куда? – прохрипел тот, забирая дары.
– К улыбающейся тетушке – назвал я просто невероятный адрес.
Дверь со стуком захлопнулась. Послышался шум откупоривающейся бутылки, звук нескольких жадных глотков.
Вспышка. Меня крутнуло как вентилятор и забросило в открывшийся в полу провал. Пролетел искрящимся тоннелем, еще яркая синяя вспышка… и я уткнулся носом в весьма пышный бюст едва-едва скрытый белым платьем. Испуганно отступил на шаг. Облегченно выдохнул – я финишировал у большого ростового портрета, изображающего томно улыбающуюся женщину средних лет, туго затянутую в корсет.
Улыбающаяся тетушка… в каком месте она «тетушка»? Такой портрет можно смело в борделях вешать у входа – тогда точно никто мимо не пройдет. Одна улыбка чего стоит…
Но тут не бордель.
Тут вообще не пойми что!
Я стоял в тесной каменной клетушке с низким потолком, одним портретом, двумя магическими светильниками и без малейшего намека на дверь. Самое время для паники и криков в стиле «замуровали, демоны!». Но я знал, что делать дальше.
– Желаю жарких я утех в волшебном царстве сладострастия – запинаясь от стыда, проговорил я.
Твою так… ну как нормальный мужик может вообще такое вслух сказать? Как?
 
– Желание законно, но требует оплаты, милашка – шевельнулась нарисованная дама, понимающе подмигнув мне – Утех порочных? Роковых? В какой альков мечтаешь ты нырнуть, шалун?
Шалун…
Я прибью Орбита…
– Ночных фиалок нежных аромат вдохнуть желаю я, услышать эхо страстного соития. Но тайно – запинаясь еще сильнее, прочитал я с листа открытого цифрового блокнота.
– Как пожелаешь, милый мой шалун. Подаришь мне немного блеска? – ко мне протянулась нежная рука, легко покинув пределы портрета.
– Прошу, прекрасная красотка – я вложил в руку небольшой ограненный алмаз.
– Ступай ко мне в объятья…
Я шагнул. На моих плечах сомкнулись белые руки. Потянули на себя. Пышный бюст неотвратимо наплывал…
Вспышка.
Я стоял в узком коридоре, богато отделанном дорогими породами дерева. На стенах портреты с красотками, застывшими в самых неожиданных позах и все как одна страдающими страстью к наготе. Под ногами толстый розовый ковер с черным узором. Присмотревшись к узору, я с трудом остался на месте – ибо узор изображал сплетенные воедино мужские и женские тела. Воздух пропитан нежным цветочным ароматом. А звук… коридор был наполнен тем самым – эхом соития. Ахи, вздохи, охи… И окна. Стены коридора были снабжены несколькими мерцающими окнами. Я тут же поклялся себе ни в коем случае не заглядывать ни в одно из них. Мой путь лежал к противоположному концу коридора.
У меня получилось. Не заглянуть в окна. Хотя отбрасываемые окнами тени на стены говорили о многом, я все же сумел удержаться. Я быстро шагал, уставившись точно перед собой. И поражено покачивая головой на ходу.
Вот она взрослая сторона Вальдиры?
Та самая… волшебная и сладострастная.
Главное сюда Дока не пускать. А то он тут и останется… навеки…
В конце коридора меня ждала статуя обворожительно улыбающейся нимфы. С легким скрежетом повернув ко мне лицо, нимфа ласково спросила:
– Желаете продолжить путешествие по лазурным взгорьям и низинам?
– Желаю вкусить я жареных клопов и испить тараканьей бормотухи – отчетливо произнес я.
– Прекрасный выбор – проворковала статуя, протягивая ладонь.
В ладошку я вложил кусочек красного гипса, купленного по пути в алхимической лавке.
– Удачного путешествия.
Вспышка.
Я оказался в большом и светлом трактирном зале. Или в провинциальном читальном зале. И то и другое в любом случае заброшено, если судить по обилию пыли и паутины. Мимо пробежал здоровенный желтый паук, таща за собой пару книг.
– Росгард Славный! – раздался знакомый голос из-за книжного оползня, накрывшего пару столов и зацепившего пару лавок – Иди же к нам!
– Уже иду, Мистри – отозвался я с облегчением.
Необычный путь закончился и, слава богам, привел именно туда, куда и требовалось.
Я нахожусь в крайне необычном месте. Пропавший трактир Танцующий Лопси, таинственным образом исчезнувший пару лет назад посреди ночи. Глянув на торчащие из-под одного из столов кости в больших сапогах со шпорами, подумал, что часть полуночных выпивох наверняка отправились в таинственное путешествие вместе с трактиром. И нашли здесь свой печальный конец. Или радостный – ведь была первое время кое-какая еда и целое море выпивки.
Прошел мимо окна. На этот раз не удержался и заглянул в него.
Увидел заснеженную гору уходящую в облака. А за ней еще гору. И еще. Сам же трактир стоит на небольшой площадке на склоне очередной горы. Вокруг лишь снег. Я зябко передернул плечами. То-то тут холодновато.
– Иди же сюда, Росгард!
– Нгаму Росгард! Ваше путешествие прошло удачно? – рядом со мной возникла стройная тень.
– Спасибо, Алишана – оторвался я от созерцания снежного пейзажа – Путь был необычен. Но короток.
– Лучше и не сказать – понимающе склонила голову пустынная воительница и, глянув в окно, как и я передернула плечами – Никогда не могла понять тех, кто любит замерзшую воду. Сухость и иссушающая жара – вот по чему я тосковала все это время.