Память героя (СИ)

 - Я решила узнать, как прошел ритуал. – она говорила так же тихо, словно боялась нарушить хрупкую нить доверия, ещё связывающую их.
 - Тяжело, Цисси, очень тяжело. – опустился Люциус на край кровати. Он был счастлив от того, что хотя бы сейчас ненадолго, но жена смогла простить его и пробует общаться по-прежнему. Лорд понимал, что та грозная воительница, которая одним заклинанием могла поставить на место столь сильных магов, как он, Северус и Блек, никуда не исчезла, и поэтому был безмерно благодарен за эти несколько минут спокойного разговора. – Ваша прародительница была весьма могущественной ведьмой, если для отмены ее заклятий понадобилась силы глав четырех родов. Был даже момент, когда мы подумали, что не справимся.
 - Это когда в ритуал вступил Нотт, не правда ли? – сказала Нарцисса и, увидев удивленный взгляд мужа, пояснила. – Это очевидно. Магия Драко тоже должна была вступить в противостояние. Вас с Северусом его волшебство узнало, в Блеке магия подобна моей, поэтому удары, направленные на вас, должны были быть менее активны, чем против старшего Нотта, который воспринимался, как враждебно настроенный чужак.
 - Я об этом как-то не подумал. – проговорил Люциус. – Наверно, Люпин все-таки был бы
 лучшей кандидатурой, чем Нотт. Но все закончилось хорошо, учитывая, что могло случиться с Драко.
 - Да, ты прав. – ответила леди Малфой и вдруг перевела разговор в другое русло. – Знаешь, я тут вспоминала сказки, которые читала нашему мальчику в детстве и разные истории… А ведь самыми страшными существами, которые только можно было себе представить, там были оборотни.
 - Что ты хочешь этим сказать? – Малфой не совсем понял мысль супруги, но недавние события научили его уважать её мнение.
 - Я ещё сама не знаю, как это правильно выразить. – она задумалась на несколько мгновений, во время которых он сидел и любовался её лицом. – Просто даже вампиры в познавательной энциклопедии представлены лучше, чем оборотни, хотя Дети Ночи могут причинить гораздо больше вреда, чем Дети Луны. Ну посуди сам. Люпин оборотень, а Драко всегда отзывался о нем как о спокойном и справедливом учителе, хорошо знающем свое дело. И Фенрир. Не надо напоминать, что он мог нас всех убить как котят, а он, напротив, позаботился о нашей безопасности во время их поединка и даже предупредил нас о визите Воландеморта.
 - Но он забрал с собой Люпина. – возразил жене Люциус хотя и понимал что рациональное зерно в её словах есть.
 - Но ведь мы ничего не знаем о волках, - негромко проговорила Нарцисса, – ни их укладов, ни традиций, ни даже четкой иерархии. Никто из волшебников даже не может сказать, как живут в стае, поскольку оборотни никого не допускают к себе. К тому же я верю словам Тео, что с Люпином все будет в порядке.
 - Знаешь, а ты в чем-то права. – слова жены заставили вспомнить лорда кое-какие факты. – А ведь Воландеморт всегда посылал стаю только в настоящие бои, а волшебников направлял против маглов. Я ни разу не видел, чтобы оборотень бросился против невооруженного мага. Даже сегодня Сивый предпочел сразу сообщить, что он ждет Люпина у нас в замке. Я и сам сегодня думал о том, что если стая откажется от Воландеморта, то это нанесет весьма ощутимый урон его силам. Но об этом позже. Как тебе новый патронус Драко?
 
 - Люциус, этого следовало ожидать. – спокойно и твердо произнесла Нарцисса. Её тон ни на миг не давал засомневаться, что она всецело на стороне сына. – Он всегда любил слушать истории про Мальчика, который смог победить Темного Лорда. А после просмотренных им воспоминаний… Они вызывают только уважение, Люциус, уважение и восхищение магом, который смог пережить все это и при этом остаться достойным человеком… Попытка отговорить или переубедить Драко в его решении приведет только к тому, что он войдет в род Поттеров как муж Гарри.
 - Ты так уверена в нем? – спросил Люциус жену.
 - Я знаю, Люциус, и помню, какими мы были когда-то. – её озорная улыбка напомнила ему тот день, когда он впервые обратил внимание на свою будущую жену. Ему было тогда уже четырнадцать, и он считал себя взрослым человеком, и не замечал более мелких детей. Нарциссе же в тот день не разрешили есть мороженное, заменив его на какой-то другой десерт, мотивируя это её слабым здоровьем. Он так и не понял, какое заклинание она применила, чтобы поменять содержимое их креманок. Когда же он обнаружил подмену и посмотрел на очаровательную девчушку, она только озорно подмигнула ему и улыбнулась. С тех пор они провернули немало невинных шалостей, выходивших за рамки этикета и доводящих до белого каления их родителей. Особенно ему запомнился вечер, когда они сбежали ото всех в сад и танцевали там в лунном свете. Именно тем вечером он решил, что эта девушка станет его женой и уже не отступился от своего решения. Им тогда здорово досталось от родителей. Но это было так незначительно, по сравнению с тем счастьем, которое он испытал в тот бесподобный вечер.
 - К тому же если вспомнить историю с ангелом. – продолжила Нарцисса, не догадываясь о ностальгических размышлениях мужа. – Так что можно сказать, что чувства нашего сына возникли уже давно, и сейчас он только дал им волю.
 - Да уж, тот поступок противоречил всем правилам Малфоев, – горько заметил Люциус. – С тех пор я запретил любые сказки и истории на ночь, и вплотную занялся воспитанием сына. Как же я ошибся тогда.
 - Ты ошибся, запрещая сыну любимые истории, я ошиблась, подчинившись твоему запрету. – произнесла Нарцисса. – Мы оба были неправы. Но сейчас мы ещё можем восстановить отношения с сыном, помогая ему завоевать избранника. Что ж, Люциус, уже поздно…
 - Нарцисса, один вопрос. – он понимал, что она собирается уйти, но ему так не хотелось её отпускать. Он был готов спрашивать о чем угодно, лишь бы она продолжала говорить с ним. – Что ты знаешь о фениксах?
 - О фениксах? – удивилась леди Малфой вопросу. – То же, что и все, общие факты. Особо выделяют их верность хозяину. А почему ты спрашиваешь?
 - В воспоминаниях Гарри я видел, как феникс Дамблдора принес ему Распределяющию шляпу с мечом Гриффиндора внутри.- ответил Малфой на вопрос. - Но мальчик не был предан директору, ни раньше, ни сейчас.
 
 - Да, это странно. – задумалась Нарцисса. – Я помню, как бабушка мне рассказывала что феникс, порождение самой магии появляется, чтобы вывести волшебника на правильный путь. И что первый феникс помог магам в войне с какими-то врагами. Как-то так, к сожалению, ничего более конкретного я не помню.
 Она подумала ещё несколько мгновений, но потом отрицательно покачала головой: