«ХроноРоза» (СИ)

Листья превратилась в водопад золотого песка и осыпалась на палубу. Из аккуратного песчаного конуса снова выросла прежняя Листья.
На время капитаном «ХроноРозы» стала она. Веньета задержался на Тортуге — принимать дела и перенимать мудрость старого Оллера. Он, конечно, по-прежнему был рядом, просто не в человеческом облике: «ХроноРоза» оставалась частью его разума и при необходимости Аладору вернулся бы в тот же миг. Необходимости не было. Офицеры и воспитанники капитана занимались (как выразилась Ниаль) «боевой учёбой».
— Ну, что ж! — сказала Листья. — Вставай, Бык! Ещё раз.
— Не-е-ет!
— Никаких «нет»!
Кряхтя, охая и хватаясь за поясницу, Бык поднялся на четвереньки. Потом на ноги.
— Ещё одна такая жёсткая посадка — и мне понадобится костыль!
— Зачем?
— Чтобы ходить.
— Ходить тебе не нужно, — сообщила Листья, лучезарно улыбаясь. — В ближайшее время ты у меня будешь либо летать, либо лежать.
Бык уставился на неё с лёгким ужасом.
— Листья! — сказал он проникновенно. — Стоило мне подумать, что ты непохожа на Хо Сина. Что ты добрая и не делаешь мне больно, если не считать проклятой пластинки… Честное слово, я сейчас лучше возьмусь за пластинку!
— Пластинка не убежит, — сказала Листья. Её нежная улыбка теперь немного напоминала оскал. — Извлеки из этого урок, Бык. Нельзя думать о человеке слишком хорошо, потому что человек — многогранен.
Послышался странный прерывистый звук, похожий на клёкот. Бык и Листья оглянулись. У грот-мачты, подпирая её спиной, стоял Калли. Рядом, скрестив ноги, восседал Хо Син. У обоих лица побагровели от хохота.
— Я сейчас пойду в каюту, — сообщил Калли, — потому что иначе я тут подавлюсь, задохнусь и помру от смеха.
— А я ещё посижу-полюбуюсь! — отозвался канонир.
— Знаете, как вы выглядите со стороны? — прибавил Калли. — Когда вы в небе?
И он широким жестом бросил им мысленную картинку. Листья поймала, ахнула и тихо запищала, прижав кулаки к щекам. Бык хватанул ртом воздух, протянул «А-а-а…» и снова сел на палубу. Всё внутри тряслось от смеха. Сверкающая белая птица, точно искра, с гиканьем мчалась по голубым волнам ветра, а за ней, путаясь в крыльях и лапах, неуклюже выгребал гигантский ящер. Крылья работали неритмично, но беда была в другом. Бык и не подозревал, что он в панике начинает бешено размахивать хвостом — вместо того, чтобы, как положено, хвостом рулить. Оттого-то его болтало посреди небосвода, как нечто в проруби. «Хвост, — подумал Бык. — Ещё и хвост! Только хвоста не хватало. Но надо попробовать…»
— Правильная мысль, — отсмеявшись, заметила Листья. — Вперёд!
Она прыгнула мимо Быка, метнулась вверх, едва задев стопой узорное ограждение, и вспыхнула слепящей белизной чаячьих перьев. Один миг — и она была уже далеко.
— Смотри на меня! — донёсся крик. — Следи за мной! Лети за мной!
С трудом поднявшись, Бык потёр ладонями лицо и тяжело перевёл дыхание.
И взлетел.