Драго. Том 2 (СИ)

– Да. А откуда ты знаешь, что Келли-Хьюз гомосексуалист?
– А откуда я знаю? – удивился я. – Я не знал.
– Ну ты же сказал, что он педик.
Вообще-то я хотел сказать не педик, а другое слово, созвучное с три-два-раз, но вовремя удержался.
– В русском языке педик – это не половая ориентация, а характеристика состояния души. Педиков душой, так скажем, полно и среди гетеросексуалов.
– Ясно.
– А откуда ты об этом узнала? – поинтересовался я.
– Сеньоре Романо уже нажаловался покровитель Келли-Хьюза.
– Мне стоит ждать проблем?
– Не знаю. Не думаю. Он не настолько высоко на…
– Отлично. Тогда пойдем, у нас действительно много дел.
Николетта ошиблась: когда мы покинули переговорную, оказалось, что проблемы нас уже ждали. Четыре человека в корпоративных костюмах, среди которых я заметил Рея Келли-Хьюза и скуластого элегантного молодого человека. Так, не четыре человека, а два – остальные двое с ними были неасапиантами. Явно взяли вместо охраны, чтобы больше голова в унитаз ни у кого случайно не попала.
Ни у кого, кроме меня наверное – если по их плану.
– Вот он! – произнес обиженный мною «коллега» по корпорации.
– Судари и… полусударь, – отдельно кивнул я Келли-Хьюзу. – Вы, предполагаю, желаете со мной поговорить?
– Ты правильно понимаешь, – спокойно и степенно кивнул мне весьма элегантного вида скуластый молодой человек, в глазных впадинах которого белели импланты с зеленым трилистником Некромикона. Серьезный товарищ: у него в форме одежды присутствовал галстук, который обычным серым винтикам корпорации не полагался.
Птица, так сказать, высокого полета.
И из-за отсутствия у меня очков дополненной реальности я не мог посмотреть ни его статуса, ни даже имени.
– Без проблем, как раз переговорная свободна, – улыбнулся я ожидающей нас парочке. – Николетта, подожди пожалуйста нас здесь, я быстро обсужу с господами…
Прервался на полуслове. Потому что створки лифта с мелодичным звоном полностью раскрылись, и из дверей вышла сеньора Романо, собственной персоной. И следом за ней из лифта вышла…
Тут мне потребовалась вся выдержка, потому что следом за Доминикой из лифта вышла Эмили Дамьен. В строгом, причем простом корпоративном костюме, без каких-либо знаков отличий высшего руководства корпорации.
– Что именно ты собрался обсуждать? – вместо приветствия поинтересовалась Доминика, услышавшая мои последние слова.
При этом Доминика ни жестом, ни взглядом не выдала даже намек на наше недавнее с ней, так скажем, весьма плотное общение.
– Сеньора Романо, мое почтение, – коротко поклонился я. – Мы с коллегами по-разному смотрим на вопрос влияния половых отношений на служебные, и в данный момент я готов предоставить на их суд свои аргументы.
– Не сегодня, – покачала головой Доминика. – Драго, хочу напомнить, что у вас, как у личного телохранителя Николетты Агилар, достаточное количество других, более важных дел. Госпожа Дамьен, – повернулась к подошедшей Эмили Доминика. – Позвольте представить: Драго Младич, тот самый многообещающий молодой человек, о котором я вам рассказывала.
– Мадам Дамьен, – пожал я протянутую руку.
– Драго, у вас сегодня весьма много дел, поэтому прошу оставить на будущее дискуссию о влиянии половых отношений на служебные, – произнесла Доминики. При этом она смотрела мне прямо в глаза, и я вдруг почувствовал, как от ее грудного голоса у меня приливает кровь к… и к щекам, и к сердцу тоже, в общем.
Даже жарковато стало, если честно. Настоящая роковая женщина.
– Как вам будет угодно, сеньора Романо – еще раз коротко поклонился, покладисто соглашаясь я. И взглядом показав, что ничего не забыл. Причем особого усилия для этого мне не потребовалось.
Едва улыбнувшаяся Доминика, вместе с молчаливой и сосредоточенной Эмили Дамьен, направились дальше по коридору. Сопровождаемые незаметными до этого момента телохранителями. И, провожаемые нашими взглядами, проследовали к открывшимся перед ними дверям большого совещательного зала.
Двойника такого же зала, в котором я недавно завалил шесть человек из высшего руководства корпорации в Африке, Восточной Европе и на Ближнем Востоке. Среди которых была и Эмили Дамьен, чья голова – очень хорошо это помню, взорвалась в кровавые брызги.
 
– Ладно, парни, в другой раз, – подмигнул я всем сразу, сделав жест ручкой.
– Стоять! – окликнул меня старший в компании. – Ты что думал, вот просто так возьмешь и уйдешь?
«Дядя, ты дурак?» – едва не поинтересовался я.
Судя по тому, как именно Доминика не смотрела на скуластого молодого человека, он не особо важная – даже несмотря на мундир, персона. И игнорировать ее слова – признак отнюдь не большого ума.
С другой стороны, это может быть и испытанием от Доминики. Если уж ее бросали со скалы в детстве для того, чтобы научить плавать, не думаю что к обучению других людей она подходит с излишними сантиментами.
Остановившись и прикрыв глаза, я глубоко вздохнул, а после наклонился к уху Николетты.
– Подожди пожалуйста минутку. У нас будет мальчиковый разговор, тебе лучше это не слышать.
Николетта – молодец. Хотя она и разволновалась до перехваченного дыхания, но внешне этого никак не показала. Кивнув мне, двинулась в сторону дивана. Я же, резко развернувшись, вернулся к приоткрытой двери помещения, откуда мы только что вышли. И встав в проходе, открыл дверь приглашающим жестом.
Элегантный скуластый молодой человек и Рой Келли-Хьюз, переглянувшись, быстро прошли в помещение. Молодцы какие – сделали это настолько быстро, что я успел захлопнуть дверь перед самым носом сопровождающих их неасапиантов.
Мое действие вызвало приступ быстрого удивления – которое, впрочем, не переросло в слова. Хотя элегантный скуластый молодой человек даже открыл было рот. Но он не успел ничего сказать, потому как получил удар в печень и согнулся пополам.
Рей Келли-Хьюз при виде этого оцепенело замер, но почти сразу побежал в сторону. Не по своей воле, правда – это я схватил его за загривок, и разогнав, направил в стену. Взметнулись руки, раздался шлепок лица в витражное панно и неожиданно для себя потерявший сознание Рей Келли-Хьюз мешком рухнул на пол.
Я уже был рядом с его элегантным покровителем. Тот уже – за пару секунд, пришел в себя, вставая в оборонительную стойку. Организм у него определенно усилен, раз так быстро справился с болевым шоком. И явно мой первичный успех связан с тем, что я застал его врасплох, используя фактор неожиданности.
А еще это значит, что дальше можно ждать проблем.
Впрочем, проблем я ждать не стал. Тем более что решение пришло довольно быстро – если он накачан усилениями, не драться же мне здесь с ним. Хорошо, что вокруг наблюдалось очень много тяжелых подручных предметов. А как гласит широко известная в узких кругах, и одинаковая в двух мирах поговорка: «Чтобы вступить на поле боя в рукопашную схватку, боец должен потерять винтовку, пистолет, нож, пехотную лопатку, выйти на ровную площадку без единой палки или камня, а после этого найти на этой ровной площадке второго такого же дурака»
В общем, когда немного выбивая сознание из колеи, в голову друга Рея Келли-Хьюза прилетела массивная пепельница, он этого определенно не ожидал. Бросал я правой рукой, так что пятки элегантного молодого человека элегантно взлетели вверх, а сам он упал навзничь. Ковролин удар смягчил, но еще несколько секунд у меня оказалось.
В пару скользящих шагов оказавшись рядом, я перевернул потерявшего всю элегантность молодого человека на живот. Резким рывком сдернул с его плеч пиджак, скатывая рукава наполовину – спутывая движения рук. После этого подхватил его и пробежавшись вместе, приподнял его, разворачивая и перехватывая за удивительно крепкую белоснежную рубашку. Поднимая так, что он приземлился задницей на парапет ограды, свесившись спиной вниз. И единственным сейчас, что его удерживало от падения, оказался галстук, который держал я.
 
Как раз за те секунды, которые я потратил на построение всей этой композиции, скуластый и уже совсем не элегантный молодой человек пришел в себя. Он попытался потянуться ко мне руками, но получилось не очень удачно – они были спутаны за спиной спущенным пиджаком.