Слимп

Семён уверенно шагнул в полумрак.
— Штатский с вами? — нейтральным голосом заметил сержант. — Уровень соответствует?
— Вполне, — коротко ответил Семён. — Штабной наблюдатель с правом голоса. Консультант. — Похоже, Семён стал понемногу привыкать к авантюрным поворотам судьбы: врал он теперь бойко и ничуть не смущаясь. Уверенно врал. Профессионально.
Дверь бункера встала на место, под потолком зажглась цепочка ламп дежурного освещения: коридор шёл наклонно вниз.
— Вы первый из прибывших, господин... — сержант выжидательно замолк.
— Майор, — подсказал Семён, с независимым видом направляясь по коридору в глубь бункера. Он мог бы, конечно, назваться и генерал-майором, жалко, что ли, но опасался, как бы чин оказался не по возрасту. Зачем ненужные подозрения? — Продолжайте, сержант.
— Остальные члены лабораторной группы ожидаются утром, господин майор, — поспешил доложить сержант Горкин. — Воздействие, как и было запланировано, будет проводиться ровно в полдень.
— Значит, всё-таки вечер, — пробормотал Семён.
— Виноват, не расслышал? — напрягся сержант.
— Я говорю — ужин когда? — Семён продолжал вышагивать, не обращая внимания на сержанта. — И коротко доложите обстановку, что да как... Офицеры в бункере есть?
— Ужин по распорядку, после заката. Для членов лабораторной группы подготовлен отдельный зал. Офицеры... — сержант замялся. — Разумеется, есть... только они раньше ужинать сели, у себя... не ждали они сегодня никого! Ведь прыгалки только завтра должны прибыть, — виноватым голосом, словно оправдываясь, сказал сержант.
— Тогда веди к офицерам, — ледяным тоном приказал Семён. — Мы тоже ужинать будем, вместе с ними. Пораньше.
...Прибытие Семёна вместе с Хайком, в сопровождении дежурного сержанта, переполоха среди офицеров не вызвало. Гостей поначалу вообще не заметили.
В маленькой комнате, куда сержант привёл самозванного майора и не менее самозванного штабного наблюдателя, — скорее всего это было какое-то подсобное помещение, — шла пьянка. Обычная рядовая пьянка, без особого размаха, явно организованная на скорую руку — посреди стола красовались почти пустая поллитровка, горка колбасных бутербродов на тарелке, пустая банка из-под консервов да три стакана: офицеров в стандартных камуфляжках было трое. Дым в подсобке стоял коромыслом, все трое курили, стряхивая пепел в банку.
Сержант громко прокашлялся, но не от дыма, а для привлечения внимания.
— Горкин, — обрадовался один из офицеров, — вовремя ты! Организуй-ка нам ещё один пузырь... Эй, ты кого там с собой привёл?
— Майор из лабораторной группы, — сдавленным голосом произнёс Горкин, — только что прилетел.
— Давайте без чинов, — с ходу предложил Семён, проходя к столу и присаживаясь на свободный табурет. — Я сегодня не на службе, завтра служба будет... ещё пара стаканов найдётся?
— Горкин, — повёл бровью офицер, — организуй. И пузырь не забудь.
Сержанта словно ветром сдуло.
— Хайк, присаживайся, — Семён вытащил из-под стола ещё один табурет. — Наш человек, не смотрите, что не при форме и с бородой. Специалист в своём деле, — отрекомендовал Семён Хайка. Что было абсолютной правдой: в своём деле Хайк действительно был специалистом. Просто у него пока что не было случая наглядно продемонстрировать своё умение.
— Симеон, — представился Семён, слегка привстав с табурета и кивнув присутствующим военным. Вспомнив ехидные слова медальона, сказанные им на спасательном летуне, майор-Симеон весомо добавил:
— Диверсионный отдел, старший офицер-разрушитель. Специализируюсь по кадаврам.
Местные офицеры, враз поскучнев лицами, тоже ответно представились. Имён их Семён не запомнил, а воинское звание у всех было одинаковое: капитан. Правда, было одно небольшое отличие — тот офицер, который послал сержанта за бутылкой, был комендантом бункера. То есть являлся как бы старшим капитаном. Или младшим майором. Что, во всяком случае, почти уравнивало его с новоявленным представителем диверсионного отдела.
— Предлагаю на «ты», — доброжелательно сказал Семён. — Я майором-разрушителем совсем недавно стал... можно сказать, только что... так что давайте на равных, идёт?
 
Никто не возражал, тем более что сержант принёс ещё пару стаканов и закупоренную бутыль. Хайк пить отказался и, сославшись на важные дела, попросил отвести его в более спокойное место. Мол, документы почитать надо — Хайк похлопал себя по сумке. Документы отозвались металлическим звоном, но никто не обратил на это внимания, потому что уже было налито. Бравый сержант Горкин увёл Хайка с собой, а оставшиеся чокнулись стаканами за знакомство.
Семён много пить не собирался, хватит организм травить, тем более, что в стакане оказался самогон. Крепкий, очищенный, но самогон.
Семён отхлебнул половину от налитого, закусился бутербродом.
Некоторое время висела неловкая тишина, всё-таки Семён был здесь человеком случайным, тем более старшим по званию. Да ещё из ожидаемой лабораторной группы. Но самогон брал своё, тем более, что Семён для завязки разговора поделился с капитанами свежей новостью из своей служебной практики: о нападении чужих на Безопасный Мир и молниевом кадавре, сброшенном местной спецслужбой и им, майором-разрушителем, в тень, вместе с обречённым сектором. Весело рассказал, с подробностями, не путаясь и не повторяясь. Наверное, очищенная выпивка так подействовала.
Капитан-комендант ответил на это, что здесь, на полигоне, и не такое видали. И тут же пошли рассказы-воспоминания, подогретые самогоном — рассказы об испытаниях самого разнообразного магического оружия, которые проводилось в этом специальном Мире. Мире-Полигоне.
Семён внимательно слушал невероятные байки, согласно кивая головой и мотая на ус важные оговорки, которые так и сыпались из разговорчивых офицеров-собутыльников; в конце концов из этих разрозненных фрагментов непринуждённой беседы сложилась довольно любопытная картина. Очень и очень любопытная.
В этот Мир никак нельзя было попасть обычным магическим способом. Даже случайно. Потому что транспортные заклинания в упор не хотели видеть Полигон, не находили его, даже если в тех заклинаниях специально указывался его адрес. Насильно вколачивался. Как вколачивался? Ну, на это есть специалисты... Военные маги, стало быть. Головастики-теоретики, контрактные «пиджаки» при Имперском штабе.
А ещё этот Мир отсутствовал в реестре Имперских Миров, хотя и принадлежал Империи. С реестром понятно: или не включили в него Мир-Полигон за его уникальную сущность, или специально вычистили любое упоминание о Полигоне и вся недолга. А вот загадку его безадресности так до сих пор и не разгадали, да, в общем-то, никому и не нужна стала та разгадка с тех пор, как безымянный Мир стал Миром-Полигоном. Когда Кардинал издал секретный приказ, передав Полигон в военное ведомство.
Кстати, о Кардинале — говорят, что Мир-Полигон первыми обнаружили чужие... ну да, сюда ведь только на прыгалках и можно добраться... Убраться? Убраться отсюда можно и без прыгалок, как обычно, с транспортным заклинанием... о чём это я? А, вспомнил! Нашли, значит, чужие бесхозный Мир и по сходной цене продали его Империи. Вернее, Кардиналу... тс-с, это страшная военная тайна, но здесь все свои, так что... а прыгалки военное ведомство с тех пор у чужих фрахтует. Чем расплачивается — неизвестно. Тайна. И тайна, видать, серьёзная, даже не военная, военную давно бы разболтали...
Последний год на Полигоне почти перестали испытывать стандартное магическое оружие, а вместо этого принялись проводить странные неудобопонятные эксперименты... очень странные... по разрушительности ничуть не уступающие всяким молниевым, землетрясным и цунами-кадаврам... Почему не видно разрушений? Так на то есть оперативная восстановительная служба. Прилетают, стало быть, они сюда после каждого эксперимента и наводят порядок: что в тень на время сбросят, что наоборот, из тени вытащат, ежели срок прошёл и на удалённом участке всё успокоилось... бывает, за невозможностью восстановления что-нибудь из другого Мира навсегда позаимствуют, а местные жители после гадают, куда оно подевалось...