Ундервельт. Западня (СИ)

— Ты кто такой? — прохрипел Виктор, обращаясь к пленителю.
Наган смотрел пристально, молчал. Наконец выдал:
— Я не понял, у тебя что, раздвоение личности? Ты разговариваешь разными голосами.
— Типа того. Так кто ты? На кого работаешь?
— Думаю, мое имя ни о чем тебе не скажет. Меня зовут Ростислав Нагорный, я частный детектив, — в его глазах промелькнула злость.
— Ты из Москвы?
Тарасов задал риторический вопрос, а Тарвит еще не оправился от шока, хотя всей душой желал расспросить Нагана о том, что происходит. Но пока Виктор был сильнее, он улавливал отголоски его мыслей и желаний.
— Да, — кивнул Наган. — Меня наняла Карина, я расследовал твое исчезновение. А потом… Потом жена пыталась меня убить, начался какой-то сюр. Краско объяснил, что Гурский через линзы управляет людьми, замещает их сознания головорезами из Ундервельта.
Проклятье! Виктор выругался, перевернулся на спину, сел рывком.
— Ты сказал ему, что нашел меня?!
— Конечно, — подтвердил Наган. — Вы ж с ним заодно?
— Твою мать, идиот! — заорал Виктор, потому что его красивый и сложный план с лязгом и грохотом накрывался медным тазом. — Да Гурский — пешка, он вообще никто! Детектив, черт бы тебя побрал! Дебил ты, вот кто, а не детектив! Ты понимаешь вообще, что натворил? Хана нам теперь: и мне, и тебе, и всему!
Наган смотрел на него с интересом, покусывая губу, и взгляд с каждым словом все больше наливался свинцом. Не такой реакции ожидал Виктор.
— И что же происходит на самом деле?
Будь руки свободными, Виктор врезал бы в это тупое рыло. Надо ж быть таким придурком! Хотя… даже он сам поначалу верил Краско!
— Ты труп… И я труп. Теперь нам ничто не поможет! Тебя Краско вывел в вирт с помощью линз?
— Нет, — спокойно ответил Наган. — У меня никогда их не было.
— Да? Ну хоть сознание твое свободно. А вот тело — нет. Оно теперь полностью во власти Краско.
Действие происходило в темном ангаре, где туда-сюда сновали обитатели Ундервельта. Бородатый дворф сунулся к Наган, но тот зыркнул на него и изгнал взглядом.
— Странно. Он говорил, что вы союзники, — стоял на своем Наган.
Виктор лихорадочно соображал. Наган, выходит, не в курсе, что происходит на самом деле, Краско его точно так же нагнул, нужно выяснить, что конкретно он наплел детективу. Если склонить его на свою сторону, то не все кончено. И всего-то нужно рассказать правду, даже врать и преувеличивать не придется.
— Скорее развяжи меня! Вот-вот люди Краско будут здесь! — Виктор дернул связанными за спиной руками. — Ну?
Наган сел на корточки, чтобы быть с ним вровень, и сказал:
— Я солгал. Ничего я ему не говорил, потому что не доверяю. Прекрати истерику и рассказывай свою версию происходящего.
Виктор шумно выдохнул, покосился на Шимона, молча топчущегося рядом и не понимающего, о чем разговор.
— Слава богу! Дело в том, что причина всех наших бед — Краско. Он втерся в доверие, а потом оттеснил меня на второй план, почти полностью взяв под контроль Ундервельт. А поскольку созданный нами локальный ад вполне реален… Мало того, он растет! Мне пришлось вмешаться, чтоб не случилось непоправимое.
— Убийцы из Ундервельта, чьим сознанием замещают хакнутых, резервация, где выращивают головорезов — это правда?
— Как видишь. Выходит, Краско все тебе рассказал, только поменял ролями действующих лиц. Когда ты передашь меня Краско, он избавится от твоего тела, и твое сознание останется здесь навсегда.
Наган поднялся и принялся мерить шагами комнату, бросая на Виктора недоверчивые взгляды. Наконец остановился и проговорил:
— Вроде все сходится. Давай по порядку. Предположим, главный злодей — Краско. Ты тут зачем?
Виктор ощутил, как пробуждается Тарвит, оттесненный на второй план. И если Виктор хотел убедить Нагана, чтоб использовать в своих целях, то Тарвит детектива жалел. Детектив напоминал ему висящую на крючке дергающуюся рыбу, у которой нет шансов. Хуже было другое: его чувства Виктор переживал как свои.
— Ты уже, думаю, догадался: «Панацея» — врата в виртуальность. Мы с Краско вместе разрабатывали Ундервельт, и это был спокойный тихий мир. У меня мало времени и много проектов, за всем не уследишь, потому я не заметил, как Краско начал порабощать обитателей Ундервельта. Теперь они — его часть, но еще и имеющая сверхспособности. Наша же компания разработала уникальный продукт — линзы дополненной реальности, а оказалось, они нужны Краско для того, чтобы замещать сознания людей своими головорезами. Понятно?
 
— Более-менее. И более правдоподобно, чем версия Краско. Только ты все знал с самого начала — я про линзы и взлом сознания через них. Думаю, именно ты все затеял, чтоб незаметно захватить власть, а Краско оказался хитрее и переиграл тебя.
Ярость захлестнула Виктора. А ведь каким дурачком прикидывался этот Наган! Но хрен с ними, с мотивами, сейчас проницательный детектив в одной с ним лодке. В реале Тарасов заставил бы Нагорного подчиняться силой, в Ундервельте же Наган сила и есть.
— Когда сообразил, что теряешь виртуал, было уже поздно, — Нагорный продолжал сыпать соль на рану. — Прежде чем Краско доберется до тебя в реале с помощью своих зомби, ты слился сюда, чтобы уничтожить Ундервельт.
— Тебе ли не пофиг? — рявкнул Тарасов, ощущая острое недовольство Тарвита, который его, похоже, презирал всеми фибрами своей цифровой души. — Мы в одной упряжке. Точка!
Но Наган его будто бы не слышал, в отличие от разинувшего рот Шимона. Остальные прибывшие грохотали на верхних этажах в поисках поживы и происходящим здесь не интересовались.
— Наконец я получил правдоподобную информацию, — сказал Наган. — Теперь все ясно, кроме одного: почему Краско хотел, чтобы я тебе помог уничтожить Цитадель? Она ведь его, и сумеречные — его люди?
Виктор физически ощущал, как кровью из раны вытекает драгоценное время и терпение вместе с ним. Безумно хотелось наорать на детектива, но в Ундервельте амбиции пришлось умерить, ведь очевидное для него — тайна для Нагорного.
— Мой рассказ будет напоминать бред, но ты не перебивай, дослушай и только тогда делай выводы.
Наган, сунув в рот травинку, уселся рядом.
— Главное, с ума не сойти. Слишком велика концентрация бреда. Говори.
Шимон уселся поодаль и навострил уши, Тарвит тоже перестал ломиться в мозг, пытаясь взять под контроль тело.
  
Глава 23. Обрыв
 
Виктор огляделся: Шимон делал вид, что его тут нет, Наган сел рядом, глядя прямо в глаза и опершись спиной о стену просторного ангара, в котором уже никто не сновал — мертвые души убедились, что поживиться тут нечем, и ушли. И Виктор заговорил, мысленно предложив Тарвиту устраиваться удобнее.
— Когда создавали Ундервельт, мы думали… точнее, я думал, выйдет обычная компьютерная игрушка. А получилась саморазвивающаяся реальность! Она от нас практически не зависит, и, если честно, это немного пугает, мы ведь ее создатели. Боги, которые в ней беспомощны. Неписи обрели личности и размножаются, монстры скрещиваются и плодятся. Я видел рожденных тут детей! Это обычные дети.
— По образу и подобию, — процитировал Наган. — Ближе к делу: так зачем Краско уничтожать свою Цитадель? Зачем нанимать для этого меня?
Тон Нагана, его манера держаться неприятно напомнили следователя на допросе.
— Краско, как ты заметил — калека. Ему не нравится в реале, и он слил свое сознание в виртуал, чтобы хотя бы там жить полноценной жизнью. То есть создал свой ментальный отпечаток, чтобы жить полноценно в Ундервельте. Но случился казус примерно такой же, как со мной и Тарвитом: его копия решила, что ей хорошо самой по себе, зажила своей жизнью, отринув создателя. В моем случае маскировочная личность, названная Тарвитом, тоже отказалась исчезать, и теперь нас в этом теле двое.
 
Виктор услышал полную сарказма мысль Тарвита, что он аплодирует стоя.
Наган присвистнул и резюмировал:
— Больше ада, жги, Господь. Я хотел бреда, я его получил. В итоге нас тут трое: ты, я и Тарвит? И два Краско: один там, другой тут?