Беглецы и Гончие (СИ)
— Ничего не знаю, — буркнул я. — Сама выбрала с нами идти, так что не жалуйся.
— Да я и не жалуюсь, мне просто любопытно, — усмехнулась девушка. — О, а вон и крепость уже видна.
И правда, Крепость Ля Мур уже появилась в поле зрения и баржа начала приближаться к порту.
Само укрепление было чем-то похоже на уже ранее виданые нами. Крепкие стены из темного камня, высокие башни с узкими бойницами и все прочие элементы обыкновенного защитного пункта, нужного для поддержания порядка в регионе. Вряд ли на крепость часто нападают, но если бы она была не нужна, то никто бы ничего не строил.
Все же на другой стороне реки уже начинается Дахакара и местные твари оттуда порой переходят водную преграду, и на их пути как раз оказывается данная постройка.
Еще один оплот защиты спокойной и мирной жизни Гринвейла.
Баржа замедлила ход и начала приближение к порту, а мы собирались отправиться к себе, так как сходить на берег для нас смысла нет. Ну разве что ноги размять, да и то, не особо нужно. Сейчас лучше помыться, перекусить, да поспать, так как к вечеру будет наша смена дежурить.
— Что за…? — произнесла Зенти, вглядываясь куда-то в крепость. Быстро подошла к Хенкелю и отобрала у него бинокль. — О, черт!
— Что случилось? — заволновался я.
— Сам посмотри, на стену, — отдала она мне бинокль.
Взяв предмет, я взглянул в указанное место и… застыл…
На стене крепости стояла до боли знакомая девушка и махала нам рукой.
— Флорайн нас нашла…
Глава 43
Недосягаемый цветок
— Наконец-то берег, — улыбнулся Ричард, ступая на твердую не шатающуюся землю. Морской болезни у него никогда не было, но днями сидеть без дела на корабле все же невыносимо. Плюс его верному кирину — Фунсайки нужно иногда прогуливаться, а то для боевого скакуна такие путешествия очень утомительны.
Если бы не нужда поскорее добраться до Карака, а потом и Куртаны где их ждут, то их отряд так бы не торопился, а предпочел отправиться своим ходом. Ведь в том и смысл Рыцарских Походов, чтобы испытать сложности долгих странствий, стать сильнее и опытнее.
А Ричарду из Старшей Семьи Эшби в будущем придется вести собственную десятку и побыть заместителем у столь великого рыцаря как Экгберкта Эсмонда Великодушного — очень ценный опыт. Не говоря уже о том, что быть помощником столь прославленного ветерана — огромная честь. Ричи очень уважал командира и прислушивался к его мнению пускай и не всегда понимал, что тот имеет в виду. Все же разница в жизненном опыте у них слишком велика, но в будущем он это компенсирует.
Рыцарь повел своего кирина на небольшую зеленую полянку, где тот вместе с другими мог прогуляться и пощипать свежую травку. Для члена Ордена Белой Гривы забота о своем боевом товарище была важной частью обучения.
Поначалу Ричарду не нравилось возиться с лошадьми, и он считал унизительным такое дело, коим должны заниматься лишь слуги, но со временем понял, как ошибался. Боевой кирин — это оружие, как верный клинок воина и доверять его кому-то другому нельзя. Как рыцарь не отдаст свой меч и алебарду другому, так и своего коня он не доверит никому кроме себя или проверенного человека.
Сейчас их корабль остановился на час у Крепости ла Мур, а потому можно дать киринам прогуляться и отдохнуть на берегу. Потом их ждет несколькодневный путь до озера Азгара и самого Карака. Оттуда уже можно будет продолжить путешествие.
«И в более хорошей компании».
Ричарда раздражало соседство с этими продажными ублюдками.
Он искренне презирал всех наемников и охотников, считая их бесполезными паразитами, которые просто не нужны этому миру.
Стражники защищают город, Егеря обеспечивают охрану округи, а Рыцари сражаются с чудовищами, защищают людей и воюют на поле боя. Да, есть некоторые отдельные личности кого можно уважать, но в основной своей массе охотник и наемники — просто бесполезный придаток, который этому миру не нужен.
Они не связаны клятвами и рассматривают свою работу не через призму пользы для окружающих, а исключительно с позиции личной выгоды. Нет, юный рыцарь понимал, что все в этом мире стоит денег и останься он без поддержки Ордена, ему бы и самому пришлось искать способ набить брюхо себе и верному скакуну… Но наймиты заходили в этом слишком далеко, порой выжимая из своих клиентов последнее, пользуясь тем, что у них не было другого выхода. Ричард был свидетелем такого ни раз и не два.
Но ладно бы еще это. Рик мог понять такую рвачевскую позицию, в конце концов, почему те, кто рискуют жизнями за людей, должны жить хуже их? Это было скорее следствием общей несправедливости мира, в конце концов, в мире идеальном ситуаций, когда помощь продажных мечей была бы настолько необходима, не возникало бы вовсе. Главная проблема в том, что им нельзя было доверять. У них не было решимости дать клятву, перейти Рубикон, и нельзя было ждать, что эта решимость придет к ним, когда запахнет жареным. Летописи Приливов пестрели записями о массовом дезертирстве Охотников и Наемников, из-за которого нередко выигрышные битвы заканчивались катастрофическими поражениями. Только поставив в тылу расстрельную команду, можно было заставить Продажные Мечи воевать по-настоящему…
«Отвратительно, и мне приходится делить воздух с трусами и дезертирами».
Будь его воля, он бы избавился от всех этих паразитов, но не он решает, далеко не он. Мир устроен иначе и в нем ты лишь маленький винтик, который вынужден подчиняться тем, у кого есть власть. Единственный путь — стать самым сильным, чтобы уже твое слово имело вес.
— Бр-р-р! — буркнул Фунсайки, слегка боднув своего хозяина.
— Ой, полегче, друг, — улыбнулся рыцарь, погладив гриву своего товарища.
Верный конь почувствовал плохое настроение Ричи и попытался помочь по-своему.
— Да, ты прав, лучше не думать о плохом, — кивнул он, продолжая прогуливаться по зеленой полянке.
Деревья вокруг крепости были вырублены, чтобы никто не мог подкрасться к защитному комплексу, а потому тут часто пасли местный скот и киринам места хватило.
— Эй, Рич, ты чего такой задумчивый? — спросил его друг Халим. Темноволосый, смуглокожий парень с пирсингом в ухе. Вроде как на его родине в Вольной-Мортарии мужчины носят серьги в одном ухе, это у них считается красивым, но сам Ричард не особо понимал столь далекую культуру. — Опять в облаках витаешь.
— Ничего я не витаю, — буркнул блондин. — Просто как заместитель командира мне много думать положено, в отличие от вас.
— Ха-ха-ха! Ну, смотри не облысей от чрезмерных дум, — рассмеялся мортариец.
— Уж кто бы говорил.
— А может он о той рыжей думает, — усмехнулась подошедшая Клаудия. Эта высокая строгая девушка из благородного дома Шоулов, одна из лучших в их отряде и старается доказать своим примером, что женщина может быть хорошим рыцарем.
Эшби, честно говоря, не понимал, зачем ей это нужно.
Это ведь и так очевидно. В их Ордене было немало прекрасных и величественных дам, что своей доблестью на поле боя и умом заслужили славу и почет. Возможно, это связано с довольно жесткими традициями её семьи, вот она и старается больше всех. Скорее всего, не для себя, а чтобы родители дома о ней слышали только хорошее и перестали волноваться.
— Эй, я о той странной девице не думаю, — нахмурился Ричард. — Да, эта рыжая охотница хороша собой, признаю, но меня подобные дамы не привлекают.
— Но костюм у нее что надо, — улыбнулся Халим. — Так хорошо подчеркивает все достоинства, что у нее хоть куда… Почему девушки так редко надевают, что-то подобное? — спросил он посмотрев на Клаудию.
Та заскрежетала зубами и поправила свою строгую прическу, а затем попыталась влепить болтуну в нос, но тот уклонился и спрятался за друга.
— Да извращенка она банальная. Хватит уже пялиться на её зад! — зарычала девушка. — Доспехи у нее просто курам на смех. Продажные мечи уже опустились до такого. Не удивлюсь, если она еще и спит с обоими компаньонами.