Мастер порока (СИ)

Я не знаю, сколько уже стою на одном месте, и что он делает. Время будто перестало существовать. Оно начинает ход с его голосом, а в тишине замирает. И нет никаких потребностей или усталости.
Высокая фигура внезапно загораживает кровать, на которую я смотрела. Медленно поднимаю глаза и бесстрастно отмечаю, что мой путеводитель тщательно исследует меня взглядом. Особенное внимание к шее — там, где бьется сонная артерия. Будто считывает пульс, но разве это возможно сделать взглядом?
Я открываю рот, кажется, хочу что-то сказать, но не могу, поэтом быстро забываю о своем желании. Точно так же в голове рождаются рассеянные мысли и быстро тают.
— Ты часто думаешь обо мне? — вдруг спрашивает мой путеводитель негромко и в то же время звучно.
Я озадаченно хмурюсь. Отвожу взгляд и ничего не отвечаю. Потом снова встречаюсь с янтарными глазами и начинаю улыбаться. Мой путеводитель улыбается в ответ. Сдержанно, одним взглядом, но улыбается и мне это нравится. Как будто меня погладили по голове и похвалили.
— Маленькая умница, — сказал он бархатным тоном, и внутри все отозвалось теплом. — Ты покажешь мне, о чем были твои мысли?
Я больше не хочу улыбаться, хотя меня не пугает этот вопрос, скорее мне не хватает чего-то для дальнейшего шага.
— Можешь сделать это, — позволяет хозяин комнаты.
И я делаю.
То, о чем думала перед сном, во время обеда, каждый раз после наших столкновений. Поднимаю руку и провожу пальцами по тщательно выстриженному виску. Мои движения спокойны, и я очень внимательна к тому, что делаю.
Скольжу выше и зарываюсь в волнистые светлые пряди. Взъерошиваю жесткий шелк и наслаждаюсь этим некоторое время. После, моя ладонь ложится на густую щетину — она немного колет, и я быстро теряю интерес, а подушечки пальцев замирают на мужских губах. Я приоткрываю свои губы, но делаю только то, о чем думала: в своих мыслях я не целовала — он целовал.
Пальцы сходят с губ, ползут ниже по подбородку, гладят мощную теплую шею, и я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы стать как можно ближе к мужскому телу. Утыкаюсь носом в пульсирующую венку под мочкой уха, и шумно вдыхаю. Запах мне так нравится, что я не хочу отстраняться, но понимаю что у меня еще много «дел». Отпрянув, я продолжаю показывать свои мысли: провожу ладонью вниз, к яремной впадине, немного медлю, затем аккуратно пролезают под ворот рубашки.
В этот момент мужская ладонь плавно обхватывает мое запястье и убирает от себя.
— Хорошо, Арина, — раздается надо мной голос путеводителя. — Я рад, что ты доверяешь мне. Теперь, чтобы чувствовать себя комфортно, тебе хотелось бы узнать, о чем думаю я?
Вопрос или утверждение, но мой путеводитель не нуждается в ответе. Он отступает от меня, идет к кровати, не спеша снимает с широких плеч пиджак и вальяжно садится ровно напротив.
— Я думаю о том, что сейчас ты снимешь с себя одежду, — спокойно говорит он, глядя на меня из-под бровей.
И толики сомнений не возникает в моей голове — я спокойно кладу руки на ворот платья, и начинаю не спеша расстегивать овальные пуговицы до самого пояса.
Это не я делаю. Это то, о чем он думает. Поэтому внутри нет никакого протеста.
Я ослабляю пояс, ни разу не запнувшись, и он с глухим стуком падает на пол. Чувствую себя так комфортно, будто нахожусь одна в своей комнате. Спускаю с плеч униформу — платье медленно скользит вниз по моим бедрам и, не отрывая глаз от своего путеводителя, я позволяю ему приземлиться к ногам. Для меня важно не упустить ни одну мысль мужчины напротив, ни одну его команду.
Он смотрит на белье, которое теперь является единственным предметом, прикрывающим мое тело, и я понимаю, что должна делать дальше. Завожу руки за спину и снимаю простой белый бюстгальтер, высвобождая грудь.
По коже проносится холодок, заставляя её покрыться мурашками, и я ощущаю, как твердеют соски. Тем временем взгляд моего путеводителя останавливается на белых хлопковых трусиках и, перехватив это, я с готовностью поддеваю пальцами резинку. Тяну вниз до самого пола и выпрямляюсь.
 
Чувствую жар на щеках, потому что начинаю смущаться мыслей моего путеводителя. И того, как он смотрит на меня обнаженную. Неотрывно, задумчиво, словно хочет изучить и запомнить каждый миллиметр моей кожи.
Я снова пропадаю во времени, только рассеяно осознаю, что мне становится все холоднее и дыхание немного сбивается. Оживаю, когда хозяин комнаты встает и приближается. Он останавливается на расстоянии вытянутой руки и просто смотрит. В мои глаза, на мою часто вздымающуюся от неровных вдохов грудь и ниже…
В какой-то момент плавно приседает и высвобождает мои ноги от трусиков. А, выпрямившись, начинает медленно обходить меня.
Я провожаю высокую фигуру путеводителя взглядом, но голову вслед за ним не поворачиваю, и очень скоро за спиной становится тепло. Будто совсем рядом находится горячая стена.
Я сглатываю, вдруг осознав на мгновение, что полностью обнажена в чужой спальне, а позади меня стоит мужчина. Но это быстро проходит, и, когда я вижу своего путеводителя вновь, забываю мимолетное прояснение окончательно.
Он хмурится, его губы напряжены.
— Иди в постель, — отдает команду и, развернувшись, куда-то уходит.
Я перевожу взгляд с широкой спины на большую кровать, но мои ноги отчего-то не двигаются с места. Я больше не отражение его мыслей и не могу поддаться, только остро чувствую, как по мышцам начинает расползаться лед.
— Арина, — голос путеводителя требует моего внимания, и я послушно поворачиваю голову.
Его глаза озадаченно проходятся по мне, после чего он начинает приближаться. Почему-то его образ и комната расплываются, а я даже моргнуть не могу, чтобы прогнать накатившую пелену. Кажется, по моей щеке скатывается горячая капля, и я растерянно смотрю на хозяина комнаты, который возвысился надо мной.
Он подносит ладонь к моему лицу и не спеша стирает каплю. Одновременно я чувствую, как мое запястье обхватывает его горячая ладонь.
— Чего ты испугалась? — спрашивает путеводитель, или, скорее, рассуждает вслух, переводя сосредоточенный взгляд с моего лица на шею.
Мужские пальцы мягко касаются предплечья, проводят по нему вверх, согревая кожу, и это забирает все мое внимание. Тело мгновенно покрывается мурашками и деревенеет. Я все больше съеживаюсь, а в ушах отбивается гулкий стук сердца.
Хочется отступить назад от мужчины, и я почти поддаюсь этому порыву.
— Т-ш-ш, спокойно, — тут же раздается приказ, и я ощущаю твердую хватку на своем затылке. — Ты в безопасности, Арина.
Шумное дыхание срывается с моих губ — я слышу это, и неизведанная паника завладевает мной все больше. Мужская рука ослабляет захват, приятно проводит по моим волосам и ложится ладонью на плечо.
— Вот так. — Согревающее прикосновение спускается уже по другой руке. Ладонь путеводителя двигается плавно, но неотступно — вниз, потом вверх, поддевает локоть, добирается до шеи, касаясь подбородка, убирает пряди волос за спину. — Тебе не о чем волноваться.
Его голос мне очень помогает. Его прикосновение дает чувство защиты и ощущение надежного покровительства. Ощущение паники не отпускает до конца, но оно уже не такое сильное.
— Я делаю только то, что тебе нравится, — звучит голос совсем близко. Или это в моей голове?
Я уже не различаю, когда янтарные глаза, точно живое пламя привораживают меня, а теплая ладонь замирает на моем животе. Я впадаю в какое-то состояние полусна. Понимаю только, что холод куда-то ушел, а внутри разливается тепло.
Прикосновение незаметно ползет выше, и я не смущаюсь, когда оно доходит до груди. Уверенные пальцы путеводителя медленно обхватывают полушарие. Надавливают, начинают обводить, постепенно сужая радиус до чувствительного соска.
 
Приятная дрожь сбегает к низу живота, я прикрываю глаза и вновь распахиваю. Его лицо так близко, что мужское дыхание касается моих губ и все сливается воедино. По бедрам проходит горячий ток, в животе наливается тяжесть — я больше не чувствую никакой паники, хочу лишь чтобы это не прекращалось!