Эффект ласточки (СИ)
- Погодите, - решительно прервала излияния придворного мага Элен. – Вы хотите сказать, что я...
- Вас ждет прекрасное будущее, - перестал прикидываться дурачком и заправским бонвиваном лорд Годфрид. - Я бы сказал блестящее.
- То есть?.. - боялась поверить Элен.
- Сегодня утром я связался с королем, - маг говорил напрямую. - Его величество желает стать посаженным отцом на свадьбе младшего брата и вашей.
- Можно водички, - слабым голосом попросила Элен, подумав, что Иви тоже не мешает пройти проверку на магию. Накаркала таки мерзавка принца, даже цвет его любимой коняги угадала. Ясновидица хренова!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
С королями не спорят. Их приказы исполняют. Беспрекословно. Вот и Элен не чирикала, хотя и могла бы. Жаль, никто не хотел слушать. Все пищали от восторга, особо нервные норовили упасть в обморок.
Жизнь леди Арклоу совершенно переменилась. Покой и одиночество остались в прошлом. В настоящем все ее дни были заполнены под завязку. Все время виконтессы было расписано по минутам. Она поднималась и ложилась по часам, по часам ела, подчиняясь строгому распорядку дня беседовала с батюшкой, матушкой, которые делились с ней житейскими советами. Кроме всего вышеперечисленного много времени уходило на примерки и подгонки гардероба, соответствующего статусу невесты принца. В общем подготовка к новой счастливой семейной жизни шла семимильными шагами.
Εдинственной отрадой для Элен в эти дни стали игры с братьями и занятия с Иви. Только с ними она расслаблялась и могла хоть отчасти радоватьcя жизни. Впрочем, был еще один момент, пролившийся бальзамом на мстительное сердце не леди Элен, а Елены Павловны Ласточкиной. Она имела презабавную беседу с кузиной Марианной, а дело было так...
***
Счастливая новобрачная навестила Элен поздно вечером. В тот час, когда измученная дневным заботами, она уже переоделась в ночное и отпустила Иви.
- Можно к тебе? - после короткого стука поинтересовалась Марианна.
- Входи, раз пришла.
- Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть, - мило покраснела сестрица. - Но я должна извиниться перед тобой, объяснить... - она замолчала, то ли подыскивая подходящие к случаю слова, то ли давая возможность Элен проявить благородство и великодушно простить родственницу.
Та на поводу не пошла. Сидела себе перед зеркалом, расчесывала пышные золотисто-ореховые локоны и улыбалась загадочно.
- Можешь поздравить меня, – поняв, что отпущения грехов не будет, Марианна решила пойти другим путем. – Вчера нас с Роланом обвенчали. Правда, бракосочетание прошло очень скромно. Зато я теперь ношу гордое имя прославленных баронов Иттенбрю.
И снова ее посыл ушел в молоко. Плевать было Елене Павловне и на замужний статус, и на баронов Иттенбрю.
- По-моему, это справедливо, – сверкнула глазами молодая жена. – Подумай сама, я ведь старше, значит и замуж должна выходить раньше тебя. К тому же только благодаря нашей с Роланом любви ты заключишь союз с герцогом. А это значит, что с тебя причитается.
Εлена Павловна фыркнула, сдерживая смех.
- Не вижу ничего забавного, – нахмурилась кузина. – Лучше подумай о том, какую компенсацию мне, то есть нам ты сможешь предоставить в будущем. Ролан считает, что должность коменданта Балеара (главный город герцогства) ему бы подошла.
- Чего? - осведомилась порядком обалдевшая от такой наглости леди Ласточкина.
- Оставь эти простонародные манеры, - поморщилась вкрай оборзевшая сестрица. - Я тебе это как опытная, замужняя, между прочим, женщина говорю. И потом, - тут лицо Марианны превратилось в маску скорби. И было похоже, что на этот раз она не придуривается, - из-за тебя я претерпела настоящие муки. Знаешь, как страшно было стоять там, в гардеробной? Насколько мучительно было осознавать, что в момент наивысшего единения тебя прервали самым беспардонным образом, выставили напоказ твою...
- Γолую задницу, – подсказала вырвавшаяся из-под жесткого контроля леди Елена Павловна. - Впрочем, это относится исключительно к тебе. Ролан открылся с иной, честно говоря, неприглядной стороны.
- Ты...
- Я особо, конечно, не приглядывалась. Хотя вру, посмотрела. Ничего впечатляющего. Воображение рисовало мне нечто более монументальное, стенобитное орудие что ли... Увы, действительность оказалась куда как скромнее. Слава Всевышнему, что не мне, а тебе с этим жить. Что же касается компенсации, хватит с тебя приданного. Радуйся, что не ославили продажной девкой.
- Да как ты смеешь! - вскочила Марианна. - Моя репутация - твоя репутация! Думаешь, выдали бы тебя за принца, если бы вскрылись обстоятельства, при которых ты обрела магию?
- Задай это вопрос лорду Годфриду, - равнодушно посоветовала Εлена Павловна. – Он с удовольствием тебе ответит. И заканчивай уже свой неумелый шантаж. Можно подумать, с тебя не взяли клятвы о неразглашении.
- Но мне действительно было страшно стоять, все слышать и понимать, но не иметь возможности пошевелиться, – расплакалась кузина. - И потом... Знаешь, как ужасно стыдно в таком виде предстать перед родителями и придворным магом. Я думала, что умру от стыда. Да и Ролан...
- Уволь меня о перечисления подробностей, – поморщилась Εлена Павловна. – Ты во всем виновата сама. Не нужно было крутить шашни с чужим женихом.
- Он меня любит, а я люблю его! Ясно?!
- Куда уж яснее, - отвернулась от зеркала не Елена Павловна. Нет, на Марианну смотрела леди Элен. Преданная, обманутая, но не сломленная. – Вот и наслаждайся счастьем с любимым, а обо мне забудь. Живи свои умом, упивайся подлостью да смотри, не вздумай подсылать ко мне муженька. В козла превращу, никакой придворный маг не расколдует. А теперь уходи.
- Гадюка! - бросила в бессильном гневе Марианна, но дверью хлопать не стала. Хватило ума не поднимать шум.
- Вот же дура, прости, Господи, - покачала головой Элен. - Однако надо бы задвинуть засов, а то каззлу хватит ума явиться ко мне с уговорами и жалкой ковырялкой наперевес.
Она тревожилась напрасно. ролану Иттенбрю было не о любви во вcех смыслах этого слова. Длительное стояние без порток отразилось на его мужской состоятельности не самым лучшим образом. К тому же из всех углов в сторону несчастного баронета неслись насмешки. И "ваша малость" была самой невинной из них. Да и мессир граф однозначно дал понять, что незадачливому женишку стоит держаться подальше от его дочери. Если, конечно, ему не надоело жить.
***
Свадебные торжества планировалось провести в Балеаре (крупный город, столица герцогства). Именно туда и отправилась Элен спустя три недели после обретения магии. Юную виконтессу сопровождали родители, гордый доверенной ему миссией придворный маг и Иви. Само собой в отряде были и другие люди: рыцари, слуги и даже личный повар графа, но они взволнованной невесте не запомнились.
Ей и без того было о чем подумать. Замужество само по себе событие серьезное, а уж брачный союз с герцогом и подавно. Это вам не барон, то есть баран чихнул, а дракон как минимум. Ведь к герцогу прилагается многочисленное семейство. Тут и старший братец, который король, и средний - интриган и пьяница, если верить осторожным намекам папеньки, и свекровь - на минуточку вдовствующая королева. И словно этого мало, так еще и соперница имеется. Дама сердца, чтоб ей икалось заразе такой!
И как тут не загоняться? Даже жизненный опыт особо не помогал. Оставалось уповать на то, что Арвэль Дэрси, герцог Балеарский окажется разумным человеком. Папенька, к примеру, отзывается о нем в самых восторженных выражениях. Мол, настоящий рыцарь твой жених, дочка. Честный, благородный, а уж какой у него талант к военному делу. Всеми бригийскими войсками командует. Даже чин называл: коннетабль.
Элен по этому поводу вспоминалось что-то из Дюма, а еще вставали перед глазами сцены из старых фильмов с Жаном Марэ. И от этого портилось настроение. Дело в том, что великий французский артист, сам того не зная, нанес Елене Павловне глубочайшую сердечную травму. Можно сказать, смачно плюнул в душу. А всему виной его гомосексуализм.