Я тебя не помню (СИ)

– Когда захочешь нас увидеть, позвонишь. Разрешу только потому, что ты моя мать, – бросаю резко. – До свидания, мама.
После всех сказанных гадостей все равно говорю с ней уважительно, но так учили. Дед всегда говорил почитать старших, и это вышло мне боком, я так и не смог встать против него. Не успел. За меня это сделал Азацкий, для Насти он теперь любимый отец и герой.
Перед сном набираю жену. Она еще не дома, и это бы меня раздражало, если бы я не послал туда своего человека. Оказывается, что Настя хорошо проводит время, я заставляю себя открыть видео с камер видеонаблюдения сразу, как только оно попадает на мой телефон.
После разговора с женой, в котором она умалчивает об Андрее, я набираю телефон человека, приставленного к Насте:
– Что за Андрей?
– Андрей Золотов, тридцать два года. Будут особые распоряжения?
– Нет, я разберусь сам. Она уже дома?
– Да. Ваша жена села в машину к Азацкому, с ним же вернулась домой несколько минут назад.
Мысленно чертыхнувшись, я сбрасываю звонок и говорю себе, что надо остаться. Нечего срываться в Петербург, утром у меня важная сделка.
Уже завтра я расскажу ей, что забывать обручальное кольцо дома – плохая идея.
Все, что мне не нравится – плохая идея.
Золотов – тоже.
Чуть позже меня набирает Шах, сухо извиняется за ту ночь, когда не успел помочь.
– Ты и не обязан был, – отвечаю ему. – У тебя у самого проблемы. Звони, как только помощь понадобится.
Утром все проходит гладко, и командировка завершается успешной сделкой. Прошлое не вконец растоптало мое имя, и Таганов соглашается, но взамен он хочет, чтобы попутно я двигался в направлении онлайн-бизнеса.
– Ты хочешь меня угробить, – заявляю ему. – Я же ни черта в этом не понимаю.
– Данияр, тебе сколько? Совесть имей, я старше тебя и то – разобрался. Только мне не названивай, – протягивает Таганов. – Ты должен сам изучить, как все устроено. Если не сможешь, деньги придется вернуть. Физический бизнес – давно в прошлом, Данияр. Будущее за технологиями.
После тридцати перестраиваться на это сложно, я понятия не имел, как руководить делами через экран монитора, а не через реальные переговоры и заключенные контракты, но сквозь зубы киваю и благодарю за веру в меня.
Чего там Настя хотела? Работать? Будет ей работа в компьютере. Будет мне помогать и под моим боком, а не рядом с какими-то Андреями.
Вернувшись в Петербург, пытаюсь сразу что-нибудь изучить, но в голове совсем другое сидит. Ее разговор с другим мужиком, например. Знаю, что завтра отпустит, и я буду изучать, как строить этот бизнес в сети, но сейчас, чем меньше времени до встречи с ней оставалось, тем больше я злился.
Можно было даже не присматривать на Настей – мне уже несколько человек доложили, что видели мою жену в обществе Золотова. Пусть и с отцом рядом, но, блядь, никто не позволял стоять на балконе в мужском пиджаке и позволять себя разглядывать.
Когда звоню ей, совладать с эмоциями не получается. Выходит жестко и равнодушно:
– Я приехал. Выходи.
Недолго помолчав, будто чувствуя, Настя спрашивает:
– Ты не зайдешь к Мире?
– Зайду под утро, когда верну тебя.
Выходит красивая. Привлекательная. И только моя. Но все это держу в себе, иначе не сдержусь в словах. Завожу автомобиль и плавно выдвигаюсь в задуманное место.
Настя спрашивает что-то изредка, интересуется моей командировкой и все ли у меня хорошо, но по ходу дороги она начинает обо всем догадываться. Была бы глупой, если бы не догадалась. Я почувствовал, как она напряглась. Тишина стала вязкой, почти тягучей.
Я даже слышал ее дыхание, когда затормозил знакомого ей здания в центре города.
– Зачем мы сюда приехали? – спрашивает едва слышно.
– Не догадываешься?
Качает головой отрицательно. Но молчит. Помогаю ей выйти из машины и веду ее внутрь. Чувствую, как ее ноги заплетаются, поэтому удерживаю за талию и не позволяю упасть. Она иногда поглядывает на меня с осторожностью, но в целом, кажется, все понимает.
На том проклятом балконе – точно понимает. Я отпускаю ее талию и позволяю отойти от меня на безопасное расстояние. Она так считает – что безопасное.
 
– Ничего не хочешь мне сказать?
Настя хватается за горло и отводит взгляд. Блядь, боится. Чтобы вернуть ее себе, не стоило ее сюда привозить. Но по-другому я объяснять не умел.
– Сейчас есть шанс, Насть, – произношу негромко. – Какого хрена?
– Данияр, это была деловая встреча, – набирается смелости жена. – Ко мне подошел знакомый отца. Мы поговорили. И все.
Настя тяжело дышит.
Напряжена дико и всячески пытается это скрыть.
Не так я представлял нашу встречу, но, если бы она знала, что творилось со мной прошлой ночью – вела себя точно бы также.
– Откуда ты знаешь? – сдается не сразу. – Ты следил за мной?
– Ты вроде бы мою фамилию носишь, – прищуриваюсь. – Думаешь, жену Багрова никто не знает? Какого хрена устроила, Насть? Ты думала, что к жене Данияра Багрова можно просто так проявлять интерес и никто не заметит?
– Данияр, я сказала ему о тебе и о дочери. И не знаю, в каком ты месте увидел симпатию, с моей стороны ее точно не было!
Ее глаза тоже сверкают от гнева. Не понравилась мнимая свобода. Хочет полную, но на такую мы нихуя не договаривались, дорогая.
– Ты, видимо, не понимаешь, Настя, – произношу слишком спокойно.
– Чего не понимаю?
– За кем ты замужем. И замужем ли вообще.
– Я не хотела ничего плохого. Мы просто говорили. Минут пять от силы, – начинает злиться.
А затем сдается.
Прижимает ладони к лицу, пряча за ним красивое лицо.
Она накрасилась. Для меня. Платье тоже для меня надела, а вечер в итоге в бездну катится.
Я оказываюсь рядом с ней в три шага. Прижимаю ее тело к себе, она сперва пугается, но затем привыкает и льнет в ответ. Я понимаю, как сильно скучал. Настя тоже.
– Ты – моя жена, – говорю ей тихо. – Так нельзя, Настя. У других, может, можно. Будучи моей женой – нельзя.
Настя кивает еле заметно. Не мирится, через себя идет, потому что понимает, что она заведомо проиграет. Я поднимаю ее голову, вынуждая посмотреть на себя. Ласкаю пальцем ее щеку, опускаюсь к шее и груди. Хочу позволить себе больше, но не здесь.
Я чуть оттесняю ее к перилам и прижимаю к себе за талию, заставляя почувствовать, как крепко по ней скучал.
И с удовлетворением замечаю, как ее зрачки постепенно расширяются, а дыхание становится совсем спутанным. Заканчивается, похоже, свобода. Сегодня ночью точно закончится.
– Поехали отсюда. У нас этой ночью обширная программа, я скучал.
  
Глава 35
 
Настя 
– Как наша дочь?
Наша.
Наша дочь.
Данияр умело разрушает стену между нами, воздвигнутую временем и ненастными событиями. Он виртуозно напоминает мне, что будет претендовать на Миру.
И ровным счетом собирается претендовать на меня тоже.
– Она славная. Я очень люблю ее, – отвечаю тихо, размышляя о своем.
– Могло быть иначе? – интересуется Дан.
Могло. Наверное.
Это звучит жутко, но в момент, когда Данияр поставил меня в известность, что я беременна от него, а не от другого человека, мой мир перевернулся.
Во мне поднялась ненависть к Дану.
Непринятие ситуации.
Полная отрешенность.
Во время схваток я собирала себя по кусочкам и не могла больше думать ни о чем. Я, как минимум, была не готова. Только когда мне сказали, что мое состояние повлияет на здоровье ребенка, я пришла в себя.
Данияр не хочет слышать мою правду, чтобы не злиться, поэтому меняет тему.
Очень резко, порывисто.
И сразу – в омут:
– Ты вкусно пахнешь.
Я поднимаю взгляд, попадая в плен темных глаз. Серые глаза Андрея и рядом не стояли. Сейчас я отчетливо это понимаю.
– Хочу тебя, Насть. Понимаешь?
Тягучий и цепкий взгляд впивается в мое тело, а рука мужа опускается на мое колено. Я задерживаю дыхание, хотя внутри безумно прошибает все импульсы и выглядеть равнодушно – больше не получается.