Первая Книга. Друзья и Враги. Демоны наших душ (СИ)
Тут дверь неожиданно без стука и без скрипа распахнулась, и на пороге появились две очень высокие, достающие до верхнего косяка двери, твари. Совершенно серые, можно сказать, блеклые, и на вид вызывающие оторопь и омерзение.
Ну, как тут удержаться? И Бер как бы ни пытался, его все же передернуло от их вида.
Легки на помине.
Харикаты — говорящие со смертью.
Всегда вместе. Всегда вдвоем. Он и Она. Странные, неприятные, удивительные и непонятные. Как и когда они появились у ре Косты, никто не знал, даже Бер, от чего казалось, что были они в тюрьме всегда.
А еще, несмотря на их мерзкий вид, про них постоянно забываешь. Вот Бер и забыл о них, как из головы вылетело. А если бы помнил, сделал бы, что сделал?
Совсем деньги разум замутили…
Одна из тварей, более худая, вошла в кабинет или даже вбежала, такие огромные были у нее шаги. Легко остановилась у стола…
И голос, и звук, ими издаваемый, кажется, был способен разорвать голову. Хотелось бежать, прятаться, выть, но лишь бы не слышать этого шипения:
— Ош-ш-шнуш-ш-шмеш-ш-шр, Хош-ш-шаш-ш-шиш-ш-н!(1)
— Он умер, — задумчиво проговорил ре Коста, даже не моргнувший на этот голос. — Ну, это даже к лучшему. Спасибо, Аргхартум! Ты хорошо поработал сегодня, можешь отдохнуть.
Тварь как-то угловато поклонилась, повернулась и, казалось, собиралась уйти.
Но тут Бер даже не понял этого мгновения; лицо твари или морда вдруг оказалась в каких-то сантимах от его лица так, что капитан дернулся и больно стукнулся затылком о высокую спинку стула.
А тварь, щелкнув зубами, очень жуткими на вид, сделала что-то вроде улыбки и прошипела, вонзая каждый звук в голову Бера:
— Ош-ш-шбш-ш-шеш-ш-шаш-ш-шнш-ш-шиш-ш-шеш-ш-ш(2), — и исчезла, как и не было.
Бер вздрогнул, дернулся, как будто по его телу пробежали сотни муравьев, даже крючок воротничка сдернул, чтобы дышалось легче.
— Вот! — зартан стукнул по столу ладонью. — Страшно? Это тебе за обман! Он и тебя достал!
— Зараза, — в сердцах проговорил Бер, вытирая пот со лба.
— Кстати, Марн, сколько тебе еще осталось собрать?
Вопрос со стороны странный, но Бер прекрасно знал, о чем он, и ответил:
— Сорок семь дукатов, без этой поездки. А если Фор отдаст долг, то сорок два.
— Думаешь, отдаст?
— Я был очень убедителен. Хотя Фор — это Фор, тот еще скряга…
Ре Коста понимающе кивнул, рукой полез в ларец, и на кучку денег, в которую превратились стопки от всех ударов его огромной ладони по столу, посыпались еще дукаты.
Бер насчитал двенадцать. К чему бы это?
— Как ты слышал, парнишка умер. Ты добился своего, он умер на моей территории, — протянул ладонь в сторону Бера, прерывая его попытку что-то сказать. — Не перебивай! И хоть это был и обман с твоей стороны, я тоже в каком-то смысле в ответе за него. За его последний путь. Поэтому я заплачу тебе двенад… — тут неожиданно из ладони зартана выпала еще одна монетка и звонко упала на остальные деньги. Ре Коста сморщился, шмыгнул носом, усмехнулся и продолжил: — Я заплачу тебе тринадцать дукатов, если ты отвезешь его тело, — и после небольшой паузы, — и еще троих ушедших на Северный огненный погост…
Бер хотел было что-то сказать, но его брови вдруг полезли вверх от удивления, и он сказал совсем другое:
— Подожди! У тебя мертвяки? — и мотнул головой.
— Ну, я же тебе говорил, что все когда-нибудь повторяется. У тебя, у меня.
— Да. И как-то все в один день…
— Ну да, — взгляды Ре Косты, как и Бера, мельком устремились на установленный в кабинете, в левом углу от входа, четверной крест, а рука правая сама совершила крестное знамение, — вчера прибыли новички из Мальвинора. Бойкие на вид, но глупые в душе. И решили, что они тут самые крутые. Местные старожилы с этим, конечно же, не согласились. Ну, в общем, слово за слово. Буча началась. Пока мои парни просыпались, будили меня, трое уже остывали, — развел руками. — Вот такие дела. И четыре трупа на погост.
— А как же твоя команда обеспечения? — Бер отказываться не собирался (хотя ехать на погост, на ночь, бр-р-р), но нужно было решить все вопросы.
— Им сейчас не до поездок. У Карта две натиры назад родилась дочь. Тебе это ничего не напоминает? А вчера были крестины, и я их всех и отпустил на Праздник. Кто ж знал, что вечером буча начнется. Так что, как я знаю, они не то что ехать, а встать из-за стола не могут! — улыбнулся, а в глазах сверкнули смешинки. — Впрочем, это и к лучшему. Некому будет шляться по городу и давать обещания, которые выполнить-то можно, но от глупостей не освобождает!
— И ты туда же!
— Я просто пытаюсь помочь другу.
— Хорошо, я отвезу тела, — и взглянул на часы. Уже почти половина одиннадцатого.
— Уже побежал, что ли? — зартан хмыкнул. — Не беспокойся, я уже дал команду. А пока там будут готовиться, нашу встречу стоит отметить! — и выдохнул в предвкушении.
И на столе появилось то, без чего еще ни разу не обходилась встреча Бера и Ре Косты, — непочатая, фимтовая бутыль первухи, два граненых стакана и тарелка соленых огурцов.
Бер закрыл глаза, сосредотачиваясь. Он был одним из немногих, кто мог пить этот гномий самогон и оставаться в здравом уме и на твердых ногах. Именно на почве питья, этой огненной воды, они и сошлись — трое друзей — ре Коста, Бер и Драг — сначала в трактире «Солнечная пьянка», обладая силой неимоверной; единственные, ну еще и орчи, могли друг с другом совладать и остановить — а потом закрепили дружбу учебой в Военном училище Внутреннего конвоя Аркета, не забывая, конечно, выпивать, когда было можно. Ну, и драки, конечно, совместные, и гауптвахты. Но дисциплину друзья все-таки чтили и на вылет никогда не попадали…
Ну, вот, можно сказать, и договорились. Конечно, ехать никуда не хотелось, но деньги есть деньги. Скорей бы это все закончилось, хоть отдохнет от глупостей своих…
— Давай за встречу! — отвлек его от мыслей голос Фаргона.
Бер взял стакан, выдохнул. Звонко чокнулись. Жидкость ушла в горло, обжигая его и сбивая дыхание. Тут же мгновенно за ней был разжеван огурец, охладивший тело, и рукав военной формы, в который носом уткнулся на несколько секунд…
О-о-о-ох!
Понеслось…
1) Он умер, Хозяин.
2) Обещание.
========== Обещание ==========
***
Прошлое как оно есть…
Узкие улочки Аркета знавали всякие времена: и величие, и запустение. Многие великие люди, и не только, прошлись по ним, а сколько простолюдинов! Так вообще не сосчитать.
Но сегодня, сейчас, они были во власти троих друзей. Троих товарищей и молодых офицеров Внутреннего конвоя, можно сказать, только-только вылупившихся из яиц образования и начинающих свой путь в этом прекраснейшем из миров. Утром состоялся выпуск, и два ромбика лейтенантов засияли на черных петлицах новенькой формы.
Впрочем, не только это погнало радостных друзей по барам, трактирам, кабакам и тавернам города. Но и еще одно событие, может, даже более важное, чем какой-то там выпуск. Ведь что такое служба? Всего лишь возможность заработать деньги и подняться по карьерной лестнице…
А ведь жизнь вокруг так и бурлит…
И так случилось, что один из друзей — Марн Бер — умудрился жениться на последнем курсе на красивейшей из девчонок, с которыми встречались друзья. Ну, вот выбрала Ольна Марна, без обид, и никакой ревности друзья по этому поводу не испытывали. Все правильно, Бер был самым успешным курсантом, и лицом вышел, и статью, и силой, и учебой. И так все ладно вышло, что за пару недель до выпуска Ольна родила дочурку — красавицу Стану.
Вот как раз вчера были крестины девочки. Тянули соломинки, чтобы определить, кто будет крестным, и выпала честь Фаргону ре Косте, человеку не просто гигантских размеров, а очень гигантских. И при этом из всех троих он являлся истинным благородным дворянином, хотя и текла в нем не только человеческая, но и орочья кровь.
Но отметить крестины решили на следующий вечер после выпуска.