Единое правление (ЛП)

— Смелая. Я с удовольствием вытрахаю из тебя всю твою смелость. Но не здесь. Пойдем поздороваемся с твоим мужем. Я хочу, чтобы он наблюдал за этим шоу, прежде чем я убью маленького итальянского ублюдка.
Я не могу побороть панику, которая охватывает меня. Я не знаю, как, черт возьми, я смогу это пережить. Я оглядываюсь по сторонам, и один взгляд на Анжелику немного успокаивает меня. Она совсем не волнуется. Наоборот, она выглядит… скучающей.
Ирландец ведет нас в здание. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, что к моей голове снова приставлен пистолет. Я, черт возьми, чувствую, как металл впивается в мой череп. В голове прокручиваются все приемы самообороны, которым меня когда-либо учил Брэй. Но достаточно ли я хороша, чтобы выполнить хоть один из них? Не знаю.
Мы входим в сырую комнату, и я оказываюсь лицом к лицу с Тео. Дикий взгляд в его глазах, когда он смотрит на нас, длится недолго, и на его лице появляется что-то другое. Узнавание. Он понял, что я не Холли. Хорошо это или нет? Будет ли он так же упорно бороться, чтобы помочь мне? О чем, черт возьми, я думаю? Он не может мне помочь… Он привязан к чертову стулу. Большой, крутой босс мафии, которым он должен быть.
Глава двадцать шестая
Холли
Как только машина останавливается перед домом, я врываюсь в двери, проклиная двух солдат, которые следуют за мной. У меня есть цель. Где-то здесь должно быть оружие. Я открываю и закрываю ящики в холле — ладно, скорее, захлопываю их. Я провожу руками по нижней стороне столов в холле и чувствую его. Маленький пистолет, прикрепленный к столешнице снизу. Я отстегиваю его и молюсь, чтобы он был заряжен.
Зачем хранить там пистолет, если он не заряжен? Потом я вспоминаю, что у нас в доме есть ребенок. Сколько еще оружия здесь спрятано? Что, если Иззи найдет его и поранится? Отбросив эту мысль на время, я направляю пистолет на двух солдат. К их чести, они даже не вздрогнули.
— Что за хрень здесь происходит? — Грозный голос Донателло заполняет тишину.
— Эти некомпетентные идиоты позволили похитить мою сестру и Анжелику и притащили меня домой вместо того, чтобы помочь найти их, — говорю я ему.
— Что? Кто, бл*дь, их похитил? Этот гребаный Клевер… Я с этого ирландского урода живьем шкуру спущу. — Донателло подносит телефон к уху, отдавая приказы на быстром итальянском, когда входит Брэй.
— Хол, где Райли. Что случилось?
— Она… она… Кто-то похитил ее, Брэй. Мы должны найти ее.
— Что значит «кто-то похитил ее»? — Его голос холодный и спокойный.
— Я вышла из кафе, а их уже не было. Все, что мы купили, лежало на земле, а их не было. Я просто зашла в туалет.
— Хол, где гараж? Мне нужны ключи.
— Куда ты собираешься?
— Поеду за своей гребаной женой и перережу глотки любому ублюдку, у которого хватило тупости дотронуться до нее, — тихо говорит он.
— Как ты это сделаешь? Мы даже не знаем, где она, Брэй.
Он показывает мне свой телефон с мигающим огоньком на карте.
— В ее кольце может быть маячок… Если ты скажешь ей, я буду отрицать это.
— Я с тобой. Поехали.
— Нет, ты останешься здесь. Поверь мне, Хол, я верну ее. Но я не возьму тебя с собой.
— Машины готовы, — добавляет Донателло. — Холли, мне нужно, чтобы ты осталась с Иззи, пожалуйста. Я обещаю, что позабочусь об этом.
Я не знаю, что делать. Я не согласна. Я хочу поехать с ними и найти свою сестру. И мне нужен Тео. Он знает, что нужно делать.
— Боже мой. У них и Ти тоже, да? — Все солдаты, которые теперь стоят вокруг, словно появившись из ниоткуда, обмениваются взглядами, но никто из них мне не отвечает. У этих придурков мой муж и моя сестра. — Донателло, пути им кровь. Много, — говорю я ему, а затем отправляюсь наверх, чтобы найти Иззи.
— Не волнуйся, я так и сделаю.
Я в оцепенении. Не знаю, что делать. Как бы мне ни хотелось пойти с ними, я знаю, что буду отвлекать. Я буду только мешать. Но оставаясь здесь, я чувствую себя бесполезной. Беспомощной. Что, если они не успеют? Что, если они заставили Райли снять украшения, и маячок никуда не приведет?
 
В голове крутится столько вопросов. Я сползаю на пол в коридоре. Подтянув колени к груди, я утыкаюсь в них головой и даю волю слезам. Мне все равно, кто увидит, как я плачу.
— Тетя Холли. Все будет хорошо. — Маленькие ручки Иззи обнимают и гладят меня по волосам. Я смотрю в ее невинные глаза.
— Прости меня, Иззи. Я в порядке. Я думаю, это просто ребенок. Беременность делает меня эмоциональной, ты же знаешь. — Я пытаюсь взять себя в руки.
— Дело не в этом. Я слышала, что nonno говорил по телефону. Кто-то забрал мою маму. И твою сестру. Дядя Ти и Нео тоже пропали. Но все будет хорошо. Nonno все исправит. Он всегда так делает, — говорит она, и это звучит так чертовски убедительно. Эта маленькая девочка слишком много повидала за свою короткую жизнь. Она должна играть в куклы, компьютерные игры. Вместо этого она утешает меня, прекрасно зная, что ее мать только что похитили.
— Мне очень жаль. Я должна была послушаться твоего дядю Ти и остаться в доме.
— Наверное. Но моя мама умеет драться. Никто ее не победит. Она и меня учит. Она говорит, что девочки должны знать, как защитить себя в нашем мире. Мы не можем полагаться на то, что мальчики всегда нас спасут.
— Ну, твоя мама очень умная женщина.
— Мы должны посмотреть фильм. Это поможет скоротать время. Я обычно так и делаю, когда жду чего-то.
— Звучит, как отличная идея. Пойдем устроим набег на закуски. А потом посмотрим фильм.
— В вашем новом доме есть кинозал, тетя Холли?
— Конечно, есть.
— Я думаю, в твоем новом доме должен быть бар с закусками. С мороженым.
— Отличная идея.
Мы с Иззи прижимаемся друг к другу и заедаем свои страхи. Я пытаюсь сосредоточиться на диснеевском фильме, который она выбрала, но не могу избавиться от ужаса — два самых важных для меня человека находятся в руках психопата. Мне нужно, чтобы с ними все было в порядке. Мне нужно, чтобы они вернулись.
Я пробую все успокаивающие техники, которым когда-либо учила своих студентов на уроках здоровья. Делаю глубокие вдохи. Я считаю вперед и назад. Вспоминаю счастливые моменты, но все они включают либо Райли, либо Тео. Это возвращает меня к вопросу о том, почему я вообще испытываю стресс. Прошел уже час. Наверняка они уже добрались до них. Почему, черт возьми, никто не позвонил?
Я все время проверяю телефон, жду, когда он зазвонит. Я бы даже согласилась на текстовое сообщение о том, что все в порядке и что они уже едут домой. Иззи протягивает руку и кладет мне на плечо. Это я должна успокаивать ее. Она сильная, а я просто слабое дерьмо.
— Как ты думаешь, моя мама и Нео поженятся? — спрашивает она… ни с того ни с сего.
— Я не уверена. Почему ты спрашиваешь?
— Ну, у мамы раньше не было парня. А Нео заставляет ее улыбаться. Так что он мне нравится.
— Он хороший.
— Думаю, я бы хотела, чтобы он стал моим папой. Если они поженятся, он будет моим отчимом. Но как ты думаешь, он позволит мне называть его папой?
— Я не уверена, Иззи, но я пристрелю его, если он не разрешит. — Я улыбаюсь.
— Ладно, договорились. Я спрошу его, когда он вернется домой, — говорит она. Будем надеяться, что он вернется домой, потому что я бы хотела увидеть выражение его лица, когда она спросит его. — Я сказала маме, что мы должны переехать в Америку.
— И что она ответила?
— Она сказала, что nonno будет слишком скучать по нам.
— Да, наверное, будет.
Через полчаса дверь в кинозал открывается, и входит вооруженный охранник.
— Мэм, подумал, что вам будет интересно узнать, что они уже на подъездной дороге.
— Спасибо. — Я беру Иззи за руку, и мы выходим в холл, как раз в тот момент, когда входные двери распахиваются и внутрь вваливается куча людей. Как только я вижу Райли и Брэя, я бегу к сестре. — О Боже, мне так жаль, Рай. Мне так жаль. — Я обнимаю ее так крепко, как только могу.