Тинг (СИ)

Да, девушка проснулась. Она уже вставала, недоуменно оглядываясь по сторонам — роскошный зал, бассейн и вид на изумрудно-серебряный сад должны были повергнуть девушку в полный шок. Ее глаза изумленно распахнулись, а затем зажглись неподдельной радостью:
— Сигурд? Сигурд!
Я обнял свою Восходящую. Осторожно, как фарфоровую статуэтку, боясь причинить вред своими новыми силами. Травинка прижалась, уткнулась в меня лицом, как доверчивый ребенок, которому требуется защита — и через мгновение послышались негромкие всхлипы.
— Расскажи, что случилось, — попросил я мягко. — Где Вероника? Что с остальными?
— Они… — всхлипнула девушка. — Они… Она… моя мама… навела сон… и Черную Траву… а потом…
— Что, Травинка? Успокойся, пожалуйста…
— Он убил их… — Травинка сжалась. — На моих глазах он… убивал их!
— Убивал? Кто?
— Марк! Это был Марк… и мама!
— Они все мертвы? — у меня внутри что-то оборвалось.
— Я не знаю, Сигурд! Я почти не видела… только слышала… Он убивал… кого-то они схватили и утащили в Домен…
— Успокойся, — я взял заплаканное лицо девушки в ладони. — Пожалуйста, вспомни. Покажи мне…
Мое «Ментальное Искусство» без труда позволило вступить в телепатическую синергию с Травинкой. Ощутив прикосновение моего разума, она доверчиво раскрылась навстречу — и я все увидел сам. Ту ужасную ночь, скользящие по парализованному телу колючие побеги, стоны умирающих и пламя последней схватки Динамита.
Теперь я знал.
Подтвержденных смертей — лишь одна: Динамит. Командиру копья каким-то образом удалось нейтрализовать яд, но он не справился с Мраком и Говорящей-с-Травами и, скорее всего, погиб. Остальные — под вопросом. Мрак не смог убить Веронику и Фьюри, хотя они были первоочередными целями — и не стал убивать остальных, чтобы не оставлять следов. Их пленили и забрали в Домен, как я и подозревал, — это означало, что шанс увидеть их еще оставался. Говорящая далеко не глупа — поняв, что с мисс Максвелл и Восходящей из Альфы не все так просто, она захочет докопаться до истины, а вот времени перед тингом у нее особо нет. Значит, пленники, вероятно, живы, убивать их бессмысленно.
— Они живы и мы их вытащим, Травинка. Обещаю.
Внутри разливался леденящий холод. Он был страшнее яростной жажды мести. Я их вытащу. А если нет, то отомщу. Зло должно быть наказано любой ценой…
— Как ты меня вытащил, Сигурд? — наш ментальный резонанс пошел на пользу, девушка наконец-то начала приходить в себя. — Где мы находимся?
— Это Домен, Травинка. Теперь это мой, вернее, это наш Домен.
— Домен? Наш? Но откуда? — изумленно переспросила девушка.
— Это долгая история… — вздохнул я.
На самом деле история с Доменом была готова давно. Я не мог раскрыть истину о себе и Белом Дьяволе, хотя очень этого хотел, — потому что это знание угрожало девушке смертью. После апгрейда Мышления стало предельно ясно, что вселенец просто включит в свои планы ликвидацию всех, кому я расскажу о нем — возможно, за исключением так называемых Истинных, но и они должны будут обзавестись некими «печатями сброса». Он способен уничтожить всю земную колонию, если это понадобится для сохранения тайны. Поэтому говорить правду нельзя, не говоря уже о том, что история с Азимандией могла вызвать огромное количество вопросов. Я мог сделать намного проще…
— Я не могу рассказать тебе всего, ибо дал Клятву, — произнес я. — Название этого Домена сказала мне твоя мать.
— Мама? Зачем?
— Потому что в нем пропал твой отец.
— Ты искал его?
— Не совсем так, Травинка. Но я не могу рассказать тебе всего, прости. Мне очень сильно помогли, но я дал Клятву, что никому не раскрою этой тайны.
— Сигурд, мне это не нравится… — настороженно протянула Травинка. — Кто тебе помог? Во что ты ввязался?
— Один очень могущественный Восходящий, — улыбнулся я. — Посмотри на меня, Травинка!
Девушка отстранилась и внимательно взглянула на меня, а затем повернула запястье, чтобы увидеть серебряную точку стигмата. И тихо ахнула:
— Как это возможно, Сигурд?
— Я нашел здесь много Рун, Травинка. Серебра… и Золота.
 
— Золота⁈ — девушка покрутила головой, похлопала себя по щекам, словно пытаясь развеять наваждение. — Я не понимаю… Я сплю под черным дурманом и ты мне снишься, Сигурд? Это все иллюзия, да?
— Пойдем, — я взял девушку за руку. — Твой сон еще не окончен…
— Подожди, Сигурд, — остановила меня Травинка и, впервые робко улыбнувшись, осторожно надела мне на шею Живой Лист. — Спасибо, что вылечил меня. Но дары нельзя возвращать, даже во сне…
Теперь, когда я был хозяином Домена, не требовалось разрешения Азимандии для перестройки знаков Переноса — и включить доступ в рунный конструкцион прямо из холла было делом двух секунд. Кел-леди держала свою лабораторию и мертвятник запечатанными, ибо в них содержались опасные существа, однако для нас с Травинкой дорога была открыта.
Ибо пришло время освободить отца моей невесты.
Девушка изумленно оглядывалась — изысканный кел-интерьер Серебряного Замка поражал невзыскательный взор, а когда мы перенеслись в конструкцион, чуть вскрикнула от пронизывающего непроницаемую темноту холода и прижалась ко мне. Я мысленно включил освещение — и рунная мастерская, окруженная кольцом Колонн Безвременья, предстала во всем своем мрачном великолепии.
— Сигурд, что это?
Ничего не говоря, я подвел ее к туманной колонне, где застыл Винсент Кассиди, жестом Восходящего открывающий Скрижаль. Травинка долго, почти минуту смотрела на него, а потом тихо спросила:
— Так это правда, ты нашел отца? Но что с ним? Ты можешь освободить его?
Вместо ответа я прикоснулся к основанию колонны, мыслеформой отключая поле Безвременья. И отступил на шаг — от освобожденного землянина можно было ждать чего угодно, ведь секунду назад он пытался противостоять кел-леди.
Вывалившийся из колонны Кассиди потерял равновесие, но тут же восстановил его, выпрямляясь в боевой стойке. Внушительный мужчина в расцвете сил, он производил впечатление умелого воина — недаром считался первым серебром и сильнейшим Восходящим Народа Земли десять лет назад! Движения Винсента были угрожающими — он явно не закончил старую схватку, и я крикнул, пытаясь закрыть собой Травинку:
— Стой! Мы не враги!
— Опять игры⁈ — выдохнул Кассиди, чьи глаза горели гневом и отчаянием. — Ты копалась в моей памяти? Подлая сука!
— Отец, это я, Травинка! — воскликнула девушка.
— Тварь… пытаешься взять меня иллюзией⁈ — закричал Винсент, бешено оглядываясь. — Где ты? Выходи!
Его Скрижаль была пуста, но Навыки работали, а еще у рикса имелся Аспект — вокруг его правой руки вспыхнул фантомный ореол, который сжался призрачным кулаком размером с мужскую голову, на глазах обретая каменную твердость. О знаменитом «ударе Кассиди» во фригольде ходили легенды, даже один из коктейлей в «Виски» был назван в его честь. Я приготовился отразить его, но Травинка неожиданно меня опередила, шагнув вперед и разведя беззащитные руки. Меня вдруг хлестнул резкий, обжигающий порыв ветра, а фигуру девушки обвил вихрь, превратив ее в смутный силуэт.
— Отец, это я, твой ветерок! Это твой подарок, пояс Трех Ветров! Ты что, не узнаешь меня? Сигурд, покажи Живой Лист!
Повинуясь, я вытащил из разреза комбинезона амулет и Винсент остановился, переводя взгляд с меня на Травинку. В нем появилась растерянность, затем недоумение. Да, его можно было понять — он оставил дома маленькую девочку, а теперь перед ним стояла красивая бронзовая Восходящая.
— Травинка? — переспросил Винсент, опуская руку. — Это правда ты, мой маленький ветерок?
Девушка шагнула к отцу и обняла, не обращая внимания на его ошеломленный вид.
— Конечно это я, папа, — Травинка вновь всхлипнула, но на этот раз это были слезы радости. — Неужели ты меня не узнал?
— Мой маленький вихрь… — пробормотал Винсент Кассиди с необычной теплотой, мягко отстраняясь, чтобы хорошенько рассмотреть девушку. — Ты так выросла… ведь я помню тебя только крохой. Это и правда ты, не иллюзия? Нет, я не верю… О буря, сколько лет?