Бисер (СИ)

— Рада? В самом деле?
Вот он, настоящий голос Матвея! Приятные мурашки стартанули по плечам.
— Конечно, рада! — моторчик новой тактики бурно работал. — Сколько хороводы нам можно водить? Мы же взрослые люди! Сама от себя в шоке! Как я только подумать могла… Совсем не важно, Матвей, что было! Ты ведь со мной согласен?
«Подставить меня хочет! — ухмыльнулся про себя молодой человек. — Вот, чертовка!»
— Ёла, ты, наверное, от мамы моей и от Светы знаешь о завтрашнем мероприятии в ресторане, — далее Матвей любезно сообщил название заведения, — так вот, приглашаю тебя на празднование моего дня рождения.
«Увильнул, котик!» — кратко оценила маневр собеседника Хмелевская.
— Прекрасная возможность встретиться! Непременно буду!
Ни одного градуса не скинула, тепло в словах всё той же температуры. «Что с тобой случилось, девочка?» — гадал молодой человек.
— Чудесно! — одобрил он, а потом произнес имя девушки, интонацией, подразумевающей собственное отношение к ней: — Ёла.
— Да, Матвей? — она невольно напряглась, предчувствуя что-то важное.
Секундная пауза.
— Я тоже рад тебя слышать.
Прямая линия тактики Хмелевской.
— Спокойной ночи! — словно во сне произнесла она.
А вот сейчас он услышал свою девочку! На его губах уверенная улыбка. Елагин отнял телефон от уха, ибо в динамике вторили гудки.
  
Глава 4. Глазами друг друга
 
Целую минуту Ёла провела в позе страуса, уткнувшись лицом в диванную подушку.
Никаких слёз, одни эмоции!
Тело стало затекать, и Хмелевская села, спустив ноги на ковер. Ловкими движениями она поправила взлохмаченные волосы и стала собираться с мыслями.
«Да, Матвей, выкинуть из головы тебя невозможно. В моей «тыкве», как оказалось, ты просто царь и бог! — на миг Ёла снова уткнулась в подушку, чтобы подавить вырвавшийся из груди рык отчаяния. — Одной-единственной фразой ты смёл все мои трёхлетние старания, забыть тебя. Собственно говоря, сейчас четко понимаю, в последние годы я лишь делала вид, что ты мне безразличен. Хотя это не так».
Ёла потянулась к журнальному столику, на котором покоился пульт. Одним нажатием пальчика она отменила домашний киносеанс.
«Я знаю, что будет! Я знаю, чего ты хочешь, Матвей! — мысленно она обращалась к своему заклятому оппоненту. — Ты хочешь игры, а я не дам тебе играть со мною, у тебя ничего не получится!»
Хмелевская понеслась в спальню. Оказавшись в уютной комнате, она по-хозяйски распахнула огромный платяной шкаф. Придирчивым взглядом прошлась по содержимому.
«Завтра никаких платьев! Никаких скрытых намеков! Никакого кокетства! Но выглядеть я буду сногсшибательно! Пусть видит, что я прекрасно себя чувствую! — девушка сняла с вешалки роскошный брючный костюм темно-синего цвета: брюки-дудочки, пиджак на одной пуговице. Топ к костюму Ёла подобрала классический, черный — с круглым вырезом, без рукавов. — Доспехи готовы! Завтра в салон. Нужно будет уложить волосы, подобрать клёвый мейк», — предвкушая победу, она цокнула языком и подмигнула своему отражению в зеркале платяного шкафа.
Ёла легла спать чуть за полночь. Надо выспаться.
Однако расслабиться после звонка Матвея не получалось.
И что в нём такого?
Высокий.
Так много высоких парней.
Астенического телосложения.
Да, но почему-то ему очень идет быть не качком!
И поступь у него от того бесшумная и грациозная.
Внешностью Матвей обладал запоминающейся. Лоб высокий, выпуклый, квадратный край линии волос. Брови черные, прямые. Губы средние, чётко очерчены. Нижняя губа ровная, прямая, сужается у самых краев, верхняя — поднимается к центру. Подбородок в меру выступающий.
Больше всего во внешности заклятого молодого человека Хмелевской нравился нос! Совершенно обычный нос, самой распространённой римской формы с характерным бугорком посередине, но Ёле он казался таким чувственным.
А вот глаза Матвея — это отдельная тема для разговора. Цвет глаз здесь не важен. Карие, как у многих людей на планете. Но то, как он ими смотрит, это что-то!
 
Сам по себе Елагин крайне скуп на жестикуляцию, на мимику. Ёла не помнила, чтобы он когда-нибудь краснел и проявлял свои эмоции экспрессивно. Состояние своей души, своего настроения Матвей выражал исключительно глазами.
Когда все хорошо и спокойно, то и карие глаза Елагина теплые, а взгляд пристальный, наблюдающий. А вот если у него появлялось желание донести до человека, чего он от него хочет или что он о нём думает, то достаточно было одного его пронзительного взгляда и потребности в словах не возникало. Вот чего боялась Ёла завтра — «особого» взгляда Елагина.
«Уже страшно. Не буду об этом думать», — с долей шутки заставляла себя успокоиться она.
Волосы у Матвея черные. Прически всю жизнь он носил разные. Обычно отдавал предпочтение стрижкам романтичным. По последней информации, полученной от лучшей подруги, и по совместительству его сестры, Ёла знала, что Матвей теперь чуть отрастил волосы и сейчас носит прическу с небольшой ниспадающей на лоб челкой и боковым пробором.
«Так выглядит очень элегантно, — про себя оценила Ёла, когда подруга засветила свежую фотку брата, — какая мне разница, как он выглядит! — принялась себя ругать Хмелевская. — Пусть хоть налысо пострижется!»
Что касается щетины, то здесь все зависело от желания Матвея, обычно лицо молодого человека было гладковыбритым, крайне редко он позволял себе не бриться.
«Да, Хмелевская, а ты, молодец! Поздравляю! Если Елагин вдруг пропадет, то никто лучше тебя не составит его фоторобот. Хотя, какой сейчас фоторобот? XXI век на дворе! И вообще спать пора», — ворчала на себя Ёла.
Она закрылась с головой бамбуковым одеялом, в надежде подавить темнотой мысли о «царе и боге» в её девичьей голове.
* * *
Удивить молодого человека Ёле удалось.
Мама строго-настрого «попросила» пригласить дочку друзей на его день рождения. А ведь она не знает, что они с Ёлой намеренно избегают общения друг с другом, потому что… Потому что, потому что! Это исключительно их дело!
Матвей не желал худшего сценария развития событий, поэтому прибегнул к простому выходу — позвонить поздно, когда девушка наверняка будет спать и, соответственно, не сможет ответить. Мама бы, разумеется, поохала, а позже натиск всё-таки ослабила.
Не вышло! Девочка трубку взяла. Да мало того, что взяла, ещё откуда-то нашла в себе силы по-человечески поговорить с ним.
А после разговора с Ёлой Матвею и вправду стало легче. Будто стена, разделяющая их, исчезла, и осталось только расстояние, которое он уже через несколько часов преодолеет.
Может быть, молодой человек и не предпринимал бы попыток избежать разговора с Ёлой и он позвонил бы днём, если б не фото и видео, которое прислала ему мама.
Научилась-таки Майя Сергеевна с некоторых пор скидывать файлы в мессенджер.
А мама у него хитрая оказалась! Под предлогом, что видео и фото предназначены исключительно для Лилианы Львовны, девушка охотно позировала и кокетничала на камеру телефона Елагиной старшей. Как он это понял? Ёла на коротком видео обращается к адресату:
— Мама, — очаровательная улыбка украсила миловидное личико, — мы тут печём! — девушка продемонстрировала на камеру заготовку для пирога и послала воздушный поцелуй. — Люблю тебя! Скучаю! Скорее бы показ прошёл! — она по-детски беззаботно помахала рукой в камеру.
После телефонной беседы Матвей посмотрел видео уже несколько раз, а до звонка — только один! С комом в горле. С воющей от боли совестью. Заключил сначала, что звонить не стоит. Лишь уважение к просьбе матери заставило нажать вызов Хмелевской на несколько гудков. А она взяла да ответила! Объявила об окончании холодных и отчужденных отношений.
 
В самом деле?
После разговора он принялся изучать фотографии. Мама отправила всего три.
На первой Ёла со Светой, позируют в обнимку, на второй Ёла с готовым пирогом. Вновь очаровательная улыбка на счастливом лице, а свободная рука девушки замерла в знаке победы. На третьей Хмелевская с Майей Сергеевной. Здесь Ёла ведет себя скромнее: деликатная улыбка, но по-прежнему горящие от счастья глаза. Матвей также обратил внимание, что мама на этом снимке выглядит особенно довольной.