Наследник империи 2 (СИ)

Повсюду висели новогодние украшения, и играла тихая ненавязчивая музыка, придавая праздничную атмосферу.
Поднявшись по второй лестнице и пройдя по коридору, Илларион Феликсович остановился у одной из больших массивных дверей.
— Ну вот, мы пришли, — произнёс он, зайдя внутрь. — Раньше эта комната принадлежала твоей маме и долгое время здесь никто не жил. Мы немного прибрались, в общем, теперь она твоя. Когда будешь в Новгороде, не обязательно ехать в свой замок, можешь всегда останавливаться здесь. Помни, мы всегда тебе рады.
— Спасибо, — кивнул я.
Комната оказалась столь же большой, как и в прошлом замке, но обставлена богаче.
— В шкафу твой сегодняшний парадный костюм и ещё кое-какая одежда на смену. Я сейчас пришлю к тебе служанку, чтобы помогла переодеться. Но сперва хочу кое-что с тобой обсудить.
Он слегка нахмурился, а голос стал тихим, так что я сразу понял — разговор предстоит серьёзный.
Я кивнул, сосредоточено уставившись на него.
— Речь пойдёт про семью Сметаниной.
При упоминании этой фамилии я слегка поморщился, испытав лёгкое покалывание в районе раны оставленной Еленой.
— Понимаю, упоминание их неприятно тебе, но не могу не рассказать. Ты наверняка уже знаешь, что за судьба ждёт их старшую дочь?
— Я слышал, что её отправили в королевскую тюрьму и дальше они займутся её делом.
— Именно так, — кивнул он. — И уже известно, что её приговорили к десяти годам заключения. Но, думаю, этим всё не ограничится. Но речь сейчас не о ней, а о её родственниках. Конечно, сразу после случившегося осенью, мы решили навести про них справки. И оказалась, что вся семья вдруг исчезла.
— Как это? — удивился я. — Чьё-то колдовство?
Мир конечно волшебный, но про исчезновения целых семей я ещё не слышал.
— Не думаю, — пожал плечами дядя. — Похоже, сразу после истории с их дочерью они собрали вещи и покинули наши земли.
— Не выдержали позора?
— Многие люди так и подумали, особенно после того как Елена оказалась в тюрьме, а история получила огласку. Но проведя своё расследование, мои люди пришли к иному выводу.
Он замолчал, и я внимательно взглянул на него, ожидая продолжение.
— Помнишь тот случай, когда ты оказался в запретном лесу?
Он ещё спрашивает. Такое разве забудешь? А для меня это вообще первый день в новом теле, а события, произошедшие с предыдущим хозяином этого тела, до сих пор иногда мне снятся в кошмарах.
— Я тебе этого не говорил, так как не имел чётких доказательств, но было предположение, что всё случившееся кто-то подстроил.
Точно, Ярослав про это упоминал.
— На лошадь было наложено особое заклинание, позволившее управлять ей на расстоянии. Все эти месяцы мы искали того, кто мог это сделать. Но все зацепки каждый раз обрывались. Пока мы не попали в дом Сметаниных. Оказалось, все эти годы они занимались тёмной магией, практикуя контроль сознания. И за всем случившимся с тобой так же стояли они.
Я изобразил удивление. Хотя на самом деле совершенно не знал эту семью. А если судить по их дочери, она вполне подходила под моё представление о тёмных магах.
— Но и это ещё не всё, — продолжил Илларион Феликсович. — Оказалось, эта семья все эти годы поддерживала связь с лжеимператором и, похоже, шпионила для него.
— Что ж, это объясняет, почему Елена все эти годы так меня ненавидела. А что с ними в итоге стало?
— Наши люди нашли их тела на границе с Российской империей. Судя по всему, они планировали сбежать туда, но не смогли пересечь барьер. Но лично я склоняюсь к другой версии: кто-то убил их, выставив всё как несчастный случай.
— Но зачем?
— Видимо, после провала Елены, они вызывали опасность. Мы ведь не знаем, что они могли знать и кто за ними стоял. А потому прошу тебя, мой мальчик, будь осторожен! Сторонники узурпатора могут быть повсюду. Помни, многим не понравились те новшества, что ввёл твой отец касательно магии и зверолюдей. А многие до сих пор не смирились с тем, что Единое королевство поддержало эти реформы, и сейчас они запросто могут перейти на сторону узурпатора. Или просто попытаться насолить тебе. Так что будь осторожен.
 
— Я учту это. Спасибо, Илларион Феликсович.
— Зови меня просто дядя. По крайней мере, когда мы одни. Я обещал твоей матери, что позабочусь о тебе, и обязательно сдержу слово, — он похлопал меня по плечу, после чего взглянул на часы и добавил. — Что ж, а теперь быстро переодеваться к ужину. София не простит меня, если мы опоздаем.
* * *
Едва я переоделся, как ко мне постучался Ярослав.
— Ну что, ты готов к празднику? — с улыбкой спросил кузен.
Я кивнул, и мы направились в банкетный зал.
Здесь украшений было больше всего. Даже сам интерьер выглядел как новогодняя декорация. С потолка сыпалось что-то белое, имитируя снег. Правда до пола оно не долетало, а когда я попытался поймать одну такую снежинку, она просто растворилась без следа, будто иллюзия.
А вот огромные колонны, подпирающие потолок, были настоящие, но сейчас они напоминали рождественские леденцы, красно-белого цвета, ещё и обмотанные веточками омелы. Также повсюду было много праздничных венков и светящихся растяжек, и гирлянд. Но главное — это огромная ель, возвышающаяся в конце зала и украшенная разнообразными игрушками и мишурой.
В принципе, всё эти украшения напоминали те, что было принято развешивать в моём старом мире, за исключением одного «но» — все они были наполнены магией, и не висели на ветках, а двигались, летали и кружили вокруг них. А некоторые взаимодействовали между собой, устраивая настоящие представления. Ещё и вокруг то и дело взрывались миниатюрные салюты и зажигались фейерверки.
Вид этого дерева так поразил меня, что я замер, и как заворожённый наблюдал за происходящим на его веках.
— Эй, — окликнул меня Ярослав. — Ты чего застыл? Будто впервые новогоднюю ёлку увидел.
По сути, так оно и было. В моём старом, казалось бы, продвинутом мире, я не видел ничего столь удивительного. Но признаться в этом я не мог, а потому просто отвернулся.
— Прости, что-то я задумался.
— Надеюсь, не о девчонках?
— С чего такие мысли?
— Да у тебя просто так глаза заблестели. Явно что-то хорошее вспомнил, — усмехнулся тот.
— Было бы ещё что вспоминать, — вздохнул я.
— А как же твой первый раз?
— Ты про ночь после моего совершеннолетия? Так я вообще ничего не помню. Даже не знаю, было ли там вообще хоть что-то. Может, я напился и вырубился. Зато отчётливо помню, как утром мне досталось от леди Виктории, и я лишился пары зубов.
— Да уж, так себе воспоминание. Берта тогда долго причитала, и даже просила Черницову быть помягче с тобой. Кстати, она сегодня тоже будет здесь.
— Кто? — удивился я. — Леди Виктория?
— Да нет же, Берта. Впрочем, учительницу тоже звали, — недовольно добавил кузен. — Но она отказалась.
По реакции кузена, я понял, что они всё ещё в ссоре.
— Ты так с ней и не поговорил про тот случай?
— Она как-то не горит желанием со мной общаться. Я пару раз честно пытался извиниться, но она и слушать не стала. Она теперь очень важной себя считает, мы ей не ровня. Общается только с учителями. В особенности с Хейгом, — недовольно пробубнил Ярослав.
— Правда? — удивился я. — Не замечал.
— Серьёзно? Да он же целыми днями вокруг неё вьётся. Или она вокруг него. Впрочем, мне как-то всё равно. Это их дело.
— Вот значит, как, — улыбнулся я. — Решил полностью переключиться на Веронику?
Лицо кузена залилось краской.
— Да нет. У нас с ней просто дружеские отношения, — смущённо произнёс он и тут же перевёл тему: — А что насчёт тебя?
— Ты про что?
— Ну, что у тебя с той девочкой-волчицей?
— Ты про Анни.
— А у тебя ещё одна есть?
— Мы с ней не более чем одноклассники, — уверенно произнёс я, но при мысли о ней сердце почему-то начало биться чаще.
— Мальчики, — позвала нас София Алексеевна, уже сидевшая с мужем за большим праздничным столом. — Вы чего там стоите? Давайте скорее, мы Вас ждём.