Торговец вольного города II (СИ)

— Над ним всегда Предок-покровитель, — кивнул Лешёв. — Дальше.
— И статья три точка один этого же закона. Мнение Предка-Покровителя имеет большую силу, чем мнение любого члена рода в вопросах определения патриарха, «патер фамилиас», то есть главы рода.
— Мнение, — перебил судья, — если светская власть в состоянии такое мнение зафиксировать. Не может же лично Скарабей явится и указать кто патриарх?
— Но именно об этом я и прошу суд, — невозмутимо заявил Филинов.
— Суд не всесилен, — сдержанно ответил Лещёв. — Во всех подобных случаях мы испрашивает явочную службу, которая у нас в республике занимается такими вопросами. Или магическую академию. К счастью для нас всех у нас есть в зале явочная служба. Итак, Дмитрий Иванович, ответчик заявил, что хочет поговорить с Предком-Покровителем в зале суда. Узнать его волю. Что скажете?
Филинов перевёл свой невозмутимый взгляд на чиновника явочной службы.
— Явочная служба способна обеспечить попытку связи с Предком… Само собой, если он сам захочет, Демид Фирсович, — ответил тот и по залу раздались удивлённые возгласы. Теперь я уже улыбнулся, смотря на нахмурившуюся Екатерину. Она ткнула Пашаева в бок и что-то сказала, но тот лишь развёл руками.
— То есть как, способна? — судья также удивился. — У вас как не спросишь, нет, не можем, нет артефактов, нет людей, бюджет скудный. Что, Кротовский вас облагодетельствовал?
— Ну, в некотором роде. Академия передала, и мы поставили на учёт, даже испытали, прибор для голографической связи с изнаночными сущностями, но и для Предка он годен.
Судья хмыкнул, быстро смекнув, что Филинов всё это прекрасно знал и не просто так заикнулся о подобном в своём ходатайстве.
— А вы сможете под протокол подтвердить, что это именно Скарабей?
— Смогу. Да вы и сами увидите. Ежели, конечно, он явится, — ответил мужчина.
— Конечно. Сколько вам нужно времени?
— Минуты три. Можно даже не прерываться, ваша честь. Разрешите в коридор выйти, к помощнику? За прибором?
Разумеется, ему разрешили, а как иначе? Когда тут такое творится. Зрители так же оживились в предвкушении предстоящего зрелища. Мне же стало так спокойно на душе! Всю нервозность будто ветром сдуло.
Помощник, молодой прыщавый парень, не без гордости внёс и поставил посреди зала нечто напоминающее большой пень, изготовленный из цельного куска листового металла со вставками из грубо обработанных крупных костей монстров Изнанки и множества макров. Выглядело не особо эстетично, но точно дорого.
Пашаев был зол, вертелся на своём стуле словно уж на сковородке, а в Филинова разве что лучи смерти не бросал. Ясно дело, его никто не предупредил о таком, да и вряд ли бы тот сразу поверил. Никогда ещё прежде самого Первопредка на всеобщее обозрение не вызывали.
— Стороны истца возражает, — не выдержав, подал голос Пашаев. — Мы не знали об этом ходатайстве. Нам надо подготовится.
— Отклоняется, Предок ждать не будет. Он либо явится, либо нет, — осадил его судья, не переставая заинтригованно следить за магическими манипуляциями явочной службы над прибором.
Вряд ли бы кто-то в принципе решил отказаться от такого опыта: увидеть самого Первопредка! Пусть не покровителя какого-то могущественного рода, но всё же. От таких вещей не отказываются.
Наконец, прибор был подготовлен и помощник кивнул своему начальнику. Тот повернулся к Екатерине Андреевне:
— Теперь ваша очередь, родственники.
— Наша? — та испуганно смотрела на него.
— Ну вы же члены клана? — нахмурился чиновник явочной службы. — Вы должны его призвать, это же ваш Предок?
Я тут же встал с торжественным видом и изрёк:
— Я Сергей Константинович Скарабейников взываю к своему предку-покровителю!
— Я, Екатерина Андреевна Скарабейникова, взываю к своему предку-покровителю, — Екатерина поспешила хоть как-то исправить ситуацию, но голос её звучал блёкло и неуверенно на моём фоне.
Я на такое лишь усмехнулся. Наверняка надеялась в случае чего заявить, что это именно по её зову явился бог.
— Зачем зовёте? — внезапно раздался голос и появилась светящаяся голова Скарабея. Вот просто так, без пафосных прелюдий, спецэффектов и прочего. Она казалась просто огромной на фоне присутствующих в зале людей. Те будто сжались в свои стулья и лавки, чтобы монстр их не заметил. Одна женщина даже взвизгнула, но кто-то моментально заткнул ей рот своей рукой. Возможно, муж, ещё и пригнул её голову пониже.
 
Но её голос дал начало цепной реакции и все разом загомонили, придя в себя. Пашаев причитал что-то запричитал, размахивая бумажками, Екатерина задрала голову и неверяще смотрела на подобие голограммы. Оно и неудивительно, вряд ли она вообще его хоть когда-нибудь видела, в отличии от Яны.
Кстати, о ней. С лица тут же сошло высокомерие и появилось раскаяние. Она даже начала просить прощения у Первопредка! Неужели наконец поняла, что это никакие не шутки и ей была оказана великая честь, от которой отказалась ради мнимой выгоды и любимой мамочки? Анна и правда оказалась не только скромнее, но и гораздо умнее своей сестры.
Но что меня действительно удивило больше всего, это реакция простолюдинов Оправившись от шока, те совсем обнаглели и начали засыпать Скарабея вопросами. На что вообще рассчитывали? Какое они имели к нему отношение?
— ТИХО! — голос судьи раскатом грома разнёсся по залу суда, ещё и кулаком ударил по столу. — Заткнулись все!
Народ притих, а Скарабей скосил на него взгляд, свободно и невесомо повернувшись в его сторону.
— Говорить будет этот… — судья ткнул пальцем в Филинова. Видимо, от переизбытка эмоций имя забыл.
В принципе, я был не удивлён. Сам, когда в первый раз увидел своего Покровителя, не испугался только потому, что принял происходящее за сон. А тут такое посреди дня, то есть утра, на виду у десятков людей.
Скарабей повернулся к моему адвокату и будто приблизился, намереваясь заглянуть в саму душу. Выглядело жутковато, я бы может и испугался, если бы не знал и не уважал своего Первопредка.
— Аркадий Ефимович Филинов, подопечный Филина, — поспешил представиться парень. — Выражаю почтение Предку Скарабею. Хочу спросить про Сергея Скарабейникова.
— Символично… что про него будешь спрашивать такой как ты, — хохотнул Скарабей. — Ну, чего хотел?
Реакция бога показалась мне странной. Он уже знал Аркадия, так как присматривал за мной, но сейчас будто что-то увидел в нём и это его позабавило.
— Уважаемый Скарабей, — взволнованно выдохнул Филинов. — Прежний глава рода Скарабейниковых, Константин, — умер. Прошу указать и назвать, кто является теперь наследником умершего и патриархом рода Скарабейниковых.
— Он, — Первпоредок незамедлительно материализовал и вытянул лапку в мою сторону. Я дане немного вперёд подался, склонив голову. Привык, что так он обычно меня одаривает. — Тот, кого называют Сергей… Сергей Константинович. Его я назначил патриархом, с тех пор он несёт эту ношу.
Потом внезапно Скарабей зачем-то опять повернулся к Аркадию и попросил передать привет Филину, после чего исчез также внезапно, как и появился. Просто раз и ничего, будто и не было.
Екатерина Андреевна тут же заголосила, что-то требуя. Смешная, будто она могла хоть что-то просить в принципе. Неодарённая, ещё и лишённая благосклонности. Вместо того, чтобы радоваться, что ей оставили не только дом, но и титул, она вознамерилась получить то, чего в принципе иметь не могла.
Даже Пашаев будто внезапно перестал дружить с головой и заявил, что «это ничего не значит». Глупец. Судья тут же наградил его тяжелым взглядом и тот заткнулся.
— Предок, в присутствии судьи, секретаря, сторон и граждан вольного города выразил свою волю, — заявил Лешёв в воцарившейся тишине. — Все вопросы, ответы и жест будут занесены в протокол дословно. Объявляется перерыв на сорок минут… Мне надо покурить. Дмитрий Иванович, я вас поздравляю, артефактный прибор у вас — моё почтение. Вы его далеко не убирайте, у нас тут есть пара судебных споров, где он очень пригодится. Уважил вас, конечно, Кротовский, что и говорить.