Поиск дорог (СИ)

Безмолвно опустилась ночь. Связала путников по рукам и ногам. Идти дальше по ровной снежной долине безо всяких ориентиров, еще и в темноте стало невозможно. Да и силы закончились.
— Ты сможешь разжечь здесь огонь, как в пещере? — спросил Янаур, снимая походный мешок.
— Я не фокусник, — зло огрызнулся Дим, — я только учусь.
Эардоре не стал отвечать на выпад. Молча достал спальный мешок и бросил на снег.
— Странное место, — все же нарушил он тишину. — Здесь все переполнено энергией, недоступной для хьярта. Не понимаю, как себя здесь вести. Она давит, затрудняет дыхание, бьется в грудь, но как ее использовать я не знаю.
Димостэнису этого не надо было объяснять. Он познал все «прелести» Мерзлых земель еще в свой первый поход на север. Нетронутая вселенная. Как в Фельсевере или в подземельях семейного поместья. Только там она была податливой и уязвимой. Здесь же словно все скованно нерушимыми цепями неприступности. Вечный саван для того, что уже никогда не сможет стать живым.
— Здесь царит мертвая энергия воды. В том состоянии, который мы привыкли называть льдом. Так же как застывшее царство огня в Мертвых пустынях на юге Астрэйелля. Или недвижимый воздух под самыми облаками. Природа таким образом защищается от тех, кого сама же создала, кто бездумно и ненасытно привык пользоваться ее дарами. Мало кто может подчинить себе здешнюю энергетику.
— Ты имеешь в виду таких как ты?
Дим покачал головой.
— Мне тоже сложно пробиться сквозь отчуждение.
— Те люди, которых мы ищем обладают такими способностями?
— Навряд ли. Те, кто нам нужны и твои старые знакомые тоже. Помнишь татуировку в виде разбитого пополам сердца и закрытые приюты?
Удивленное восклицание стало ему ответом. Собрав эмоции в твердый кулак, Димостэнис начал свой рассказ:
— Все началось с того, когда я сжигаемый жаждой знаний, полез в дом Дайонте, чтобы найти хоть что-то, что помогло бы Аурино в борьбе с Советом Пяти. Там-то я наткнулся на книги учета и узнал о приютах, даже не представляя ценности того, что случайно попалось мне на глаза. После чего случились два нападения: на штаб и мой дом. Так впервые появились люди, имеющие эти загадочные татуировки.
— Ты еще говорил, что они что-то искали у тебя.
— Дайонте натравил на меня весь Совет, сказав, что я взял эти книги из его дома. Потом было похищение Элени и нападение на меня на пустыре.
— И опять эти меченые, — в голосе Эардоре послышались нотки азарта.
— Долгие ары отцу служил один парень. Он был у него поверенным в делах, оруженосцем, помощником. Его звали Мрат. Это его вы сняли, когда он стоял над моим бесчувственным телом. Отец приставил его ко мне в качестве охраны.
— У него была татуировка, я помню. Поэтому мы тогда решили, что он один из убийц.
— Да, — тяжело вздохнул Димостэнис, — а когда вы сказали, что ваше расследование привело вас к дверям приюта, одного из тех, что упоминался в книгах учета Дайонте, я уже без сомнений начал связывать концы всех этих происшествий в единую путеводную нить. Свой немалый вклад в мое расследование внес Пантерри, когда рассказал мне об этих заведениях. Советник сказал, что они хранят тайны, которые могут полностью изменить сложившийся строй жизни в империи.
— Он раскрыл тебе секреты?
Иланди развел руками.
— Не успел. Его убили. Дальше началась война на севере, и я вынужден был прервать свое расследование. По крайней мере я так думал. Однако и там это настигло меня. Попав в плен к аборигенам, я узнал, что случившийся тридцать аров назад бунт на северных границах Астрэйелля подняли не они. Что однажды к ним пришли люди и обещали дать им свободу, а самое главное вернуть земли, отнятые у них, в обмен на их помощь.
— Неужели это были все те же меченные? — удивленно воскликнул Янаур. — Уже тогда?
— Я думаю, они появились еще раньше, только у них все равно не было шансов против объединенной армии императора. Мятеж был жестоко подавлен, а нарушивших мир Астрэйелля уничтожили. Так по крайней мере эту историю знают подданные его величества. Однако это не так. Лауренте Иланди сохранил жизнь людям севера, которые не поддались влиянию бунтарей и оставил их в Мерзлых землях. Они — стражи. Они охраняют людей с татуировками.
 
Эардоре тихо присвистнул.
— Оказавшись на севере в должности наместника, я снова занялся расследованием по делу этих приютов. Один из них как раз находился на окраине Рогдара. Однако я совершил роковую ошибку и после моего визита учреждение было уничтожено, сожжено вместе с надсмотрщиками и детьми, которые в нем содержались.
— Неплохая история.
— На выходе же мы имеем: тайную, неуловимую организацию, члены которой сильные одаренные, к тому же владеющие боевыми навыками закрытых классов Великих Домов и Совет Пяти, который готов убить любого, кто посягнет на их тайну. Возможно, они втянули в свои опасные игры и императора. Правда, точными сведениями на этот счет я не располагаю.
— Если это так, то все усложнится в десятки раз.
— Теперь-то ты понимаешь, почему мне так надо было попасть сюда? Я должен узнать, что это за приюты, кто там воспитывается, как они туда попадают и зачем это вообще надо. Сейчас я уже не сомневаюсь, что Пантерри не лгал мне, когда сказал, что тайны, скрытые там изменят наш мир.
— Судя по твоему рассказу, уж кому как не ему было это знать.
Выговорившись, Димостэнис завернулся в спальный мешок и отвернулся от собеседника.
— Спасибо, — серьезно произнес Янаур за его спиной, — когда знаешь ради чего рискуешь головой, становится легче идти к цели.
— Это моя часть сделки, — сухо ответил Дим, — ты выполнил свою — помог мне добраться до Мерзлых земель. Я выполняю свою.
11Лайяны — существа, живущие на глубине морей, подпитываются водной стихией.
  
Часть 16 (Главы 37–38)
 
Глава 37
— Интересно, здесь когда-нибудь что-нибудь меняется? — простонал Янаур, когда на следующее утро взглядам путников предстала все та же сверкающая белоснежная равнина.
— Ты чего ожидал? Что откроешь глаза, и здесь цветы будут расти? — не удержался от колкости Димостэнис.
— Или у тебя настроение изменится. Может чуть теплее стало бы.
— Оно у меня все разное. Ты просто не замечаешь.
Эардоре фыркнул.
— Чередуется — плохое с отвратительным.
— На компанию из двух человек достаточно и одного шута. Впрочем, что по мне так даже это перебор.
— Все кажется гораздо хуже, чем оно на самом деле есть, когда ты не в настроении. Поддерживаю в себе оптимизм.
Дим натянул шарф на лицо и пошел вперед.
Мороз крепчал, и казалось, что сегодня еще холоднее, чем вчера. Однако в первые утренние сэты путники шли довольно бодро. Талла стояла высоко в небе и, хотелось думать, что под ее серебристыми лучами становится немного теплей. По крайней мере, ее свет помогал не сбиться с заданного курса и это было самое главное в этом белоснежном однообразии.
К обеду идти стало сложнее. Поднялся ветер. Решили сделать небольшой привал, перекусить и набраться сил. С неба начал падать снег. Чуть отдохнув путники продолжили свой путь. Однако идти стало еще тяжелее. Усилилась метель. И белые хлопья теперь падали не только с неба, но поднимались с земли, кружились в воздухе, били в лицо, хлестко ударяя по самым незащищенным местам.
Дим почувствовал небольшой всплеск силы и повернул голову к своему спутнику. Вокруг Янаура едва заметно переливался защитный контур. Димостэнис такого себе позволить не мог. Еще в самом начале пути он сделал выбор. Закрыл хьярт и использовал только свое серебро, если это было надо. Однако сейчас уже и сам не знал, правильно ли он поступает. Возможно аура хоть немного защищала бы его от проявлений разгулявшейся непогоды. Ноги с трудом преодолевали каждый следующий ер и хотелось только одного: упасть на сверкающее покрывало и забыться в его мягком манящем плену.