Одержим тобой (СИ)

Желание натягивало нервы и плотную джинсовую ткань в районе паха, напоминая, что неплохо было бы попробовать настолько ли девчонка смелая в постели, как в общении с незнакомцами. Ведь виртуозному язычку можно найти более приятное применение.
Сказки закончились, когда я привёз её не домой и даже не к себе в холостяцкую обитель, на что, вероятнее всего, она рассчитывала, а в закрытый клуб. Правило "не таскать к себе однодневные увлечения" работало всегда. Покружив по городу, так и не найдя места для уединения, я повез Лялю в проверенное заведение.
Здесь редко бывали чужие, почти никогда не было пьяных разборок, а атмосфера чего-то уединенного, скрытого от лишних глаз всегда подкупала. Сняв достойную для хорошего вечера, всегда можно прийти с ней в "Линч", если же, конечно, твоя персона есть в списках.
Моя есть. Как популярный трек на самой высшей строчке чарта, а Ляля сегодня, как приглашенная звезда.
И хотя маленькая заноза всю дорогу крепко жалась ко мне, да и ладошкой проверяла мою готовность в районе ширинки, сейчас она нервно меняла тактику.
Ботан оказался слишком непредсказуем, обезбашен в классическом понимании умного очкарика. Тогда-то Ляля решила сбежать обратно под юбку мамы.
Нет уж! Игра только началась, а играть мы будем обязательно на моих условиях.
— Куда собралась, Мальвина? — процедил сквозь зубы, притянув беглянку ближе.
— Подальше от твоего сучка, Буратино, — быстро нашлась с ответом она, но не лишила себя удовольствия кинуть беглый взгляд на оттопыренную ширинку.
— Я не отпускал.
От такого холодного тона поплохело бы даже мне. Но Ляля испепеляюще зыркнула, выдержав ответный взгляд, не отводя глаз, густо подведенных чёрным карандашом.
— Я сама себя отпустила, — зло фыркнула она, попытавшись отвоевать рукав тонкой ветровки.
Но вышло лишь приспустить его с плеча, обнажив тонкую руку.
Ляля поежилась, но уже, скорее всего, не от страха, а от холода. От промозглого ветра, что забирался под одежду не по сезону. От моросящего дождя, что увлажнял кожу едва заметными каплями.
— Держи, — стянул с себя кожанку и небрежно накинул на поникшие плечи, чем вызвал недоверчивое удивление.
— Обойдусь.
Снова взбрыкнула девчонка, а я всерьёз задумался над выгодой от данного урока. Как бы не откусила мне чего в порыве страсти или из вредности.
— Маме будешь своей перечить, мелкая, — она слегка напрягалась, вцепившись с остервенением в ворот куртки, будто я ляпнул что-то болезненное. — А теперь скажи большое спасибо за заботу и пошли внутрь.
Проигнорировал слабые возражения застегнул лишь верхние кнопки, так для вида, а не тепла.
До лёгкого девичьего вскрика стиснул ладонь Ляли, потащив её за собой ко входу в "Линч". Охрана беспрепятственно впустила нас в клуб, даже несмотря на то, что до открытия оставалось несколько часов. И хотя их мы провели в удручающем молчании, с приходом новых участников наша компания оживилась.
Ляля правда за всё проведённое время дислокацию не поменяла. Сидела поодаль, в углу комнаты, боязливо вжимаясь в высокую спинку кресла. И хотя всем видом и гордо вздернутым подбородком она старалась показать себя невозмутимо бесстрашной, некоторые моментики выдавали её нервозность.
Яркая помада была давно съедена ею, а пухловатые губы искусаны. Короткие ноготки, выкрашенные в чёрный тон точь-в-точь со всем нарядом, нервно впивались в мягкий велюр обивки на подлокотнике.
Мандраж, клокочущая истерика, засели глубоко в радужке глаз.
Такой тихой она нравилась мне больше, но задевать за живое, тянуть за нужные ниточки оказалось сродни кайфу.
Я медленно подошёл к Ляле, заметив, как она следит за мной краем глаза. Не выпускала из поля зрения, но и в открытую не пялилась. Она, лишь затаив дыхания, ждала моих действий. Более напряжённо подметила, как я небрежно скинул её руку с подлокотника, как примостился рядом.
— Пошли, — двумя пальцами приподнял подбородок, развернув к себе ошарашенное лицо Ляли. — Шары покатаешь!
— Ты озабоченный урод, — вспыхнули её щеки, а брови обвиняюще взметнулись вверх.
 
— Я в тебе не ошибся, твоя распущенность не знает границ. Я звал тебя сыграть в бильярд, но… — взятая мной пауза, бодрила нас обоих. — Твой вариант мне нравится больше.
Ляля дернулась раньше, чем я успел водрузить маленькую ладошку на те самые шары, которое по её разумению я предложил покатать.
— Не буду с тобой ни во что играть.
— Будешь, — спокойно парировал я. — В бильярд на желание, или в карты на деньги?! Выбирай.
  
6. Артём
 
Тень сомнения в принятом решении всё-таки пролегла на лице Ляльки, нахмурив брови.
— Давай, — я протянул шот, но ответной реакции не последовало. Принимать алкогольный напиток из моих рук она не спешила, несмотря на то, что волнение вызывало заметную дрожь в пальцах. Наверное, для неё сейчас я выступал в роли змея искусителя, который предлагал запретный плод. — Тут обязательно надо выпить, — безуспешно повторил попытку ещё раз. — Иначе будет казаться, что все на тебя пялятся.
Медленно и показательно обвел взглядом зал. Посетителей прибавилось, но до нас им не было никакого дела. Даже эпатажная внешность моей спутницы не привлекала внимания.
— Раздавай, — оглушительным шлепком припечатала ладонью, ставя ставку. — Я потом за победу выпью.
У меня получилось лишь хмыкнуть, прежде чем накрыть пятьсот рублей своей купюрой. Девчонка самоуверенно следила за раздачей карт, предвкушая победу. Не исключено, что она везунчик и ей повезёт. Мне даже жаль не будет, денег не будет жаль, а вот упустить Ляльку, с которой могу стребовать всякие бонусы — будет обидно.
Опрокинул шот с текилой, машинально слизнул кончиком языка крупинки соли с губ. Обратив на себя слишком пристальное внимание Ляли.
Я очень хорошо чувствовал, что тоже умел эпатировать. В тусклом свете помещения различил вспыхнувший девичий румянец.
— Правила надо напомнить? — склонил голову набок, всматриваясь в глаза напротив. Из-за цветных линз трудно просматривалась естественная реакция зрачка. Понять насколько он увеличен было невозможно, а это значительно ухудшало моё положение. Считать таким образом волнение и страх проблематично, придётся лучше вглядываться в мимику. Подмечать что-то незначительное, улавливать вибрации либо предвкушающего ликования, либо досадливого разочарования от игры.
— Не утруждайся. Сека не шахматная партия, — процедила сквозь зубы, впиваясь раздраженный взглядом, изображая карточного знатока.
— Как скажешь, детка!
Ляля приподняла карты, расположив их на уровне своих глаз. Долго разглядывая и размышляя, она не спешила — ни пасовать, ни кидать проходную сумму. Я не торопил. Изучал, прищурившись подмечая даже малейшие изменения.
Девчонка держалась на уровне. И хотя меня начали одолевать сомнения, бросать затею я был не намерен.
— Я в игре.
Она положила свои карты обратно на стол, добавила "проход" и деланно насмешливо пожала плечами.
Просечь хоть что-то по выражению её лица не вышло, но понять, что крашенная устремила заинтересованный взгляд на меня, я решил не палить карты.
Слегка приподнял их уголок, так, чтобы мне одному были видны масть и достоинства картинок. Реши я рассмотреть их ближе, была бы велика вероятность светануть карты в отражении очков.
— Поддержу.
Ляля заломила бровь, я же отзеркалил её жест, чем вновь обратил её внимание. Она не сводила глаз с моего пирсинга, пялясь в открытую, рассматривая с жадностью, подпитывая эго, которое не сомневалось в своей сексуальности.
 
— Удивлена? Или любуешься впрок?
Отведя наконец-таки взгляд, она полезла в карман рюкзака.
— Повышаю.
— Вскрываемся?! — сделав ставку, предложил я.
Прежде чем вскрыть карты, она нервно схватила полный шот. Зажмурившись, выпила его залпом. Стёрла тыльной стороной ладони налипшую соль с губ и перевернула свои карты.