На поводу у сердца (СИ)

— Ой, Марк, а что произошло с твоей квартирой? — от мыслей о неминуемой мести меня отвлекает вопрос Эми, которая лишь сейчас замечает устроенный в доме разгром.
— Да, ничего, такое случается каждый раз, когда я приглашаю к себе друзей из универа. Ты же знаешь, какие парни бывают буйные, когда выпьют. Вот и вчера они немного вышли из-под контроля, но ты не переживай, детка, скоро должен приехать работник из клининг-компании и всё здесь убрать. Пара часов — и квартира вновь будет сверкать, как новенькая, — заявляет Марк, бросая на меня короткий выразительный взгляд. — И потому предлагаю куда-нибудь пойти прогуляться, пока будет проходить уборка. Что скажешь, Эми?
— Конечно! С превеликим удовольствием. Мы и так последние дни не могли встретиться из-за твоих дел с отцом, поэтому я специально вчера со всей учёбой справилась, чтобы родители позволили мне провести все выходные с тобой!
— Вот и отлично! Тогда я быстро в душ — и пойдём! — он чмокает её в губы и выходит из комнаты, оставляя нас вдвоём.
— Ники, боже мой, какая же я глупая! Марку сказала спасибо, а тебе нет, — тут же спохватывается Эми, налетая на меня с объятиями.
— За что?
И правда, за что? За то, что я самая мерзкая подруга на всём белом свете?
— Ну как за что? Тебе же тоже должно было быть очень трудно согласиться на примирение с ним. Но вы это сделали, и я не могу нарадоваться этой замечательной новости. Два любимых мной человека больше не будут воевать. О чём ещё я могу мечтать? Вы лучшие!
— Ну всё не так просто, Эми. Ты же и сама должна понимать, что за один день это произойти не может, — выдаю очередную ложь со слабой улыбкой. Нашему перемирию никогда не бывать!
— Неважно! Самое главное, что первый шаг сделан, а он обычно самый сложный, поэтому спасибо тебе огромное! — она отпускает меня из объятий и начинает скользить взглядом по моему летнему жёлтому платью. — Ты такая красивая, Ники, неужели наконец решилась отбросить в сторону свой спасательный камуфляж?
— Спасательный камуфляж?
— Конечно! А как это ещё можно было назвать? Знаю, в Энглвуде небезопасно, но я имела честь наблюдать тебя в гневе и поэтому с уверенностью могу сказать: кого и следует опасаться на улицах твоего района, так это тебя. Ни у одного бандита просто нет никаких шансов, — смеётся она, явно вспоминая моё нападение на Марка в баре. — И я очень рада, что ты сама наконец поняла, что в невзрачной одежде давным-давно нет никакой необходимости. Ты такая хорошенькая. Тебе очень идут эти перемены, — искренне произносит она, аккуратно убирая мою прядь волос за ухо.
— Да, наверное… Спасибо за комплимент, — смущённо опускаю ресницы я, сжимая руку подруги. Возможно, изменения во внешнем виде были и не такой уж плохой идеей, как мне показалось в начале, но решению внутреннего балагана новая одежда никак не помогла. И не знаю, что вообще поможет.
— Что-то случилось, Ники? — с присущей ей проницательностью интересуется Эми. — Ты устало выглядишь. Опять набрала лишних смен в клубе?
— К сожалению, пришлось, — тяжело выдыхаю я, морально готовясь к неприятному разговору. — Нас грозятся выселить из дома, Эми.
— Что?! Как?! Но почему?!
— Потому что арендодатель больше не хочет заниматься благотворительностью. Если я не верну ему всю сумму долга до конца месяца, мы окажемся на улице.
— Ужас! Как же он может так поступить с вами? — её искреннее недоумение о людской жестокости заставляет меня горько усмехнуться и про себя проклясть того, кто на самом деле во всём виноват.
— Это его квартира, поэтому он может поступать так, как считает нужным.
— Но этого нельзя допустить. Это же ваш дом. Сколько вы ему задолжали?
— Почти десять тысяч.
— Ого! Немало. А сколько у тебя есть?
— Если выгодно продам музыкальный центр и буду работать без выходных, каждую ночь выкладываясь по полной, то к концу месяца соберу от силы половину.
— Вот же чёрт, Ники! Ты же себя угробишь, работая в таком ритме, — обеспокоенно бормочет подруга.
 
— Да, дело дрянь, но ничего не поделать, нужно будет как-то выдержать это, — констатирую я и, захлёбываясь в вязкой трясине своего предательства, намереваюсь попросить у неё денег, но не успеваю даже слова сказать, как Эми вконец разрывает мне сердце своей отзывчивостью.
— Нет! Даже не смей больше думать о дополнительных сменах. Я дам тебе необходимую сумму.
— Дашь? — коротко выдыхаю.
— Ну конечно, Ники, как же я могу не помочь тебе в такой ситуации? Мне даже у родителей просить не придётся, я дам тебе из своих сбережений.
— Эми… — мой голос хрипнет от переполняющей меня благодарности. — Ты не представляешь, что для меня значит твоя помощь, не представляешь… я не знаю, как отблагодарить тебя, — прижимаю подругу к себе, утыкаясь в её плечо носом. Не только чтобы выразить свою безмерную признательность через цепкие объятия, но и потому, что смотреть в её глаза добродушные мне совесть не позволяет.
— Ну ты чего? Мы же подруги, а друзья всегда должны помогать друг другу. Не так ли? — даже не видя лица Эми, чувствую улыбку на её губах, пока она утешительно поглаживает мне спину.
— Да, конечно, — грустно соглашаюсь. — Но я отдам тебе всё до последней копейки и сделаю это по возможности быстрее. Обещаю.
— Не переживай об этом. И не нужно никакой спешки. Как появится возможность, так и отдашь. Главное, чтобы вас не выгнали из дома. Остальное неважно.
— Спасибо тебе, спасибо! Ты такое чудо. Я тебя не заслуживаю, — неосознанно вырывается из меня откровение.
— Ещё чего придумала? — фыркает Эми и щёлкает мне по носу. — Это ты самая чудесная подруга из всех возможных. Одно твоё желание наладить отношения с Марком ради меня чего стоит. Так что прекрати нести глупости и пообещай мне лучше не загонять себя так сильно на работе. Ты же нисколько не щадишь себя, Ники, а так нельзя. Хоть иногда думай о своем здоровье, пожалуйста, — с заботой просит она и тут же отвлекается на хрипловатый голос Марка, которому потребовалось совсем немного времени, чтобы привести себя в свой вечно сияющий и благоухающий вид.
— Ну что, красавица, готова к новым приключениям? — пропевает Марк, подходя к Эмилии вплотную.
А дальше я совершенно не слышу, о чём они говорят, всецело абстрагируясь от их сладких воркований, дабы избежать выворачивания своего желудка наизнанку от цинизма Марка, влюблённой наивности Эми и ядовитой горечи своей собственной лжи. Лишь когда мы выходим на улицу и останавливаемся возле подъезда, до моего слуха доходит радостный голос Эмилии:
— Ты пойдёшь с нами, Ники? Погуляем по парку, сходим куда-нибудь перекусить. Посмотри, какая погода прекрасная! В этом году лето решило порадовать нас уже в мае.
— Да, Никс, присоединяйся, нам же нужно с чего-то начинать наш путь к миролюбивому общению, — радушно произносит Марк, добавляя себе ещё несколько очков в глазах Эмилии. А затем обнимает её сзади и движением головы указывает мне на свою квартиру, напоминая о хаосе, которой ждет меня не дождется.
— Нет, спасибо, давайте в другой раз. Сегодня у меня ещё есть кое-какие неотложные дела, — отвечаю я, едва сдерживаясь, чтобы не скорчить в ответ Марку какую-нибудь рожу.
— Уверена, что неотложные? Я бы всё на свете отодвинул в сторону, лишь бы быстрее начать предпринимать попытки найти с тобой общий язык, — он коротко целует Эми в макушку и прижимается к ней ближе, заставляя её засиять ещё сильнее, пока мне показывает пошлые движения языком между указательным и средним пальцами, мгновенно взрывая во мне пороховые бочки злости.
 
— Я же сказала, что сегодня не могу! — грубо вскрикиваю я, кусая свой язык до крови, чтобы не добавить порцию отборного мата.
— Хорошо, Ники, не злись. Марк же просто интересуется, — вступается за своего любимого Эми. — Но если сегодня ты не можешь — ничего страшного. Мы обязательно сходим куда-нибудь все вместе в другой день. И обязательно загляни ко мне в гости, когда сможешь. Я дам тебе то, о чём мы договорились, — на ушко добавляет подруга, обнимая меня на прощание, и тут же переплетает пальцы с Марком, который не перестает улыбаться, как олимпийский призёр.