Опекун. Она не для меня (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На глазах Инги выступили слезы, говорила она, а внутри все переворачивалось у меня, не поддайся я тому порыву и не забери ее из больницы, что бы с ней было дальше?
— В общем сбежать у меня не получалось, Андрей появлялся в нашем доме все чаще, доставалось мне от него все сильнее. Я не собиралась ничего с собой делать, но мне нужно было хоть что-то придумать, и я придумала, — ненадолго Инга остановилась, стирая с глаз выступившие слезы, — инсценировать попытку самоубийства мне показалось неплохой идеей, в таких случаях ведь направляют на принудительное лечение и..
— Ты решила загреметь в психушку? — перебил ее я.
— Лучше психушка, чем… — Инга замолчала и посмотрела на меня, — там у меня было бы время подумать, план мой, правда, провалился в дребезги, потому что даже тогда все на это закрыли глаза, Андрей постарался.
— А лицо и шея? — с трудом выговорил я, думать о том, что бедная девочка сделала это с собой, чтобы ей наконец помогли не хотелось.
— Моя выходка не осталась безнаказанной, — тихо прошептала Инга, опустив глаза, — Андрей тогда сильно избил меня, даже не стараясь не оставлять следов, я защититься пыталась, разбила бутылку и пригрозила, что убью его, но куда мне, с моими габаритами, бутылку он у меня отнял, а потом ей же порезал мне лицо, приговаривая, что раз уж мне так нравятся шрамы, он мне их добавит и такая я никому, кроме него нужна не буду. После того случая я долго приходила в себя, меня в больницу привезли с переломанными ребрами, черепно-мозговой и глубокими порезами на лице, а результат тот же — с лестницы упала. Когда мне стало лучше и меня перевели в общую палату, меня соседка пришла навестить, у нее дочь одного возраста со мной, в общем она мне тогда помогла организовать последний побег, прямо из больницы, принесла мне кое-какие вещи и дала денег на первое время. И я решила рискнуть, уйти незамеченной из больницы у меня получилось, искали меня тогда дольше, но деньги заканчивались, да и оставаться в городе я не могла, мне нужно было уехать, соваться на вокзал я не могла, единственным выходом был автостоп, тогда-то меня на выезде из города и поймали, водителя, что согласился меня подвезти, пристрелили у меня на глазах, а меня отвезли к Андрею, в какой-то загородный дом. Вольский тогда совсем с катушек слетел, я мало что помню, помню, как он меня за волосы схватил и потащил в дом, помню огонь, боль адскую, помню, как кричала, а потом темнота. Очнулась я потом в каком-то сыром подвале с повязкой на шее, тогда я и перестала говорить. Периодически ко мне приходил какой-то доктор, менял повязку, а потом меня вернули домой. Андрей пригрозил, что в следующий раз будет еще хуже.
Я слушал ее и еле сдерживался, я убью его, найду эту падлу и убью, только перед смертью заставлю пережить все, что пережила она, пока, сука, молить о смерти не будет.
— По-хорошему мне нужно было снова бежать, — продолжила Инга, не замечая моего состояния, — но во мне что-то сломалось, да и куда бежать с такой внешностью и отсутствием голоса.
— В больнице в последний раз ты как оказалась? — спросил я, стараясь отогнать от себя картины, что яркими красками рисовались у меня в голове.
— Андрей уехал, а Вася остался, — пожала плечами Инга, — его раздражали мое молчание и внешний вид, он опять разбуянился, соседка вызвала скорую, она-то и поехала со мной в больницу, а там Леонид Васильевич, ему она и рассказала подробности, про Андрея она ничего не знала, зато знала о Васе, а доктор сделал невозможное, не знаю, как ему удалось, правда, на руку сыграл отъезд Андрея. А потом пришел ты и…..
— И после всего, что с тобой случилось, ты спокойно пошла с незнакомым мужиком, — перебил я ее, еще сильнее злясь на себя, я ведь ее тогда, наверное, до чертиков напугал, а о моем поведении спустя две недели нашего знакомства вообще вспоминать не хочется, после всего, что она пережила, блядь, дебил.
— Будто у меня выбор был, — хмыкнула Инга, — наверное, ты показался мне меньшим злом. Да и бежать мне было некуда, видно, где-то на подсознательном уровне я уже смирилась со своей участью, поэтому больше не пыталась сбегать.
 
Осторожно взял ее за подбородок и повернул к себе, заставляя смотреть в глаза, провел большим пальцем по скулам и пообещал:
— Я убью его, он ответит за все, что с тобой сделал, эта падаль пожалеет, что на свет родился, — словами я разбрасываться не привык, эту гниду я достану, сегодня он прощупывал почву, вряд ли надеялся, что я просто так отдам ему девчонку, теперь наверняка исчезнет с горизонта, но я его достану, землю носом рыть буду, но достану.
— Нет, — вдруг замотала головой Инга и попыталась встать с моих колен, сделать я ей этого не дал, только сильнее прижал к себе.
— Да, Инга, — произнес я, — и так будет с каждым, кто посмеет причинить тебе боль, я убью каждого.
— Тебя посадят, — выпалила девчонка, это все что ее беспокоит?
— То есть смущает тебя только то, что меня посадят, а сам факт убийства тебя не волнует? — улыбнулся я.
— Я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадал, — призналась Инга, опустив глаза, — у него есть какой-то влиятельный родственник в органах. И да, я не стою того, чтобы ради меня становиться убийцей.
Последняя фраза заставила меня рассмеяться в голос, похоже малышка совсем не понимала, кто перед ней сидит и даже близко не догадывалась, чем я занимаюсь и чем зарабатываю на жизнь.
— Ты стоишь, — серьезно произнес я, — а если говорить серьезно, Инга, то убийцей я стал задолго до того, как ты появилась в моей жизни.
Девчонка перевела на меня взгляд, видно старалась отыскать в моих глазах хотя бы намек на то, что говорю я несерьезно, но она должна знать, в чьем доме живет, ангелом я никогда не был и хорошим человеком меня назвать сложно, мне ничего не стоит спустить курок и пойти обедать.
— Мне далеко до законопослушного гражданина, Инга, — как можно спокойнее пояснил я, — я убивал и продолжу это делать, работа у меня такая, — усмехнулся я.
— Ты наемник? — глядя мне в глаза спросила Инга, меньше всего на свете мне хотелось ее пугать, меня она бояться не должна, к счастью, страха в ее взгляде не было, во всяком случае на первый взгляд.
— Не совсем, — улыбнулся я, — но в какой-то степени и наемник тоже.
Инга какое-то время молчала и хмурилась, переваривая информацию, а потом спросила:
— Ты спросил меня, кто такой Вольский, как ты о нем узнал?
Говорить о том, что он вернулся в город и притащился ко мне домой не хотелось, но она должна знать правду, все-таки это касается и ее.
— Встретил его у дома, — честно ответил я.
— Ч..что? — Инга снова в миг побледнела, это ты зря, девочка, больше он до тебя не доберется.
— Успокойся, — мягко попросил я, поглаживая ее по щеке, — он больше тебя не тронет.
Она молча кивнула, а из глаз снова хлынули слезы, сдержать она их больше не пыталась, рано или поздно эмоции должны были взять свое. Эта мразь ответит за каждую ее слезу, то, что он сделал с ней ничто, по сравнению с тем, что я сделаю с ним. Я, сука, не святой, но ублюдки вроде Вольского не должны ходить по земле, такие должны дохнуть в зародыше, ничего, я эту ошибку природы исправлю.
— В одном Андрей оказался прав, — как-то горько, сквозь поток слез, улыбнулась Инга.
— И в чем же?
— Такая я действительно никому не нужна, — огорошила меня девчонка и снова попыталась высвободиться из плена моих рук, а я не отпускал, не мог, не хотел, просто держал ее в своих объятьях и понимал, что попал, окончательно и бесповоротно.
 
— Посмотри на меня, — приказал я, Инга не послушалась, наоборот отвернулась, — на меня смотри, — повторил я, на этот раз девочка послушалась, перевела на меня полные слез глаза, — ты сейчас глупости говоришь.
— Не глупости это, Олег, — возразила она, — ты не замечаешь, а я вижу, как на меня люди смотрят, даже твой друг меня убогой назвал.