Гордость и грех

– А где мисс Глори? – спросил Саймон, подхватив брошенный ему ключ.
– Ее забрал Гэвин. И теперь я иду к нему.
Саймон благоразумно промолчал.
– Если я не вернусь, телеграфируй в ближайший полицейский участок с сообщением о том, что бывший капитан конфедератов Лерой Таунер из Андерсонвилля в городе. Он скрывается под именем игрока Лео Гэвина, – дал указания Слейтер.
Саймон кивнул.
Не в силах думать ни о чем, кроме спасения Ребекки, Слейтер вновь вышел на улицу. На этот раз у него была четкая цель. Не зная, скольких людей задействовал Таунер, Слейтер решил идти напролом. Он откинул в сторону парусину, закрывавшую вход, и вошел в салун. Подозревал, что Таунер ждет его, но немало удивился, увидев, что бывший капитан конфедератов раскладывает пасьянс. На стуле рядом с ним сидела Ребекка. Она сжалась в комок, а ее золотистые глаза казались огромными на слишком бледном лице. Однако Слейтеру не пришлось испытать облегчения, потому что человек, приходивший за деньгами, держал у виска девушки пистолет.
– С тобой все в порядке? – обратился Слейтер к Ребекке, в то же время не сводя взгляда с Таунера.
Она коротко кивнула.
– Тебе не следовало приходить.
Слейтер попытался расслабиться и пожал плечами.
– У меня не было выбора.
Таунер откинулся на стуле, и на его тонких губах заиграла холодная улыбка.
– Ты не можешь остаться в стороне, да, Форрестер?
Слейтер взглянул на Таунера, даже не пытаясь скрыть своей ненависти.
– Нет, особенно когда знаешь, что капитан Лерой Таунер мучает и убивает людей. Без всякой видимой причины, лишь потому, что он мерзкий сукин сын.
– Значит, ты помнишь.
– Трудно забыть, когда я до сих пор слышу крики умирающих.
– Проблема в том, Форрестер, что у тебя есть совесть.
– Зато у тебя такой проблемы никогда не было.
Таунер пожал плечами.
– Именно поэтому я так хорошо выполнял свою работу. – Он вздохнул. – Я так полагаю, мне не удастся уговорить тебя забыть о моем существовании.
Раздался лающий смех.
– Не думаю.
– Тогда, боюсь, нам придется убить тебя и твою любовницу. – На лице Таунера появилось безжалостное выражение. – Вытаскивай оружие, иначе я прикажу Паркеру выбить девице мозги.
Холодок пробежал по спине Слейтера. Таунер не шутил, поэтому Слейтер вытащил из кобуры револьвер и положил его на стол.
Таунер выжидательно вскинул бровь.
Слейтер с минуту смотрел на мерзавца, раздумывая, каким оружием пожертвовать. Потом, задрав штанину, вытащил пистолет из голенища сапога и положил его рядом с револьвером.
Таунер взял в руки пистолет и принялся его рассматривать.
– Я ждал, что игрок вроде тебя непременно возьмет про запас еще один пистолет. – Его лицо посерьезнело. – Еще есть?
Слейтер посмотрел в глаза своему противнику.
– Нет.
– Тебе лучше говорить правду, Форрестер, иначе она умрет первой.
Слейтер как можно безразличнее пожал плечами.
– Ты все равно нас убьешь.
– Но ведь есть много способов умереть. Одни более мучительны, другие значительно проще.
Вспомнив о зверствах Таунера, Слейтер внутренне поежился. Но на этот раз Таунеру не одержать победу. Он не избежит руки правосудия.
– У меня были такие грандиозные планы, связанные с этим городом, но ты мне помешал. – Таунер выдержал паузу. – Мне по-прежнему хочется видеть, как ты и твоя возлюбленная горите вместе с салуном. Но я не могу позволить себе роскошь устраивать трагедию в античном стиле. Паркер расправится с вами где-нибудь за пределами города. Чтобы люди подумали, будто вы стали жертвами грабителей.
Слейтера передернуло: Таунер произносил ужасные вещи совершенно спокойно. Он говорил об убийстве, словно обсуждал меню. Скорее всего он просто безумен. Впрочем, Таунер уже доказал, на что способен, в Андерсонвилле.
Паркер дернул Ребекку к себе и обхватил ее за шею.
– Если попытаешься помешать, Паркер свернет шею ей и пристрелит тебя, – предостерег Таунер.
Кровь застыла в жилах у Слейтера. Он кивнул, но тут же поймал на себе решительный взгляд девушки. Ребекка слегка приоткрыла рот и скосила глаза на удерживающего ее бандита. Слейтер не понял, что именно она хотела сказать, но догадался, что у нее появилась идея.
 
Он хотел покачать головой, чтобы она ничего не предпринимала. Ведь у Ребекки был сын, и его дальнейшая судьба зависела от нее. А вот у Слейтера никого не было. Однако прежде чем он успел ее предостеречь, Ребекка опустила голову и вонзила зубы в руку Паркера.
Бандит вскрикнул и оттолкнул Ребекку, переключив внимание Таунера на себя. Слейтер среагировал мгновенно. Выхватив из-за пояса пистолет, он нажал на спусковой крючок, и Паркер рухнул на пол, убитый наповал.
Слейтер направил пистолет на Таунера, державшего в руке револьвер. Он с трудом удерживался, чтобы не пристрелить этого бесчестного мерзавца, как взбесившегося скунса.
– Брось пистолет, Таунер, – приказал Слейтер. Таунер смотрел на него пустыми, словно у гремучей змеи, глазами.
– Если я сделаю это, меня отдадут под трибунал, а потом повесят.
– Ты заслуживаешь худшей участи.
– Я был солдатом, исполнявшим свой долг.
Палец Слейтера, лежащий на спусковом крючке, дрогнул.
– Ты чудовище, находящее удовольствие в том, чтобы причинять людям боль.
В глазах Таунера вспыхнул гнев.
– Только не говори, что тебе не нравилось следить за янки. А ведь ты знал, что мятежники будут убиты, владел информацией.
– Это разные вещи.
Слейтер еще сильнее сжал кулаки. Этот подонок хочет поставить их на одну доску, записать в соучастники кровавых дел. Но руки Слейтера чисты. Он делал то, что должен был, чтобы уменьшить число жертв в войне, которой вообще не должно было быть.
Еле заметное движение Таунера заставило Слейтера метнуться в сторону и выстрелить. Он почти не почувствовал, как что-то обожгло его бок. Но и бывший конфедерат дернулся и осел на своем стуле. Пистолет выскользнул из его пальцев и со стуком упал на пол.
– Слейтер!
Ребекка бросилась к любимому, и тот схватил ее за плечи. Ее платье было испачкано, пояс порвался.
– С тобой все в порядке? – спросил Слейтер, сердце которого гулко колотилось в груди.
– Да. Но у тебя кровь.
Слейтер опустил глаза и с удивлением заметил, как на левом боку расплывается алое пятно. Осторожно дотронувшись до раны пальцами, Слейтер глухо выругался.
– Царапина, – заверил он Ребекку.
По щеке Ребекки скатилась одинокая слеза, и она отерла ее кончиками пальцев.
– Со мной все будет в порядке. Обещаю.
Мелко дрожа, Ребекка уткнулась лбом в грудь Слейтера. Ему хотелось лишь одного: отнести ее в свою комнату в «Алой подвязке» и покрепче сжать в объятиях. Но прежде нужно было завершить начатое.
Слейтер нехотя отступил назад и заглянул Ребекке в глаза.
– Мне нужно разобраться с Таунером.
Она кивнула, и в ее глазах вспыхнуло понимание.
Подойдя к Таунеру, Слейтер нажал на его раненое плечо. Тот застонал, но не пришел в себя. Слейтер смотрел на человека, который приказал убить Эндрю и нес ответственность за множество других смертей. Бывший сотрудник агентства Пинкертона запрокинул голову назад и закрыл глаза, представляя лица тех людей, которых знал в Андерсонвилле.
«Наконец-то мы свободны».
Стараясь не разбередить заживающую рану, Слейтер осторожно сел за стол. Он чувствовал себя немного неловко со значком шерифа на груди. И все же в его душе поселилось сознание, что он на своем месте. Слейтер уже испытывал подобное ощущение, когда принял предложение служить в агентстве Пинкертона на стороне Союза во время войны. Впрочем, Эндрю всегда говорил Слейтёру, что тот слишком честен, чтобы стать профессиональным игроком. Очевидно, его друг оказался прав.
 
Люди, державшие в страхе Оуктри, сидели за решеткой в ожидании суда. Прибывшие вчера вечером военные уехали сегодня утром и увезли с собой бывшего капитана конфедератов Лероя Таунера. Он предстанет перед трибуналом и скорее всего будет повешен, как сам и предсказывал. До приезда нового шерифа эти обязанности согласился взять на себя Слейтер.