Святослав. Император с севера (СИ)

В наступивших осенних сумерках получилось весьма неплохо. 
Что до ракет, то сделал он их еще в Курске, куда по его заказу заранее подвезли селитры и серы. Часть селитры правда пришлось потратить на окраску доспехов. 
Корпуса делались из костного клея и конопляной пакли. Получилось очень прочно. 
Народ сначала в страхе подался назад с площади, раздались крики ужаса, кого-то сбили с ног и чуть не затоптали, те, что стояли вблизи помоста наоборот упали на землю накрыв голову руками. Но вскоре люди все же разобрались, что к чему и стали ликовать в религиозном экстазе, благо салют состоял из пяти десятков ракет. 
– Перун! Перун!! Перун!!! – срывая голос в унисон ревели люди. 
Мать князя с окружавшими ее христианами во главе с епископом Михаилом быстро крестились заполошно шепча какие-то молитвы. 
Хан Куря, привезший дочь и сына, для скрепления военно-политического союза браком, и стоявший в подаренной ему вороненой чешуйчатой броне, все же схватился за сердце, дрогнул в ногах, но все же удержался. 
«Будет тебе дополнительным поводом лишний раз не смотреть на запад, даже если очень попросят и денег дадут», – подумал Русов. 
Потом начались обильные торжества, отмечали одновременно победу над Хазарским каганатом и двойную помолвку, сама свадьба должна была состояться несколько позже. 
В какой-то момент, в самый разгар пира забежал один из ближников Свенельда и что-то активно зашептал тому на ухо. 
– Что случилось? – стараясь не выказывать беспокойства, спросил Русов. 
– Что-то непонятное, княже… 
– А именно? 
– У северных ворот внутри города идет какое-то массовое побоище… 
– Разберись… 
Святослав и сам бы отправился посмотреть что происходит, но нечего быть в каждой бочке затычкой. Опять же пир прерывать не стоило по политическим мотивам. 
Свенельд кивнул и выбрался из-за пиршеского стола. 
Вернулся он только под утро. Выглядел глава НКВД не ахти, все-таки человеку под шестьдесят лет, что в это время весьма почтенный срок и в таком возрасте всю ночь не спать… Стальной человек, да с крепкой закалкой. Несло от него при этом густым дымом с привкусом паленого мяса. 
– Говори. 
– Волховские вои между собой рассорились и сечься стали… 
У Русова сердце пропустило удар и перехватило дыхание. Для чего они тут появились догадаться было несложно. 
– Почему? Чего не поделили? 
– Перуновы огни, что ты показал многих из них смутили. Часть отказалась участвовать в нападении на тебя, а те, кто остался верен чернобоговым перевертышам, решили их убить, чтобы не донесли. Вот и началась лютая сеча, так что постоялый двор в итоге сгорел… 
– Много их там было? 
– Больше сотни тел насчитали… кого-то еще под пепелищем не нашли, кто-то сбежал. Но думаю под две сотни было. 
Святослав потрясенно присвистнул. Этого количества в условиях внезапного, да еще ночного нападения более чем достаточно, чтобы захватить кремль, учитывая, что жреческие воины, это своеобразный спецназ, даже круче – «Альфа» и «Вымпел» в одном флаконе. Один жреческий воин даже в обычных условиях стоит минимум десятка дружинников которых как раз можно отнести к спецназу. 
Более того, они не просто умелые бойцы, но еще и могут без дополнительной психологической и химической накачки, то есть без истерических криков пополам с руганью и употребления наркоманских настоек, входить в состояние берсеркера, а в таком состоянии изменённого сознания эти бойцы настоящие машины смерти. И таких «машин» было под две сотни! Шансов выстоять не имелось по определению. 
«Не потешь я народ фейерверком и скорее всего мы все были бы уже мертвы и не помог бы мне никакой молот с его божественной силой», – подумал он с легким содроганием. 
– Явились в город под видом купеческой охраны нескольких торговых караванов, – с повинными нотками в голосе добавил глава НКВД, признавая свою вину за недогляд. 
Увы, спецслужбу еще развивать и развивать, долго и методично. Это Русов прекрасно понимал, а потому не винил старого варяга. 
– Пленные есть? 
 
– Выжило всего три человека из тех, что отказались участвовать в покушении, но сильно поранены, так что не факт, что выживут. Остальные приняли яд, даже те, кто был в сомнениях. Выжившие этого не сделали просто потому что были неспособны физически. 
Святослав понятливо кивнул. 
– Надо кончать с этими чернобоговыми прихвостнями, – сказал он жестко. – Думаю прошло достаточно времени, чтобы все могли определиться со своей позицией и сейчас они должны окончательно ее обозначить. И первым шагом, дабы показать свою верность, они должны выдать все места, где могут находиться непримиримые. 
Свенельд согласно кивнул. 
Неопределившихся волхвов еще хватало с избытком, но дальше и впрямь тянуть было нельзя. В конце концов одержав победу над хазарами Святослав более чем ясно показал на чьей стороне Перун, а значит и правда за ним. 
– Кто не с нами, тот против нас. 
И как только встал лед, замерзли болота, что надежно укрывали всякие капища, началась методичная и очень кровавая охота на волхвов-отступников, что оказывается служили не Перуну, а Чернобогу… 
В общем Русов постарался до предела взвинтить информационное давление используя все пропагандистские фишки из двадцать первого века какие-только знал. Народ не имевший ни малейшего иммунитета к такой обработке был быстро перетащен на сторону Святослава. 
Собственно, особо и стараться не пришлось. Победа над каганатом действительно являлась тем самым фактором, что окончательно склонила чашу весов на сторону князя и все волхвы, что против него интриговали особенно в восточных землях, где простые люди наконец свободно вздохнули, стали идентифицироваться как однозначные враги. Так что не было им спасения. 
Из противников уцелели лишь единицы, для чего им пришлось заныкаться в каких-то совсем уж глухих местах. Но нет-нет да засвечивались и тогда на них снова начиналась загонная охота. Отряды НКВД словно псы шли по следу… к слову сказать бойцовые собаки ими широко использовались. А то волхвы такие затейники, могли и мишек на погоню натравить…  
  
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ 
 
ИМПЕРАТОР 
   
Глава 11
 
Мирные деньки 
   
1 
 
Отпущенные на побывку в родные края охотники не подвели и с середины зимы по льду стали прибывать первые переселенцы. Иногда переселялись целыми родами насчитывавших по несколько сотен человек. Тут сказалось не только и даже не столько слово князя, сколько агитация волхвов. Дескать такова воля богов, ибо если боги помогли в отвоевании земель, то значит хотят, чтобы их верные последователи заселили ее. 
С чего бы им агитировать за переселение? 
Так Святослав Игоревич на них надавил, дав после покушения на себя ясно понять, что те, кто хочет сотрудничества должны принять активное участие в его задумках. 
Поскольку металл плавился непрерывно, рабы под чутким приглядом надсмотрщиков работали от рассвета до заката, как результат стали выплавлялось в изрядном количестве, то Русов решил сделать переселенцам щедрый подарок, а именно один железный плуг на десять дворов. Все-таки распахать целину это непросто. Лошадки – мелкие доходяги, волов мало… 
Не подвели викинги-варяги. По весне, как только позволила погода они обрушились набегами на побережья Англии, Ирландии, Германии, Франции и Испании и на север Руси хлынул поток рабов за которых Святослав платил золотом, что получал от ромеев за сталь. 
А куда его еще девать? Парадокс, но у славян оно было как-то не сильно в ходу. Украшения еще туда-сюда, но вот как платежное средство популярностью не пользовалось. Точнее делали накопления, сиречь тупо складывали золото в сундуках на «черный день» и чахли над ним словно какие-то Кощеи по сути изымая его из обращения. Так что со своими поставщиками всего и вся Русов по-прежнему расплачивался в основном готовой продукцией хозяйственного назначения.