Лекарство от скуки (СИ)
— Боюсь, снимут мне голову за эти вольности. Вон, как Наталья Викторовна смотрит, явно доложить хочет, что мы тут чем угодно, да только не работой занимаемся. — Отшутился он, а Анютка не одобрила. Власть над ним чувствуя, глаза округлила.
— Да ты что! Наталья Викторовна свой человек! Ну, скажите ему, ну… девочки…
— Считай, что я приказываю, Татарин. Или мне тоже нужно тебя попросить? — На его вызов ответила, а мальчишка мстительно улыбнулся.
— Ну, что вы, приказа вполне достаточно! — Оскалился, глянул на меня задумчиво, гитару перехватил, плотнее к себе прижимая, и зло усмехнулся, ударив по струнам в первый раз.
* * *В тот час, когда тоски не скроешь,
О чём мечталось, не сбылось,
Трактир своей души откроешь,
Войдёт в неё незваный гость.
Посмотрит он, рублём одарит,
Попросит крепкого вина,
Тебе споёт он под гитару,
Что ты одна, совсем одна.
А я твои целую руки,
Но понимаю, что мы врозь,
Лекарство я твоё от скуки,
Я для тебя незваный гость.
А я твои целую руки,
Но понимаю что мы врозь,
Лекарство я твоё от скуки,
Я для тебя незваный гость,
Незваный гость. (И.Николаев, «Незваный гость»)
* * *Пел и в глаза мне смотрел. Чтобы поняла, чтобы прочувствовала. А я улыбалась, стараясь его упрёк проглотить достойно. Исполнив припев, он несколько раз раздражённо ударил по струнам, и буквально втолкнул гитару в руки имениннице, в отвращении скривив губы. По щекам его разошёлся гневный румянец, грудь только и успевала ходить. Он отдышаться не мог. Не мог и успокоиться.
— Знаю эту песню. — Кивнула я, понимая, что какого-то ответа ждёт. — Но ты её исполнил куда лучше. Сразу видно, неразделённая любовь дело для тебя знакомое. — Выводы свои озвучила и зажмурилась, дрогнув от звука хлопнувшей двери.
— У-у… обидели парня, Наталья Викторовна… — Не одобрили девочки моего замечания. Документы из рук забрали и на этом общение предпочли закончить.
Глава 18
Ждать ему надоело на десятый день. Я тогда в институте была. Лекция в их группе как раз к концу подошла, когда Татарин в дверях стал.
— О-о! Блудный сын вернулся. — Воскликнул Чижов.
— Наталья Викторовна, а вы как будто и не заметили, что Татарин третью лекцию прогуливает. — Ядовито улыбнулась Сорока и тут же получила тычок в бок от Чижова.
— Татарин, видимо, планирует сдавать экзамен экстерном. — Осторожно улыбнулась я, а вот он моей осторожности не разделял. Сразу к преподавательскому столу двинулся своей разгильдяйской походкой.
— Или натурой. — Паршиво ухмыльнулся. — Так привычнее. — Добавил тише, но достаточно громко для того, чтобы все услышали.
Над столом навис и на меня уставился, не моргая.
— Ты подумала? — Угрожающе рыкнул.
— Татарин, займите своё место в лекционном зале и мы продолжим.
— Ну, я отчего-то так и знал. — С готовностью кивнул он и подался вперёд.
— Олег, присядь. — Проговорила я с давлением, а он отрицательно головой качнул.
К аудитории лицом повернулся и, два пальца в рот заснув, громко свистнул.
— Съе**лись на *уй! — Зло скомандовал и гнетущая тишина, что висела до этого, разбавилась шорохом собираемых вещей.
— Ты с ума сошёл?! Что себе позволяешь?! — Опешила я от подобной наглости. Не веря в происходящее, смотрела, как студенты покидают аудиторию.
— Я поговорить хочу. — Устало склонил он голову, поясняя. — Наедине! — Подогнал замешкавшихся злобным рыком.
— Что ты творишь?! — Подскочила я на месте, а Татарин меня за руку удержал, зубами скрипнул.
— Я соскучился. — Мягко напомнил, но хватку не ослабил. Наоборот даже, пальцы сильнее сцепил.
— Ты что о себе возомнил?! — Руку я на себя дёрнула, а он лишь усмехнулся.
— Синяки останутся, Наталья Викторовна. Или вы всерьёз восприняли моё предложение выбрать новые роли в отношениях?
— Олег, хватит… — Попросила я, теряя терпение. — Это переходит все границы… — Продолжала руку на себя тянуть, а он, будто забавляясь, пальцами по моему запястью перебирал, и малейшего усилия, чтобы удержать, казалось бы, не прикладывал.
— Кажется, этот разговор между нами уже был. — Заметил, на моём столе сидя устроившись. — Хочешь, чтобы снова тебя добивался?
— Скорее, чтобы оставил в покое.
— Но я хочу тебя. — Вытаращил Татарин глаза, доказывая. Совершенно по-детски, капризно обозначая это своё «хочу».
— А я тебя нет. — Прошептала, понимая, что в западне нахожусь. — Я тебя нет, Татарин! Не про секс сейчас говорю. Про свою жизнь. И я тебя в ней не хочу!
Проговорила я с давлением, а мальчишка, будто впервые подобное услышав, задумался над смыслом слов.
— Но я тебя не отпускаю. — Выдал, наконец. — Как тогда?
— Ты меня не слышишь?! — Задохнулась я возмущением. — Ты не хочешь меня понять?
— Я хочу тебя трахнуть. Давай пока остановимся на этом. Про понимание — это дальше всё. Это всё в процессе.
— Пошёл на хрен, Татарин! — Взорвалась я истерическим криком. — Ты не понимаешь так, значит, я скажу по-другому: пошёл на хрен! Я не хочу тебя видеть! Я не хочу, чтобы ты смотрел на меня, чтобы обо мне думал, чтобы приближался! Я не хочу!
— Что с тобой происходит? — Спокойно и совершенно серьёзно поинтересовался он, будто и не было этого крика.
— Я не хочу, ты слышишь?!
— Я слышу, но не понимаю почему. Кто переключает тумблер настроений в твоей голове? Так не бывает, чтобы вчера «да, давай, ты самый лучший», а уже сегодня «видеть не хочу». Я тебе не марионетка. И не мальчик, который не знает, в кого бы ещё ему свой х*й затолкнуть. Мы взрослые люди. Хочешь понимания — назови причины.
— Мне нужно решить свои проблемы, Татарин, и ты в эти планы не вписываешься.
— Что за проблемы, почему я не в курсе? Это по поводу того, что у Громова твоего происходит?
— Олег, не начинай… — Мученически скривилась я, а он губы надул, примеряясь к моим словам.
— Когда ты говоришь «Олег», это почти то же самое, что и «ты очень близок к истине, родной»! Что задумала?
— Наталья Викторовна, по расписанию у вас ещё двадцать минут, как лекция, а по факту уже индивидуальные занятия. — Прозвучало в стороне и Татарину всё же пришлось меня отпустить. — Пройдёмте в мой кабинет. — Сделал декан факультета приглашающий жест рукой и замер в ожидании, пока мы с Татариным в гляделки играли.
Декан говорил строго, коротко и по делу. Из всего сказанного выходило, что как специалист я весьма неплоха, но вот с дисциплиной были явные проблемы. Официальное предупреждение было получено, в приказе о взыскании у секретаря я расписалась. Шла по коридору и от каждого звука шарахалась, зная наверняка, что разговор мальчишка пожелает продолжить. Встретилась с ним взглядом, когда уже с высокого крыльца спускалась. Он усмехнулся и резко двинулся в мою сторону. Я же, едва не бегом, к своему авто. Села в машину, дверь заблокировала, но защищённой себя не чувствовала. Через зеркало заднего вида Татарина разглядеть не смогла и сердце заколотилось сильнее. Синдром жертвы поглотил меня. Ключ зажигания в замке провернула и тронулась с места.
Выезд с парковки уже виднелся, когда услышала рёв мотора и механический монстр, с лёгкостью минуя бордюр и разделительную зону, усаженную травой, посреди дороги остановился, выезд блокируя. Татарин из машины вышел и ко мне направился, желваками поигрывая. Руки в карманах штанов спрятал, зубочистку, что вместо сигареты меж зубами удерживал, языком из стороны в сторону перебрасывал, вызывая во мне какой-то животный страх.
Я на своей машине подобный фокус проделать не могла, потому сдала назад. С визгом тормозов остановилась, понимая, что другой автомобиль меня сзади подпёр. Татарин победно улыбнулся.
— Куда ты едешь? — Прочла по его губам и разозлилась. Первую включила и на педаль газа нажала. — Куда ты бля*ь?! — Оскалился он, когда перед самыми ногами затормозила, когда руками по капоту с силой ударил, равновесие улавливая. — Ты задавить меня хочешь? — Рассмеялся, испачканные в дорожной пыли ладони потирая.