Лирой (СИ)
Интеллект: 17.
Мудрость: 17.
Харизма: 6.
Нераспределенных очков: 4.
Заклинания: 2 (Мысленный шепот, Ментальный щит).
Навыки: 1 (Артефактор).
Кристаллы: 15.
Золото: 100 монет.
Бафы: нет.
Дебафы: нет.
Одежда персонажа:
«Мантия ученика факультета разума». Прочность 48/50.
«Бомжатские сапоги мертвеца». Прочность 6/30»
Оружие:
Ученическая палочка Урана.
+10 очков к интеллекту.
Качество 50/50
Инвентарь:
Кольцо Око Зверя. Тонкое серебряное кольцо с гравировкой глаза, зрачок которого мерцал красным. Описание обещало ночное зрение в радиусе 10 метров — незаменимая вещь в темных уголках храма.
Мелок Очищения. Обычный белый мелок, но с запахом лаванды. Он должен был создавать защитный барьер от нежити и демонических существ в радиусе 5 метров — идеальное оружие против обитателей храма. На мелке были вырезаны странные символы, назначение которых мне было неизвестно.
Роба ученика. Обычное одеяние учеников школ магии. Прочность 45/50.
Дневник Оливии. Квестовый предмет.
Шкатулка Оливии. Качество 500/500
Артефакт Сфера Теней. Квестовый предмет. Открывает порталы в другие миры. Для открытия портала необходимо, чтобы два существа держали его в очищающем кругу.
Титулы:
«Расхититель сокровищ». Описание: увеличивает награду за выполнение квестов на 25%
«Выживший». Описание: позволяет превратиться в труп лошади и спрятаться от опасности.
Глава 25
Выбравшись из капсулы, я блаженно потянулся, разминая затекшие мышцы. В ушах все еще стоял отсчет до выполнения задания «Пари». Судя по самочувствию, провел я в игре не один час. Да что там, целую вечность не вылезал! В дверь отчаянно звонили и даже стучали. Странно.
— Алиса, который час? — бросил я, направляясь к двери.
— 10:17, Сергей, — донеслось в ответ.
— Сделай мне кофе, пожалуйста.
Стоп! 10:17?! Я же договорился с Камиллой встретить ее водителя в 9 утра! Вот тебе и «немного заигрался». Чувствуя, как в груди растет ком вины, я бросился к двери, предчувствуя грозу.
Не успел я добраться до входа, как раздался настойчивый звонок коммутатора. Затем еще один, и еще. Ну все, свершилось. «Инквизиция» явилась за моей тушкой.
Дверь бесшумно отъехала в сторону, и на пороге материализовалась разъяренная фурия в деловом костюме. Естественно, это была Камилла. В руках у нее грозно мигал коммутатор с экраном, пестрящим, наверняка, пропущенными вызовами в мой адрес. За спиной Камиллы, словно верные церберы, маячили двое громил. Возле тротуара стоял и дожидался черный автомобиль с тонированными стеклами. «Инквизиция» пожаловала.
— Сергей, ты время видел?! — процедила Камилла сквозь зубы, с трудом сдерживая себя, чтобы не взорваться. — Мы договаривались на девять!
— Камилла, прости, — я изобразил на лице максимально раскаявшееся выражение, хотя прекрасно понимал, что выгляжу сейчас как провинившийся школьник. — Я… эээ… увлекся немного. Честно не слышал, как ты звонила. Капсула же звуконепроницаемая…
— Увлекся?! — Камилла приблизилась ко мне вплотную, ее глаза метали молнии. — От тебя, между прочим, зависит… — она вздохнула, — а ты тут…!
— Ладно тебе, не кипятись, — я попытался разрядить обстановку. — Давай лучше проходи, расскажешь, что там у вас произошло.
Камилла сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться. Бросив на меня еще один испепеляющий взгляд, она проследовала в мою коморку.
— Сергей, это действительно важно, — начала она, обернувшись. — У нас мало времени.
— Хорошо, хорошо, я весь внимание, — поднял я руки в примирительном жесте и прислонился к стене.
Камилла подняла свой коммутатор и, резко проведя пальцем по экрану, отправила мне какие-то данные. Мой коммутатор пискнул, подтверждая прием.
— Это тебе, — сказала она, и ее голос прозвучал уже не так грозно. — Наши ученые… они поработали над твоими идеями насчет защитного купола. Но… сами понимаешь, теоретики — они и есть теоретики. Им нужна твоя практическая смекалка, Сергей.
— Что же они натеоретизировали? — спросил я, активируя принятые данные.
На экране моего коммутатора замерцали сложные трехмерные модели, от которых у меня чуть голова не закружилась. Переплетения линий, узлов, геометрических фигур — да это же какой-то кошмар инженера!
— Это еще что такое? — не сдержался я.
— Механизмы, — Камилла подошла ближе, ее пальцы нервно сжимали ремень пиджака. — Точнее, попытка их создать. Но они… они не похожи ни на что, что мы видели раньше. Наши ученые в полном замешательстве.
Я инстинктивно протянул руку и провел ею сквозь голографическое изображение, словно пытаясь на ощупь понять его структуру. Механизмы и правда были странными — асимметричными, со странными изгибами и переплетениями, нарушающими все привычные законы механики.
— А мне нравится, — неожиданно даже для себя произнес я. — Есть в этом что-то… нестандартное.
Отключив коммутатор, я повернулся к Камилле. В ее глазах читалось сомнение, смешанное с надеждой.
— Что ж, — сказал я, улыбаясь краешком губ. — Посмотрим, что с этими штуковинами можно сделать.
— Да, конечно, — Камилла развернулась к выходу, а затем, словно вспомнив что-то важное, остановилась и, не оборачиваясь, бросила:
— Время — наш главный враг, Сергей. Не подведи нас.
«И тебя тоже с добрым утром, Камилла», — усмехнулся я про себя, провожая ее взглядом. Она сегодня была просто очаровательна в своей холодной неприступности. Невольно залюбовавшись ее филейной частью, я чуть слюну не пустил. Вот хотел же перед сном на сайте знакомств подцепить кого-нибудь.
«Так, Сергей, соберись! — скомандовал я себе. — Работа ждет!». От меня же теперь зависит, будет ли у всего человечества будущее, не только у отдельных, пусть даже очень привлекательных, его представительниц.
С уходом Камиллы квартира словно погрузилась в рабочую тишину. Я включил голографический проектор на коммутаторе и странные, непонятные механизмы вновь зависли в воздухе, ожидая моей оценки. Чем дольше я вглядывался в эти причудливые формы, тем интереснее мне становилось. Это был настоящий вызов моим знаниям, моему опыту, моей интуиции. В конце концов, не каждый день выпадает шанс поработать с технологиями внеземной цивилизации!
Я подошел к задаче, как типичный автомеханик, только вместо ржавого железа передо мной парили виртуальные модели, а вместо гаечного ключа в руках были голографические инструменты. Я «крутил» модели и так, и сяк, просматривая их со всех сторон, словно стараясь проникнуть в голову к их создателям. И постепенно хаос линий и узлов начал приобретать смысл.
Часы пролетели незаметно. Я так увлекся работой, что совсем забыл о сне и еде. Я вторые сутки был на ногах. В какой-то момент, краем глаза заметив, что за окном уже темно, я понял, что провел за проектором весь день. Откинувшись на спинку дивана, я устало потер затекшие глаза и взглянул на результат своих трудов.
Я «доработал» чертежи, создав новый, уникальный механизм, обладавший, как ему казалось, огромным потенциалом. Я поступил как типичный автомеханик, где-то допилил, где-то отпилил, где-то молоточком постучал. С ЗИСом я делал то же самое. И получилось.
На проекторе мерцала уже не та беспорядочная куча деталей, которую я увидел вчера. Передо мной была новая модель — более сложная, чем предыдущая, но в то же время более элегантная и законченная. Я не знал, как мне это удалось, но интуиция подсказывала: «Она будет работать!».