Оборотень, который меня купил (СИ)

– Евдокия, – услышала голос Аллара, а затем заметила его отражение в стекле.
По телу пробежали мурашки, а в сердце зародилось беспокойство. После ужина я направилась в свою комнату, но когда вышла в коридор, то охраны там не было. Дорогу знала, поэтому пошла сама, но заметила эту комнату и не удержалась.
Тут было пусто, никакой мебели.
Большой иллюминатор во всю стену.
Я была готова остаться и спать на полу. Только бы не обратно в изолятор.
– Евдокия, что ты тут делаешь?
– Наслаждаюсь видом. Хотя бы пару секунд, пока вы снова меня не запрёте.
Я старалась сохранять спокойствие, не грубить. Понимаю, что злить его не стоит, хотя, надо сказать, очень хочется.
Меня раздражает одно присутствие Аллара возле меня.
Я принадлежу ему. У меня нет прав.
Начинаю понимать, что работать у Терека не так уж и плохо, даже в приюте у меня было больше свободы, а там нас тоже запирали и заставляли следовать правилам, иногда безумным.
– Это необходимость, Доки. – Оборотень приблизился ко мне вплотную, и я почувствовала его дыхание у моего уха.
– Вы тиран!
– Не отрицаю.
В голосе послышалась насмешка, а еще он будто гордился.
– Деспот!
– Ты закончила?
- Я могу продолжать бесконечно…
- Ты видишь в этом какой-то смысл?
– Можно, я пойду? Я не хочу тут оставаться…
– Теперь нет. – Его губы приблизились к моей шее. Я вздрогнула, сжала руки в кулаки, не шевелясь и сохраняя спокойствие. – Ты знаешь, Евдокия, духи уже не помогают. Я снова чувствую твой аромат… Ммм… Он бесподобен. Если бы я не знал, чья ты дочь, то подумал…
– Вы можете ошибаться в моём происхождении.
– Я крайне редко бываю не прав.
– Но всё же иногда это возможно, – осторожно сказала я, и мой голос дрогнул.
Тдео провёл кончиками пальцев по моему плечу, и снова дрожь пробежала по телу. Мне почудилось, что я услышала звериный рык. Перевела дыхание и медленно повернула голову в его сторону.
Янтарные глаза без золотистого сияния.
– Вы снова это сделаете со мной? А потом я ничего не вспомню?
– Я сдерживаю своё желание. – Он пальцами взял меня за подбородок и чуть приподнял мою голову. – И как же так вышло, Доки, что именно ты дочь моего врага?
– У меня нет отца. Я сирота.
– Даже у сирот есть родители. Ты же не взялась из ниоткуда.
– Если он у меня и есть, то я не имею никакого отношения к нему. Не знаю причин, по которым оказалась в приюте. И, чтобы ни сделал тот, кого вы называете врагом, не отвечаю за его поступки!
– Нет, Доки. – Аллар положил руку на мою талию, а затем наклонился ближе к губам и прошептал: – Рассказать тебе, кто твой отец и что он сделал?
Я почувствовала аромат миндаля и неуловимые нотки кофе.
– Не стоит, – с трудом говорю это.
Конечно, я хотела узнать, по какой причине оказалась в приюте и почему росла без родительской любви. Но пока у меня есть ощущение, что он ошибается, и происходящее не имеет ко мне никакого отношения.
 
Тдео снова шумно вдохнул и прикрыл глаза.
– Евдокия, когда ты не боишься, то пахнешь слаще.
– Я боюсь Вас.
– Сейчас нет. – Он склонился к моему уху. – Я чувствую каждую твою эмоцию.
Мужчина резко взял меня за талию и прижал к своему горячему телу. Я вздохнула и тихонько застонала. Он прав.
Мне не страшно.
Я ощущаю нечто иное.
Вся горю, а по коже пробегает приятная дрожь. Жар льётся по телу, тяжёлым сгустком собирается внизу живота, и ноги слабеют.
– Вот видишь, Доки. – Наши губы в миллиметре друг от друга. – Мне даже влиять на тебя не нужно. Ты и так моя, и ты чувствуешь это.
Одинокая слеза скатывается по моей щеке, оставляя после себя обжигающий след. Мне обидно и противно.
Колючая ненависть зарождается в сердце.
– Ты – моя, и ты начинаешь это понимать.
  
Глава 19 
 
Аллар Тдео
Я провёл пальцами по щеке девушки. Кожа нежная, будто бархат. Она пахла невероятно. Цветами. Свежестью и невинностью. Весной на Земле раньше был такой аромат.
У эмоций есть запах. Абсолютно у всех. Эмоции некоторых существ отвратительны, но я научился себя контролировать и не подаю вида, что мне они неприятны, или что я вообще их ощущаю.
Умею сдерживаться и контролировать себя.
Контроль – это то, чему учат оборотней при первом обращении. Без него я бы взял Евдокию сразу, как только увидел. Однако держу себя в руках и пытаюсь делать то, что требуется. Только это трудно даётся с ней.
Я прижал девушку к себе, такую хрупкую и юную. Когда ей страшно, я чувствую запах гниющих растений. Неприятный, отвратительный. Но очень тонкий и едва уловимый.
Сегодня страха было мало.
Я чувствовал яркий и пряный аромат клубники. Ягода, о которой у многих остались лишь воспоминания. Даже лучшим селекционерам не удалось её возродить после того, как на Земле распространилась болезнь растений. Она превратила большую часть зелёной планеты в практически бескрайнюю пустыню.
Евдокия!
Откуда же ты взялась на мою голову?
Теперь уже не отпущу. Мечтаю о том, чтобы прижать её к себе, целовать и вдыхать невероятный аромат. Понимаю, что опасно. Желание только распаляется.
Ненависть. Она пахнет пеплом и гнилым деревом. Маленькая кроха зародилась в сердце Доки.
Я увёз её с Земли, лишил надежд и девичьих грёз, а она не испытывает ненависти. Совсем немного. Это хорошо. Теперь я знаю, что не смогу её отпустить после того, как мы закончим мои дела на Вулкане.
Прижал девушку к себе и коснулся её губ. Чуть пухлых и таких манящих.
Невероятных. На вкус она так же прекрасна, как и её аромат.
Она застонала то ли от боли, то ли от удовольствия.
Её аромат так сильно дурманил голову, что я уже не разбирал где грань реальности. Чувства обострены до предела. Подхватил девушку на руки, жадно впиваясь в её губы, и положил прямо на холодный пол. Она не сопротивлялась.